Кольцо Гекаты - Наталья Солнцева

– Оно все еще там?

– Если никто не вытащил…

Юрий выскочил из гостиной и понесся в кабинет отца. На полу, среди выброшенного содержимого шкафов и ящиков, валялось маленькое невзрачное радио. Он поднял динамик и потряс его, прислушиваясь. Кажется, внутри что-то гремело.

Все столпились в дверях кабинета.

– Дай, я попробую… – предложил академик. – Нужно открутить вот это.

Арсений Платонович взялся открывать корпус радио. Руки его дрожали, и процедура заняла много времени. Никто не торопил старика. Наконец, ему удалось справиться с заржавевшими шурупами. На ладонь ученого выкатилось кольцо из желтого металла.

– Оно золотое? – спросила Владилена Карповна, чрезвычайно удивленная таким оборотом дела. – Почему ты прятал его, Сеня? И даже мне не сказал?

– Так велела мама.

Юрий взял кольцо из рук отца и как следует рассмотрел его. Похоже на золотое, с искусным орнаментом в виде змеи, обвивающей что-то наподобие ключа.

– Господи! – вырвалось у него. – Неужели это оно ?

ГЛАВА 33

– Ну что там с Никитским? – спросила Динара за завтраком. – Есть надежда вытащить его?

– Надежда есть всегда, – уклончиво ответил Артем.

– Но ты выяснил, кто убил Галину?

– М-м… почти. Во всяком случае, это не мой клиент. Теперь надо попробовать доказать это.

Динара не стала больше задавать вопросов. Она чувствовала, что Артему не хочется сейчас обсуждать это.

Дело об убийстве Галины Павловны Яковлевой становилось опасным, и впутывать в него жену Пономареву не хотелось. Если то, что рассказала Лена Никитская, окажется правдой, то… она – не только соучастница, но и единственный свидетель. Следствие пока топчется на месте, ухватившись за улики, обнаруженные на месте преступления. Разрабатывается только версия, что убийца – Никитский. Труп найден в его машине, на ноже – отпечатки его пальцев, сам исполнитель спит за рулем. Зачем что-то копать, искать сложности на свою голову?

То, что рассказала жена Никитского, полностью меняет дело. Это если она не врет. А зачем ей врать? Она пока вне подозрений. Выгораживает супруга? Но не таким же глупым образом? Лена – женщина умная и понимает, чем грозит соучастие в тяжком преступлении. Только сильный страх за свою жизнь мог заставить ее открыться адвокату. Значит, она боится. Кого? С ее слов – Яковлева. Похоже, очень похоже на правду. Следствие не знает о том, что Лена и Игорь Семенович – любовники, а Пономарев знает.

А вдруг Лена хочет отомстить любовнику? Может, он чем-то ее обидел? Могла между ними произойти ссора? Почему бы и нет? И вот госпожа Никитская оговаривает Яковлева… Невероятно? Или, все-таки, возможно? Разъяренная женщина еще и не на такое способна. Месть, злоба и желание уничтожить обидчика заполняют ее всю, до краев. Здравому смыслу больше нет места в ее рассуждениях.

Да, но откуда Лена знает все подробности убийства?

Надо срочно показать Максу, бармену из «Немецкой слободы», фотографию Яковлева. Чем черт не шутит? А вдруг и он узнает в нем посетителя, провожавшего Никитского до машины?

У Яковлева алиби. Но только потому, что никто не удосужился досконально проверить, где он был пятого июля во время убийства. В Сосновом Бору? А так ли это? Директор «Фин-арта» снимал номер в гостинице. Коридорный подтверждает, что после обеда он пришел к себе в номер, и до утра он его не видел. Но… что стоило Игорю Семеновичу, здоровому, крепкому мужчине вылезти из окна? Номер на первом этаже… Допустим, он звонит Лене и узнает, что Никитский, возможно, собирается после работы расслабиться. Незаметно выбравшись, Яковлев садится в машину и гонит в Петербург, прямо к бару «Немецкая слобода». Никитский как раз сидит за стойкой и пьет. Удача не приходит дважды. Игорь Семенович быстренько отправляется за город, оставляет там свою машину в заранее выбранном месте, которое легко может найти, возвращается к бару. Лена могла приехать по звонку Яковлева, с ключами от машины мужа и спрятаться в ней.

Потом все произошло, как она и рассказывает: под каким-то предлогом они вызывают Галину, убивают ее, едут за город, ссорятся, обставляют все соответствующим образом и скрываются на машине Яковлева. Лена возвращается домой, а Игорь Семенович в Сосновый Бор. Окно открыто, и он без труда попадает в свой номер. А утром делает вид, что всю ночь спал в гостинице. Служащие видят, как он выходит из номера, и подтверждают его алиби.

Итак, алиби Яковлева сомнительное. А у Лены его вовсе нет. Но этого мало. Как доказать, что Игорь Семенович присутствовал в машине Никитского во время убийства?

