Пять баксов для доктора Брауна. Книга вторая - М. Маллоу

— Э-э-э… — сказал кровопийца в отставке Хьюэт, — сэр, помоему, самое время напоследок пробежаться. К роще, а?

— Да, в самом деле, — одобрил Д.Э. — Детям нужен свежий воздух. Класс! Построились!

Глава тридцатая

Кто обидел эти глазки?

Н у? — спросил Дюк. — А дальше? А дальше в заведение мадам Гландау явилась Ответственная комиссия Попечительского Совета. Мадам не без некоторых оснований рассчитывала исхлопотать для пансиона некоторую субсидию. Нарядная и красивая, как роза в палисаднике, она повела Ответственную комиссию на полянку за рощей. Где как раз проводил занятие новый учитель гимнастики. Очам Ответственной Комиссии Попечительского Совета предстала идиллия:

— …палуба вся в китовых внутренностях… — вещал сторонник эффективного развития, вися на суку вверх тормашками и закинув за голову локти.

Во рту у него была незажженная сигарета.

— …кругом вонь, — продолжал он, — как когда кухарка рыбу чистит, только хуже в сто раз. И ты, красивый такой, в крови по колено, кишки на локоть наматываешь…

Самый тихий и послушный, Энтони Виверс, почтительно дал учителю прикурить.

— Да, кстати, — сказал тот, с наслаждением затянувшись. — Тони, придется стырить на кухне спички. Наши уже тю-тю, а с деньгами — сам знаешь.

И тут он встретился взглядом с мадам Гландау. Которая в этот момент была похожа на Злую фею больше, чем когда-либо.

— Вы должны немедленно покинуть это место, — сказала она очень громко и очень внятно.

— … потом я получил, что причиталось, — Джейк потер освобожденные от наручников запястья, — оплатил счет за больницу. А дальше вы видели сами.

— Что ж ты, — нос незнакомца радостно шмыгал, и тот вынул платок, — что ж ты так спокойно простился с двадцатью баксами, которые выгреб у тебя этот шулер?

Он высморкался, как тромбон.

— Вам же жрать нечего!

— Плакать мне, что ли? — обиделся Д.Э. Саммерс.

— Шулер? — ахнул М.Р. Маллоу.

При слове «шулер» веселье, вызванное рассказом Д.Э., несколько поутихло.

Незнакомец наклонился почти к самому лицу М.Р. Дюк увидел покрасневшие, с мутными белками, пронизывающие, как рентген, глаза:

— То, что твой дружок берет в руки карты второй раз в жизни, — усталым тоном сказал незнакомец, — было ясно еще, когда он вошел. Как ты-то не засек? А?

Незнакомец посидел еще немного, вздохнул и встал.

— Беда, — сказал он, — с этими молодыми.

Д.Э. не сводил с него глаз.

— Вы не фараон, — сказал он вдруг севшим голосом. — Вы…

Незнакомец качнул головой — едва заметно, и покинул бар.

Д.Э. закрыл рот, заторможенным движением пригладил растрепавшиеся волосы.

— За ним, быстро!

Незнакомец успел сесть в экипаж, но Д.Э. профессиональным движением открыл дверцу в последний момент, а М.Р. Маллоу не менее профессионально отскочил, уворачиваясь от кучерского кнута. Раздался окрик: «Пошел!», Джейк спрыгнул на землю — и колеса уже грохотали, скрываясь в тени раскидистых деревьев Аламида. В руках Джейка осталась визитка:

— Сошлось! — голос искателя приключений осип, крылья носа вздрагивали.

— Чего?

Джейк похлопал визиткой о ладонь.

— Я эту «Детективную службу Кертина» позавчера еще в газете видел. Один дядька в парке читал. Я мимо шел. Остановился прикурить — не поверишь, реклама в глаза бросилась. Смотрелсмотрел, и когда совсем уже собрался попросить газету, этот испугался и ушел. Еще и оглядывался!

— Смелый попался, — с уважением сказал Дюк. — Другой бы на его месте как увидел тебя с маниакальной рожей — так не только газету бы отдал, но еще бумажник, часы и булавку из галстука!

— С какой рожей? — не понял Д.Э.

М.Р. показал. Компаньон натянул ему шляпу на нос и продолжал:

— Скупил «Сан-Франциско Колл», «Калифорниан», «ЭльЦентро» — все газеты, семь штук! — нету. Ну, думаю, рекламу редко один раз дают, еще увижу. И тут само! Сошлась головоломка!

