Охота на единорога - Юрий Енцов

— Назад, — приказал Али. Водитель послушно дал задний ход, а потом заехал в ближайший переулок. Там уже толпились несколько человек. Военных тут не было, присмотревшись, Серж понял, что это, скорее всего, большое семейство: отец, мать и несколько детей, старшие из которых были уже подростки.

Мужчина был в арабском платке, как и Серж. Он сидел в тени и чертил что-то перед собой тростью. Его жена с маленьким ребенком на руках подошла к машине и не уверенно попросила отвезти их на другой берег.

— Не суетись, Лейла, — сказал ей мужчина, — в машине опасно. Вспомни, что случилось с братом.

— Спроси у него: где тут можно перебраться на ту сторону реки? — велел Али Сержу.

— Аунни, — сказал Серж, высунувшись из окна, — помогите мне. Я ранен. У национального музея меня ждет человек.

— Вечером, когда стемнеет, — ответил мужчина, — наверное, можно будет проехать. Сейчас идет перестрелка, есть риск попасть под шальную пулю.

— Ана зариб, — сказал Серж, — я тороплюсь.

— Тут в одном месте неподалеку на реке брод, — сказал мужчина, поднимаясь и подходя к нему. Он довольно заметно хромал.

— Брод? — переспросил Али.

— Да, брод, — сказал мужчина. — Тигр тут мелкий, к тому же он разделяется в районе Багдада на две протоки. Но дно илистое. А то место, про которое я говорю, выложено камнями. Хотя сейчас весна, может быть довольно глубоко? Но ваша машина должна проехать. Ишаку там по брюхо.

Али немного подумал и сказал:

— Садитесь и показывайте.

По сигналу мужчины все семейство забралось в машину. Мальчики подростки залезли по задней лесенке на крышу, и джип задним ходом двинулся по переулку.

— Мустакым (прямо). Йамиин, йассар (направо, налево), — руководил мужчина. Когда они минут через пятнадцать подъехали к воде, оказалось что есть и еще желающие перебраться на тот берег вброд.

— Иди вперед, — сказал Али своему водителю, а сам сел за руль. Тот скинул куртку, стащил брюки и ботинки и пошел по пояс в быстрой воде, нащупывая брод.

Они благополучно миновали реку, на них никто не обращал вниманья, хотя отсюда был виден мост. Этот переход через реку — явно не был отмечен на картах нападавших.

Когда они проехали еще несколько кварталов, мужчина попросил остановиться. Все семейство высыпалось из машины.

— Дальше не поедем, — сказал мужчина. — Вот наш дом.

— А почему вы были на западной стороне города? — спросил Серж.

— Гостили у моего брата. Он военный и долго не появлялся дома. Его жена пошла его проведать и тоже пропала. Мы решили вернуться к себе. Здесь как-то спокойнее.

— Как вас зовут? — спросил Серж.

— Мухаммед Саид, — ответил мужчина.

Сержу показалось, что он вот-вот получит ключ к пониманию глубинных процессов, и в расследовании исторических фактов и биографий отпадет всякая необходимость, просто нужно осознать то, что доселе было недоступно.

— В собственном доме возникают всякие ситуации, — проговорил мужчина. — Например, сын женился и привел жену в дом родителей. Невестка со свекровью не находят общего языка. Возникают двойственные отношения с родителями. Они любят сына, но невестка им не нравится. Однако, сына от себя они не хотят отпустить. Вот так…

Серж подумал: не отдать ли ему на сохранение манускрипт? Но Али не понял его размышлений и нажал на газ. Они снова выскочили на автостраду и понеслись к музею.

Танки «Абрамс» блокировавшие мост Багдада, контролировали и улицу за мостом через Тигр.

Один раз их остановили американцы, но Али им спокойно объяснил по-английски, что они везут раненого. Они пересекли проспект и опять поехали небольшими улочками.

У музея шла перестрелка, так что подъезжать к нему близко было нельзя. Али позвонил по спутниковому телефону, кажется, Джорджу. Сержу снова стало дурно, он временами словно терял сознание, или просто задремывал.

— Ты спишь? — Али тормошил Сержа за плече.

— Нет не сплю, — ответил Серж.

— Тебя ждут, — сказал Али. — Его имя Родни Фон Це

— Я знаю, — отозвался Серж.

— Тут недалеко. Километр, но участок простреливается. Мои люди отведут тебя, — сказал Али.

— Прощай Александр, — сказал Серж.

— Почему ты так меня называешь? — спросил Али. — Мое имя Али Мухаммед.

— Извини, я раньше был знаком с человеком по имени Александр Воронов, вы очень похожи, — ответил Серж.

— Когда это было? — спросил Али.