– Твой кофе совсем остыл, – сказала Динара.

– Что?

– Ты хоть помнишь, что все еще сидишь на кухне и завтракаешь?

– Надеюсь, что да…

– Неубедительно!

– Ты права, – виновато улыбнулся Артем. – Извини. Я действительно задумался.

Он поспешно оделся и, выскакивая за дверь, едва не сбил с ног Зою Петровну, которая пришла сидеть с близнецами. Она сердито посмотрела ему вслед. Супруги Пономаревы вызывали у нее непонимание и раздражение – постоянно спешат, бегут, как на пожар, детей распустили, питаются всухомятку, сладостей накупают немерено! Дети у них были – сущие бесы! Вертлявые, как волчки, хитрющие и непослушные. Но на самом деле Зоя Петровна привязалась к Марку и Марте, несмотря на все неприятности, которые они ей доставляли. В общем-то, близнецы были незлопамятными и добрыми детьми, только очень балованными.

Подруга Зои Петровны тоже работала няней и рассказывала, что хозяева заставляют ее составлять письменные отчеты за каждую копейку и чуть ли не карманы проверяют, когда она уходит домой. А уж сколько нотаций она от них наслушалась! Так что Пономаревы еще ничего…

– Бабушка пришла! – завизжали близнецы, выбегая из детской. – Ура! Она нам пышек напечет!

Марк и Марта называли Зою Петровну бабушкой, а она не возражала. Ни детей, ни внуков у нее не было, как, впрочем, и мужа. Всю свою жизнь она прожила одна, образования не имела, работала уборщицей. А когда вышла на пенсию, стала подрабатывать няней. На мизерную пенсию не проживешь, да и детей она любила.

– Тесто для пышек я приготовила, – сказала Динара. – Оно в холодильнике. А банка с земляничным вареньем на подоконнике.

Пышки были любимым лакомством близнецов. Они поглощали их в невообразимом количестве, поливая вареньем и запивая холодным молоком.

– Идите, идите, не волнуйтесь, – провожала Динару Зоя Петровна, повязывая фартук – Я сама с ними разберусь.

– Петенька, ты мне позарез нужен! – убеждал господин адвокат молодого сотрудника уголовного розыска, который принимал участие в расследовании убийства Яковлевой. – Я тебя в баре «Янтарь» ждать буду. Пивка холодненького закажу, рыбки…

Милиционер сдался. В отделении было жарко, шумно, тесно и накурено. А о пиве и мечтать нечего.

Артем занял столик у окна, через десять минут в бар ворвался Петенька, румяный, и упитанно-круглый, как колобок.

– Спешу, Михалыч! – выпалил он, шумно усаживаясь. – Давай, говори, что у тебя.

Петенька был сыном приятеля Артема, и совсем недавно адвокат устроил его ночным охранником к одному из своих богатых клиентов. Так что парень вроде как был у него в долгу.

– Я хочу кое-что узнать по делу Никитского.

– Что именно? – насторожился милиционер.

– У вас по-прежнему только один подозреваемый?

– Да-а… – махнул рукой парень. – Откуда другим быть-то?

Официантка принесла пиво. Петенька выпил, удовлетворенно вздохнул.

– И что? Совсем никаких зацепок, никаких больше версий? Вот так все ясно, что не подкопаешься?

– А кому копать-то? И зачем? Этот Никитский, – вляпался по уши! Напился, убил бабу в своей машине… все вещественные доказательства налицо: и нож, и отпечатки, и…

– Погоди, погоди, – остановил его Пономарев. – Не торопись. Ты видел, в каком он был состоянии?

– Ну?

– По-твоему, он мог нанести такой удар ножом? Да он же наверняка языком не ворочал, не то что руками!

Петенька задумался.

– А как же он машину вел?

– Вот и я думаю, как же?

– Послушай, Артем, я тебя уважаю. Но выражаешься ты как-то… запутанно. Говори прямо. Ты сомневаешься, что Никитский убил эту женщину?

– Сомневаюсь.

Петенька опять задумался. Он взял в руки кружку и принялся разглядывать ее на свет.

– Черт его знает! Может, и есть один фактик.

– Какой? Что за фактик?

– Да так… незначительный.

– Знаешь что, Петро, – возмутился Артем, – когда речь идет о жизни и смерти, о судьбе человека, незначительных вещей не бывает.

– Ну… когда мы машину осматривали, то нашли бумажку одну… визитку. Она между сиденьем и дверцей завалилась.

– Чья визитка?

– Мы подумали, Никитского. У него целая куча всяких визиток была, и в кармане пиджака, и в портмоне. А он говорит, та визитка – не его. Якобы, ему такую никто не давал. Странно… Как чего было, откуда баба в машине, как за город попал, не помнит, а про визитку помнит.