Ничего особенного в офисе детективной службы не было. Обычный коридор с дверьми офисов, обычный кабинет. Обычное бюро со множеством выдвижных ящиков, обычный телефон, тарелка с сосисками и пятном горчицы, в углу — железный сейф, и всюду грязь. Майлз Дж. Болджер, шеф «Детективной службы «Кертин-Ко-Инк.» оказался чуть полным, мускулистым даже под пиджаком человеком с хорошей крупной головой, густыми, просыпанными сединой волосами, с залысинами, породистыми крупными носом и ртом, и веселой ямкой на подбородке. Он был одет в коричневый костюм — неброский, темный, ловко сидевший. Он чистил свой «дерринджер», не особенно смущаясь тем, что делает это на пачке исписанных листков бумаги. Рядом стояла очень пыльная пишущая машинка. В кабинете плавали остатки дыма — не сигаретного, как можно было преположить, глядя на полную, с горкой, медную пепельницу, а пахнущего жженой бумагой, древесиной и ветошью. Подпалины на подоконнике и отсутствие на окнах занавесок подтверждали подозрения. Увидев, что к нему пришли, шеф детективной службы оторвался от своего занятия.

— Чуть не спалили богадельню! — сказал он и засмеялся. — Вот мазурики, прямо в окно.

Он ногой выдвинул из-под стола металлическую мусорную корзину. В корзине лежал спутанный узел тряпок — мокрых, почерневших, испускавших запах гари и керосина.

— Еще и смотаться думали, — весело сказал шеф. — Ну, что?

Д.Э. Саммерс машинально поднял руку — унять сердцебиение, но тут же спохватился и принял небрежный вид, сунув руку за лацкан пиджака. Профиль его был четким, взгляд — твердо-мрачным, подбородок квадратным. М.Р. Маллоу прочистил горло и отставил одну ногу. Лицо его сделалось независимым. Никто на свете не мог бы сказать, что у этого юноши кружится голова и подступает к горлу нервная тошнота. Совершенно точно, потому что за широким плечом шефа детективного агентства стоял полированный шкаф, в котором все было отлично видно.

Все это заняло не больше двух секунд. Д.Э. посмотрел в глаза Майлзу Дж. Болджеру и произнес:

— Возьмите нас на работу!

— Ого! — сказал шеф, убрал тарелку с сосисками на сейф и придвинул поближе свой стул. — Ну-ка, ну-ка.

— Мы почти год отплавали на китобое, — начал Джейк.

Хотел продолжать, но шеф перебил:

— Убивать приходилось?

— Да, — махнул рукой Джейк. — Было дело.

— Самозащита, — добавил Дюк.

— Вот он, — Джейк показал на компаньона, — может договориться хоть с бешеной собакой.

— А он, — вернул жест Дюк, — может выкрутиться хоть из преисподней.

— Про бордель не стоит, — подумал Д.Э.

— Про предсказания тоже, — подумал М.Р.

— Ну, еще мы работали репортерами, — продолжал Джейк.

— Под псевдонимом, — стесняясь, добавил Дюк.

Он ужасно затруднялся, как быть в случае, если вот сейчас шеф детективной службы тоже обзовет их фиалками.

— Да, — улыбнулся компаньон. — Наше инкогнито до сих пор не раскрыто.

— Ну-ка, ну-ка, — Болджер подпер пальцами подбородок. — В какой газете?

— В «Ежедневном компаньоне», — тоже улыбнулся Дюк. — Джулия Дей.

Сыщик задумчиво щурил синие глаза.

— Джулия Дей, Джулия Дей… — бормотал он, вертя на столе большими пальцами.

Повертел-повертел, глядя не на руки, а на компаньонов, стукнул сложенными в замок ладонями о стол:

— Да, помню.

Он рассмеялся.

— Черт! Думал, надо же, какова смелая леди! И в голову не пришло!

— Возьмете? — уточнил Джейк.

Детектив продолжал щуриться. Теперь он взял перо, перевернул его и стал постукивать тупым концом по столу.

— На какой станции легче всего прицепиться к вагону? — спросил он.

Посмотрел на одного, на второго и продолжал:

— Кто главные прицепляльщики? Как поступает кондуктор, если поймает? Где легче всего положить труп на крышу? Как обычно воруют пеньку с фабрики? Как необычно ее воруют? Как запирают и открывают английские замки? Французские? Можно ли в темноте отличить натуральный шелк от поддельного? Как выглядит пробка, дважды побывавшая в горлышке? Кто и где вставил эту пробку?

Он махнул рукой, как бы показывая, что все эти вопросы — чистая формальность, а ответы — дело наживное, и совсем просто поинтересовался:

— Сидеть приходилось? Cколько? За что? В какой тюрьме?

— Эй! — крикнул Дюк. — Стой! Куда!

Тяжелая парадная дверь еще поскрипела, как бы находясь в сомнениях, а затем захлопнулась с гулким грохотом.

Д.Э. сначала шел просто, потом шел быстро, потом, не дотерпев до угла Сент-Джеймс-сквер, побежал.

— Да стой же ты, черт! — крикнул Дюк.

Мясник у лавки напротив бросил тесак, которым рубил свиную тушу, и вытер рукавом пот. Посмотрел на притормозившего в нерешительности парня, пожал философски плечами, и продолжил свое занятие.