Тайник на Кутузова - Дина Константинова

Краем глаза я видела, как Катрин тут же кинулась за мной. Я надеялась, что она останется в кафе. Но, увы, все складывалось как нельзя хуже. Причем, несясь за мной, она сигала через стулья и бордюры с проворностью профессионального атлета. Ужаснувшись тому, что она бежит за мной, я кинулась напрямик, плохо разбирая, куда несусь. И выбежала на дорогу... Последнее, что я помню, – это оглушающий визг тормозов, глухой удар, боль и моментальная темнота...

Глава 4

– Очнитесь... Вы меня слышите?

Голос звучал издалека, и я подумала, что, наверное, это ангел. А я на небесах. Не могу же я попасть в ад, в самом деле?

– Вы слышите? – Голос ангела звучал все настойчивей, потом он начал трясти меня за плечо.

Удивившись столь странному отношению небесного жителя, я нехотя приоткрыла глаза. И увидела мужчину лет пятидесяти, с бородой и в белом халате. На ангела он был похож ровно столько же, сколько я на ежа.

– Вы кто? – поинтересовалась я у незнакомца, удивляясь слабости и глухости своего голоса.

– Ветеринар, – ответил тот и повернулся к кому-то, кто стоял сзади него.

– Ну, как она? – спросил некто.

– Нормально, – сказал ветеринар. – Пусть полежит пока. Утром будет как новенькая.

Прикрыв глаза, я подумала, что это очень странно, что меня смотрит ветеринар... Может, я действительно на небесах и превратилась в овцу? И поэтому ангелы вызвали ветеринара? Еще какое-то время я слышала голоса, но они становились все глуше, глуше... Потом, по всей видимости, я уснула.

Когда я проснулась, за окном было темно. Не поднимаясь, я осмотрелась вокруг. Я лежала на кровати в какой-то незнакомой комнате. Возле кровати темнела тумбочка, на которой стоял абажур. Шторы на окне были открыты, и прямо в окно светила большая, толстая луна. Вокруг было тихо, ни звука, ни шороха. Интересно, что же произошло?

Осторожно приподнявшись, я села в кровати. Голова болела и подозрительно кружилась. Перед глазами рассыпались звездочки. Маленькие такие, красноватые... Помигали и исчезли. Черт возьми, появится ли хоть кто-то, у кого можно спросить о том, что произошло и где я?

Мои мысли никто не прочитал, и, соответственно, никто не явился. Придерживаясь рукой за тумбочку, я встала, и меня чуть повело вбок. Переждав, пока наладится равновесие, я подошла к окну и выглянула наружу.

Судя по тому, что рядом с окном была крона какого-то дерева, я предположила, что нахожусь на втором, а может, и на третьем этаже. Внизу был дворик, освещенный изящными фонариками. Прямо в центре красовалась большая клумба, искусно подсвеченная со всех сторон разноцветными огнями. В углу я заметила большой черный лимузин...

Если рассуждать логически, простой человек не может быть обладателем лимузина. А значит, я нахожусь в доме непростого человека. Да где же я, черт возьми?

В этот момент дверь в комнату скрипнула, и я услышала чьи-то шаги. Повернувшись, увидела полную женщину неопределенного возраста. Ей было что-то между пятьюдесятью и шестьюдесятью. Она была смугловата и походила либо на испанку, либо на итальянку. На ней красовались форменное платье, какие обычно носят горничные, и белый передник с кружавчиками. Черные волосы были аккуратно забраны в пучок на макушке. В руках – поднос, накрытый салфеткой.

– Мадемуазель проснулась? – справилась она, ставя поднос на тумбочку рядом с кроватью. – Месье Люка справляется, как вы себя чувствуете.

– Кто? – не поняла я.

– Месье Люка. Люка Бене, – добавила она, чуть поклонившись. – Он может вас видеть?

Я открыла рот и застыла, как статуя. Значит, я нахожусь в доме у Люка Бене? Замечательно! Но мне бы очень хотелось знать: каким образом я сюда попала?

– Конечно, – наконец сказала я, приходя в себя. – Пусть заходит.

Потом я машинально посмотрела на свое одеяние – на мне был какой-то розовый пеньюар. Явно не мой. Прочитав сомнения на моем лице, толстушка сказала:

– Ваша одежда была порядком испорчена. Ее отдали в стирку. Я вам сейчас кое-что принесу. Вы пока кушайте...

Она ушла, а я накинулась на еду. Было такое ощущение, что я не ела уже целую неделю. Сорвав салфетку, уставилась на содержимое подноса. Оно впечатляло: бутерброд с икрой, вареные овощи, припущенные в масле, отбивная, круассаны, сыр, сок... Что ж, значит, здесь неплохо кормят, решила я и принялась за еду.

