Приговор, который нельзя обжаловать - Надежда Зорина

– У вас опять развязался шнурок, – говорю я ему, задыхаясь. И, понимая, что сейчас со мной произойдет, поправляюсь: – У тебя опять развязался шнурок. – И, не в силах противиться неизбежному приступу, кричу, выпуская младенца на свет:

Проходящий странник, Брат мой,Отпусти мои грехи мне!..Пусть жестокая расплатаЗа твоей идет стихией.Отпусти мои грехи мне,Подари еще полслова…Я теряюсь пред стихией…Брат мой, я люблю другого.

И тогда наступает такое счастье, такое давно забытое счастье, что я в эйфории прощаю себя. Повернувшись, я медленно иду назад, к терпеливо ждущему меня Денису. Я улыбаюсь ему. Я ему обязательно прочитаю мое стихотворение. Я даже ему его посвящу. И пусть он никогда не узнает, куда я сейчас убегала, пусть он никогда не догадается, что люблю я другого человека, с просветленной улыбкой и вечно развязанным шнурком, его непосредственного начальника, Андрея Никитина.

Об этом никто никогда не узнает.

Примечания

1

Уже подходит тихим шагом медленная старость (лат.).