Сила инерции - Чингиз Абдуллаев

– Не нужно, лучше скажите, – предложил незнакомец.

Монах незаметно усмехнулся. Незнакомец, сам того не желая, слишком часто демонстрировал свой профессионализм.

– «Клерон», – назвал он, – у него полусвободный затвор и хорошая кучность. Я думаю, что мне нужно будет стрелять наверняка. Кроме того, у этой винтовки неплохая скорострельность. Да и масса не больше трех с половиной килограммов.

– Я запомню, мы достанем вам такую винтовку, – заверил незнакомец. – У нас осталось всего двадцать восемь дней, и вам нужно быть максимально готовым. Надеюсь, вы не забыли об этом?

– Нет, не забыл. А вы не забудьте убрать слишком плотное наблюдение. Кажется, вы решили пустить за мной целый батальон ваших наблюдателей, – спокойно сказал Монах.

– Это всего лишь мера предосторожности, – заметил незнакомец, – я же вас предупреждал.

– Могли бы соврать, что для моей охраны, – огрызнулся Монах.

– Зачем врать, – резонно заметил незнакомец, – вы ведь все понимаете лучше меня.

– Приготовьте винтовку, – угрюмо попросил Монах на прощание, – и не забудьте оставшиеся пятьдесят тысяч. Мы увидимся через восемь дней.

– В какой банк перечислить деньги? – лениво поинтересовался незнакомец. – Как обычно, в шведский?

– Я сообщу при следующей встрече, – усмехнулся Монах, вылезая из автомобиля.

Дома он пересчитал деньги. В четырех пачках было ровно по десять тысяч, но в пятой не хватало сотенной. – «Жулики, – радостно подумал Монах, – проходимцы».

Они предусмотрели все, но абсолютно все, по убеждению киллера, не мог предусмотреть и господь бог, иначе люди не стали бы заниматься такими гадостями. Они вышли на него через специальный канал связи, о котором знали только несколько сотрудников из высшего руководства. Однако был еще один канал, тот самый, чрезвычайный, о котором не мог знать никто. Он был предусмотрен на случай войны. Общая паранойя, владевшая умами его наставников в конце 70-х годов, когда правление Политбюро казалось незыблемым, изобрела и такой невероятный случай, когда Москва будет оккупирована войсками другой стороны или в столице будет совершен переворот.

В бывшем КГБ сидели аналитики старой школы. Они обязаны были предусмотреть любые варианты, даже самые невероятные. Именно поэтому такому мастеру, как Монах, кроме специального канала и обычных каналов связи с сотрудниками его ведомства, был заготовлен и чрезвычайный канал. Десять лет он даже не вспоминал о нем. За это время изменилось государство, в котором он жил, его собственное ведомство переименовывалось, реорганизовывалось, сокращалось. Но он слишком хорошо знал методы работы своего бывшего ведомства. Империи могли разрушаться, президенты и министры меняться, даже аппарат управления мог сокращаться или вообще ликвидироваться, но наработанная агентурная сеть оставалась в неприкосновенности, каналы связи продолжали работать. Можно уничтожить министерство, занимающееся спецоперациями, но нельзя сразу отправить в небытие все его связи и структуры. Они порождены тайной и поэтому обречены на существование даже без координатора. Любая спецслужба мира – это самовосстанавливающийся организм, против которого бессильны все государственные структуры. И только отсутствие единой консолидирующей идеи или хозяина в лице государства может быть подлинной причиной конца.

Именно поэтому он рассчитывал, что тот самый чрезвычайный канал связи, о котором и не ведал незнакомец, вышедший с ним на прямой контакт, мог ему пригодиться. Но это был большой риск.

Незнакомец мог принадлежать к группе вышестоящих сотрудников нового ведомства, которым был известен и чрезвычайный канал связи. И тогда его попытки окончатся крахом. Его уберут сразу, не дожидаясь конца этого месяца. Они сообразят, что он решил начать двойную игру. Хотя, если он не попытается рискнуть, он все равно обречен. Степень секретности порученного ему задания такова, что ровно через месяц его все равно уберут.

Приходилось выбирать между почти неминуемой гибелью и шансом остаться в живых. Все равно это был реальный шанс, и настоящий профессионал обязан был его использовать.

Теперь следовало продумать возможность отрыва от своих наблюдателей. Он не сомневался, что его телефон взят под контроль так же, как и телефоны его соседей. При современных технических возможностях Федерального агентства правительственной связи они могли легко прослушивать весь дом, весь подъезд. Возможно даже, что вся телефонная линия в их доме проставлена на компьютер, в который введены слова-символы: звучание их сразу блокировало весь разговор. Например, слова «срочное сообщение» или «возможность встречи». Для этого не обязательно было выходить даже на ФАПСИ. Достаточно было и собственных возможностей ФСБ.

