Рождение Патрика - Глеб Финн

**** Вечер того же дня

Я, Том, Сара и Инга, закрылись в обсерватории. Нам нужна была тишина, что бы никто не мешал. Сидим, я повторяю свою историю, как я сумел ограничить поступление энергии в свой источник и почему это нужно Тому.

— Скорее всего размер его источника, как у взрослого человека, и организм тратит гораздо больше энергии на расщепление энергии. Поэтому он не может ни на чём сосредоточиться. Организм занят другим. Вижу на лице девчонок скепсис, Том же сидит с совершенно отрешённым видом. Он последний месяц был таким большую часть времени, даже известие, что я оказался одарённым, козалось пропустил мимо ушей.

А я последний месяц был занят тем, что экспериментировал со своим источником. Опытным путём нашёл, что мой источник переставал наполняться, когда достигал отметки 4/5, и начанинал качать энергию вновь, когда уровень заполнения падал до 1/5. Я пытался играть с этими отметками и даже преуспел в этом. Сейчас я мог установить любые отметки на своём источнике. Это было сродни программированию. Устанавливался триггер на определённой отметке, и когда уровень энергии достигал его, то я либо "включал", либо "выключал" забор энергии. Вернув все настройки в дефолтное состояние, я засел за тероию. В этом мире многого не знали о работе самого источника, так как одарённые не могли его видеть и контролировать. Но какие-то теоретические выкладки были, их я проверял опытным путём. В конце концов, стало ясно, что источник работает как безусловный рефлекс, наследуемые, неизменные реакции организма на определённые воздействия внешней или внутренней среды, как гласит определение. Безусловные рефлексы находятся под контролем коры больших полушарий. К ней я не имел доступа, но ведь можно было и схитрить, просто посылать ложный сигнал, то есть мне было достаточно установить триггер на источнике, и он будет посылать сигнал. Всё это я объяснил своим друзьям.

— Ну допустим, но как ты это сделаешь с источником Тома? — спросила меня Инга.

— Посредством гипноза, это единственный вариант, но для этого мне нужно разрешение Тома.

— Том, ты согласен?

Тот лишь пожал плечами.

— Том? — требовательно спросила Инга.

— Согласен, — всё также безучастно произнёс он.

— Ну, тогда начинаем — бодро заявил я.

Глава 15

**** Понедельник, утро.

Кортеж Императора возвращался в столицу из загородной резиденции, где Император провёл с семьёй отличный уикенд. Он очень любил свою зимнюю резиденцию в Венском лесу и старался проводить там свои редкие выходные. Внезапно что-то сбоку привлекло его внимание, и когда он повернул голову, то от неожиданности вздрогнул. С билборда, при въезде в Вену, на него смотрела группа чёрных детей с белой полосой на лице, полоса была проведена наискосок, от левой брови до мочки правого уха, а внизу была надпись — «Отверженные». Надпись была красного цвета. Словно капли крови, краска стекала по буквам, образуя в самом низу плаката кровавую лужу. И совершенно неуместный слоган в левом верхнем углу: «Янис Костопулос — лучшие свадебные фотографии», и там же был написан телефон.

— Что это такое? — удивлённо спросил он, сидящего рядом сына.

— Сейчас узнаем, — ответил Виктор, доставая телефон.

— Альберт, что происходит в столице? — спросил он в трубку, — Что за чёрные дети на бильбордах?

— Даже так? — удивился он, — И как это пропустили? Хм, понятно. Ладно, спасибо.

— Это рекламная компания Патрика Шарпа, — усмехнулся Виктор, нажав на отбой звонка, — Их школа собирается участвовать в Рождественском турнире.

— Свою команду они назвали «Отверженные», — после паузы добавил он.

— У меня ощущение, что я больше не хозяин в столице, — пробурчал Император, — неужели нельзя приструнить наглеца?

— Отец, мы об этом уже говорили, истинный с не пойми каким источником. Это его кровь, помноженная на силу источника, даёт такой результат.

— Я хочу посмотреть на него, — решил Император.

— Так уже, я попросил Альберта, чтобы он инкогнито передал ему приглашение на Новогодний бал маскарад.

— Надеюсь, турнир пройдёт без скандала, — неуверенно сказал Император.

— Отец, я уверен, нас ждёт совершенно незабываемый турнир, — хохотнул в ответ Виктор.

****

Уф, понедельник — день тяжёлый, особенно после таких интенсивных выходных. Правда, всего, что планировали, мы так и не успели сделать. Зато наши бильборды украсили столицу. Всего плакатов было пять штук. На въезде в Вену мы поставили наших бабуинов, предварительно сделав им чёрные лица и нарисовав на них белую полосу. И надпись такая: «Отверженные» и лужа крови под ней. Вышло страшно, мы ещё опрыскали это краской, которая светится в темноте. Ужас, получилось, как восстание из Ада. Другой бильборд — плакат Сары в лёгком голубом платье, в руках скрипка и подпись: «Она тоже изгой?». Сара на фотографии вышла потрясающе, её огромные глаза завораживали, и вскоре около этого плаката образовалась куча зевак. Затем Том, сидящий на фоне дымящегося шагохода. С этим нам помог Николас, у него было куча фотографий из фильмов, а Дом и Клаус уже сами смонтировали плакат. Вот и получился раненый солдат на фоне подбитого шагохода и надпись: «Он пойдёт защищать Родину, но Родине не нужны изгои». Взгляд Тома вышел совершенно пустым, правда, это и был его взгляд в последнее время. На плакате он выглядел как контуженый солдат на поле боя. Ещё один бильборд — Камила, рисующая надпись «Родина изгоняет нас», когда перед её глазами стоит надпись «Родина любит вас». Получалось, что буквы как будто сами менялись на картине. И наконец, Инга, с распущенными волосами, воздев к небу руки, источает зелёный свет источника лекаря и надпись: «Меня отвергли, но я продолжаю лечить». На это мы «убили» всё воскресенье. Нет, мы молодцы, но мне всё время кажется, что недостаточно быстро мы работаем. Ладно, главное — качество. А вот с качеством было всё хорошо. Бильборды смотрелись, притягивали к себе внимание. Публика понятия не имела, к чему повесили эти картины, и тут же начались пересуды в сети. Я специально не спешил раскрывать детали акции. Пусть побурлит пару дней, а вот когда градус кипения достигнет максимума, тогда и представим нашу команду широкой публике. Бабуины продолжали разучивать танец, выходило у них так себе, но при строгом надзоре Сары