— В первый раз мы встретились в Америке в 1981 году, второй раз в Чечне в 90-м или 91-м я сейчас уже не помню.

— А я не помню что со мной было до 91-го. Был ранен. Долго отлеживался. Меня никто не лечил. Потом работал на одного… Потом убил его. И нашел себе занятие. Воюю. А ты что тут делаешь?

Серж вытащил из портфеля машинописные странички с русским переводом рукописи и дал Али:

— Вот почитай на досуге.

«…Зашумело в ушах, этот шум был так похож на учащённый плеск воды в протоке и Мигуэль посмотрел туда — вниз. Поблёскивал на утреннем не ярком ещё солнце поток, его струи были довольно прозрачны, хотя и замутнены после ночного дождя. И Мигуэль не услышал почему то журчания — звуков молодой горной воды струящейся меж обточенных ев камней. А вместо этого он слышал и прислушивался к гулу, подобному шуму избыточной крови в висках. Но на этот раз шум происходил не внутри тела — слабого чувствительного тела, а со стороны правого северо-восточного склона Лабан-Роша. И Мигуэль понял, что должно произойти сию секунда: он взглянул ещё раз вниз на воды протоки они помутнели ещё более, на стражника на том более низком берегу… Опять на текущую воду. Её напор чуть увеличился, но только чуть-чуть, поток поднялся на вершок. Ещё — на вершок… Стражник смотрел на Мигуэля с гордым видом. Он явно собирался показать, что не выпустит никого за пределы Островного дворца, и не слушал странного гула. Потом услышал, но не обратил внимания… Затем обратил, но не пенял.

…И наконец понял, но было уже поздно! Он мог бы броситься стремглав назад или вперёд в тщетной попытке перебежать по мосту, но остался стоять и, через несколько мгновений был смыт ревущим водным кручением, шквалом движущегося посуху озера, в котором вертелись ветки, сучья, деревья и даже камни, валуны неслись, едва касаясь дна словно галька. Один из таких валунов кувыркнулся в только что мелкой протоке, зацепив деревянный мост, разбив связи, увлёк с собой брёвна.

Бурлящая каша из пузырящейся воды, крошева сучьев и листвы прихлынула к самым ногам Мигуэля. И тут он увидел меж далёких деревьев в просвете свежей после дождя листвы, серое тело слона бегущего сюда по мощёной пороге паланкин на спине и кортеж белых верблюдов.

И постепенно чёрный туман, выросший из расплывчатой точки на горизонте стал разрастаясь покрывать для него окрестности, он перестал видеть сначала небо, потом всё, что вокруг, и только движение воды у самых ног он видел ещё долгота потом, когда исчезло и оно, то продолжал чувствовать исходящую от воды сырость и слышать её шум, оглушительный гул разлива, который не мог услышать только мёртвый. Потом не стало у него сил стоять, он решил опуститься на землю очутившись на ней разбил себе о камень затылок, не почувствовал этого, всё ещё ощущал прохладу пузырящейся воды у его ног уже вовсе не слыша шум разлива.

Вода покрыла каменистый островок-утёс ровной пеленой и возвышающийся на нем дворец оказался т. о. стоящим в огромном в мгновение ока возникшем озере. Но в помещениях дворца было сухо. Службы и конские стоила находились ниже и их залило, кони и слоны едва не погибли вместе со своими погонщиками, но прислуга, оправившись после первого шока, и видя, что иного пути отступления кроме как к Королевскому дворцу нет, что он один высится прямо из водной глади среди одиноко стоящих деревьев, повела подопечную живность под стены дворца. Вода не прибывала более.

Король отметил это стоя на крыльце, только что разбуженный и не успевший умыться, в окружении озабоченной стражи. Крыльцо было совершенно сухим, но вокруг него, на протяжении целой версты, вертелись водные вихри, кружа в своих стремнинах вывороченные с корнем деревья.

Намокшая прислуга собралась у крыльца, погонщики сдерживали своих животных которые испуганно фыркали и жались друг к другу.

— Где Звездочёт? — крикнул король хриплым со сна голосом. Ему ответило молчание. Потом кто-то, видимо рабочий конюшни, посмевший не утонуть в ненастье, а приблизиться к властелину указал:

— Вон он! лежит в воде.

Асман увидел Де Кастро и в салом деле плававшего подобно легкому предмету совсем неподалеку от крыльца, теперь все ориентиры были скрыты водой и местность изменилась до неузнаваемости, но можно было понять, что Мигуэль лежит на каменистом откосе некогда приспособленном для подъёмного моста и полностью скрытом теперь водою, по счастью вблизи дворца спокойной, его босые ноги были колеблемы как два поплавка.