Но без телефонной связи он не сможет дать необходимый сигнал. Пришлось довольно долго продумывать, как лучше выйти на чрезвычайный канал, чтобы его наблюдатели не смогли засечь, а самое главное – помешать передать нужное сообщение.

Обычно он выходил из дома за газетами, иногда заходил в магазины, чтобы купить продукты. Его маршруты уже успели изучить, и любое отклонение будет расценено как попытка поиска контактов с третьими лицами. Следовательно, нельзя было отклоняться от маршрута.

Выйдя из дома, он заметил наблюдение. Его «вели», не стесняясь. Обычно «наружников» бывало не меньше четырех-пяти человек. Очевидно, у незнакомца было мнoго сотрудников. Как они могут рисковать таким количеством людей? Неужели их отзовут в день покушения?

Дойдя до киоска и чуть подумав, он на этот раз купил совсем другой набор газет, чем обычно. Знакомый киоскер даже удивленно посмотрел на него, но, ничего не сказав, протянул несколько газет. Монах расплатился и повернул к дому. Нужно приучить своих наблюдателей к мысли, что устоявшийся распорядок может быть несколько изменен. И начать нужно с такого малозаметного факта, как покупка других газет. Настоящие профессионалы обязаны обратить внимание на такой факт. А они были таковыми: слишком плотно они его «вели» и слишком необычным было свидание с незнакомцем, часто меняющим шведские автомобили. Но если они не обратят внимания на газеты, может появиться шанс.

Он вернулся домой, не отклонившись от своего основного маршрута. Весь день он ждал реакции незнакомца. Вечером зазвонил телефон.

– Добрый вечер, – сказал незнакомец, – мы, очевидно, встретимся через несколько дней и покатаемся. Вы меня поняли?

– Конечно. – Он улыбнулся. Звонок был реакцией заказчиков на покупку других газет. Они просто встревожились. Он рассчитал правильно: это были настоящие профессионалы, и теперь он знает их правила игры.

– Вы ничего не хотите мне сказать или спросить? – уточнил незнакомец.

– Ничего, – все еще улыбаясь, ответил Монах. – Ничего, – повторил он, взглянув в зеркало.

– До свидания. – Незнакомец положил трубку.

Значит, все верно. Они будут обращать внимание на любые мелочи, и его основная задача – сделать так, чтобы не было никаких внешних отклонений.

На следующий день он опять поменял газеты. Киоскер на этот раз не выдержал:

– Вы обычно брали другие газеты.

– Да, – улыбнулся Монах, – но сегодня мне захотелось купить именно эти.

Такого плотного наблюдения он не видел никогда в жизни, даже не слышал о подобном. Мало того, что они перекрывали всю улицу, из окон соседних домов за ним еще следили с камерами в руках. К какой операции они его готовят? Если все будет так продолжаться, то ему просто не дадут ни единого шанса. Почему такой необычный способ проведения операции? Если они готовят ее так тщательно, почему сообщают ему за месяц до назначенного срока? Хотя они ничем не натолкнули его на подсказку, сама секретность этого проклятого задания была ответом на этот вопрос. Его готовили к чему-то, выходившему за обычные рамки даже сверхсекретных операций. Чем больше он размышлял об этом «заказе», тем больше убеждался в собственной правоте, решив любым способом уклониться от его выполнения. И этим спасти собственную жизнь.

На следующий день он чуть отклонился от маршрута, купив себе хлеб в другой булочной. Ему не мешали, но предупредительно остановили два автомобиля прямо около булочной, а в магазин следом за ним вошли двое агентов. Те даже не стали прикидываться покупателями, наблюдая за его действиями. Он вышел из булочной, прижимая к себе пакет с хлебом.

Следующие несколько дней он покупал разные газеты, чуть уклонялся от привычного маршрута, позволял себе чаще обычного заходить в разные магазины, в том числе и в большой супермаркет. Кроме того, в последние дни он не забывал кашлять и даже один раз зашел в аптеку и купил под взглядами агентов лекарство. И наконец решил, что теперь пора рискнуть.

Поздно вечером, выйдя из дома, он прошел по улице метров пятьдесят. От сегодняшнего вечера зависело очень много. Нужно было попытаться обмануть наблюдателей, используя психологический трюк, который, возможно, неизвестен многим из них. Они были слишком молоды и не знали жесткой подготовки специального агента КГБ.