Минут через десять вернулась толстушка. В пухлой руке она держала вешалку, на которой висели платье, блузка, брюки и какая-то накидка.

– Померьте, – добродушно сказала женщина. – Надеюсь, ваш размер.

Я приняла одежду из ее рук и приложила к себе. Платье было явно узковато. Для того чтобы мне в него втиснуться, надо было избавиться от пяти-шести кило. А вот блузка и брюки были впору.

– Вы позволите?

– Конечно, простите. – Женщина смущенно улыбнулась и вышла за дверь.

Натягивая на себя шелковую блузку кремового цвета, я думала, как странно все выходит. Я у Люка. То есть у цели. Но что случилось? Я помнила, что вылетела на дорогу, а потом – бум. Видимо, меня сбила машина. Возможно, это была машина Люка Бене? Да не возможно, а сто процентов. Иначе как бы я очутилась здесь? Вот и не верь потом в шутки судьбы! Хотя, положа руку на сердце, она могла бы пошутить несколько иначе. Полегче, так сказать. Не стоило швырять меня под колеса машины. Все-таки рискованное это дело. Мало ли... Так или иначе, я бы нашла способ оказаться здесь.

Штаны из льна того же цвета, что и блузка, сидели как влитые. Хотя чему удивляться? Здесь столько женщин... Уж явно у кого-то фигура схожа с моей!

Не успела я посмотреться в зеркало, которое висело возле двери, как в дверь постучали. Я сказала «Войдите», и на пороге возник Люка.

Я мгновенно подумала, что на фото он выглядел намного старше и хуже. На самом же деле старикашка был еще тем петухом. Мешки под глазами выдавали в нем беспробудного выпивоху, но было видно, что он всячески пытался следить за собой. На нем были шелковый домашний халат, просторные брюки. На ногах – кожаные тапочки.

– Мадемуазель? – Он сделал нечто вроде реверанса и поцеловал мою руку. – Как вы себя чувствуете?

– Хорошо, спасибо, – сухо ответила я, стараясь определить тактику дальнейшего поведения.

Он внимательно посмотрел на меня, потом обошел вокруг, посмотрел мне в лицо.

– Вы очаровательны, – сказал он сладким голосом, а потом, почти шепотом, добавил: – Прошу прощения за то, что произошло.

– Вот именно об этом я и хотела узнать, – кивнула я и сделала полшага назад. Уж очень близко ко мне он стоял.

Люка медленно прошелся по комнате, дошел до стула у окна, сел на него, закинул ногу на ногу.

– Дело в том, – сказал он, – что вас сбила машина, в которой я ехал. Поверьте мне, мой шофер – настоящий профессионал своего дела! Но вы так внезапно выскочили на дорогу...

– Дальше, – потребовала я.

Люка пожал плечами, развел руки в разные стороны:

– Вот, собственно, и все...

– А почему, простите, меня смотрел какой-то ветеринар?

Люка встал со стула, опять сделал круг и подошел ко мне.

– Понимаете ли, – сказал он, несколько растягивая слова, словно размышляя. – Я не очень хотел встречаться с полицией. Они спят и видят меня за решеткой. Ну, если не за решеткой, то, по крайней мере, в каталажке местного участка. Сделать гадость – тоже радость, правда? Тем более такому человеку, как я. Зависть – страшная штука. Я, конечно, мог бы отвезти вас в госпиталь, и, поверьте мне, непременно сделал бы это, если бы у вас были серьезные повреждения. Но удар был несильным, крови не было, и я решил привезти вас к себе. Тем более что свидетелем аварии была только какая-то блондинка, которая тут же испарилась. А здесь у меня под рукой только ветеринар, который смотрит за моими племенными лошадьми.

– То есть я – еще одна племенная лошадь? – догадалась я.

– Ну зачем вы так? – Старик сделал обиженное лицо и отвесил губу. – Поверьте, он лучше любого терапевта во Франции!

– Хорошо. – Теперь уже я села на стул у окна и посмотрела на старика с вызовом. – И что теперь?

– О, я ваш должник, – пропел тот. – Могу я вам предложить погостить у меня... некоторое время?

Бог ты мой! Да все складывалось как нельзя лучше. Складывалось так хорошо, что я ущипнула себя за руку – не сплю ли я? Еще несколько часов назад я ломала голову над тем, как сюда попасть, а теперь сам хозяин имения предлагает мне погостить у него. Один недостаток – кружится голова. Но это ерунда, пройдет.

– Ну, если только некоторое время, – согласилась я, вроде как колеблясь. – Это и будет моя комната?

Да, это и была моя комната. Оказалось, что за встроенной в стенке дверью находилась роскошная ванная комната, и я, только взглянув на нее, тут же изъявила желание принять ванну.

– Конечно, – согласился Люка. – Отдыхайте, расслабляйтесь и в десять, если вы будете себя хорошо чувствовать, приходите в грот.