Рождение Патрика - Глеб Финн

И хотя от неё ничего не зависело, она не могла признаваться самой себе в собственном бессилии.

— Юлия, ты слышала, что наследник попросил наш род оказать ему услугу? — наконец решив, как ей следует поступить, спросила Анна.

— Да, кое-что слышала, — осторожно ответила дочь. Она действительно поинтересовалась, чем им пришлось отплатить за помощь, но поняла, что это было что-то незначительное, и сразу же выкинула это из головы.

— Дочь, нельзя так легкомысленно относиться к просьбам Императора, хоть они и незначительны, — нравоучительно сказала Анна.

— Прости, мама, просто я так была рада, что наши проблемы наконец-то разрешились, что не уделила этому должного внимания, — опустив голову, произнесла Юлия.

— Понимаешь, просьба Императора действительно несложна, но мне потребуется твоя помощь, — приняв окончательное решение, сказала княгиня.

Кратко пересказав просьбу наследника, Анна дополнила:

— Проблема в том, что наследник хочет сделать реалити шоу с участием детей, и мне, как главе рода, неудобно будет мелькать в телевизоре. Во-первых, это вызовет ненужные слухи, а во-вторых, многие могут это связать с решением наших проблем, а это уже нежелательно для императорского рода.

— Да, мама, понимаю, — серьезно ответила Юлия. Это был первый раз, когда ей доверили работу для рода, и она не подведёт, — я всё сделаю в лучшем виде.

— Я не сомневаюсь, дочка, — грустно улыбнулась Анна, — иди, а я пока подумаю, как нам лучше всего это обставить.

«Род важнее», — думала Анна, глядя вслед уходящей дочки, — «её не тронут, а вот род может попасть под удар. Ещё бы раньше других вычислить Истинного».

****

Ну вот и настал мой первый день учебы в этом мире. Нас всех построили на плацу перед школой. Первым выступил администратор школы, Олле Нуллонен. В своей речи он посетовал, что телесные наказания в Империи отменены, но даже без них есть много разных и изощрённых методов воспитания. Он также пожелал нам успехов в новом учебном году.

— Не обращай внимания, — шепнула мне Инга, стоявшая рядом со мной, — это он так каждый год новеньких стращает.

— Угумс, — кивнул я.

Олле мне показался абсолютно адекватным мужиком и даже помог, предоставив полную программу обучения за прошлый год, которую я уже почти закончил изучать.

Далее шла директриса, мадам Николь. Её речь была довольно занудной, в основном напирала на патриотизм, дескать мы будущее Империи, и в этой школе в нас будут заложены те ценности, которые мы понесём впереди Европы всей. Короче, бред полный, но ей видимо надо было поставить галочку для отчётности. Лишь в конце речи она рассказала о нововведении, а именно о нашем классе под шефством рода Морозовых, и пригласила на сцену Юлию Морозову, которая и будет курировать наш класс. На сцену вышла девочка 16 лет, но назвать её девочкой язык не поворачивался. Невооружённым глазом было видно настоящую аристократку: точно выверенные движения, стать, гордо поднятая голова и, конечно же, природная красота.

Том не удержался и громко свистнул, и тут же получил от Инги локтём под рёбра. Среди учеников послышались смешки. Думаете, она смутилась? Даже не притормозила, грациозно взошла на сцену, и, обведя взглядом учеников, мило улыбнулась.

— Спасибо, — начала она хорошо поставленным голосом. — Спасибо руководству школы, которое разрешило воплотить мой замысел в жизнь, спасибо детям, которые согласились принять моё предложение. Я очень счастлива сегодня. Это первый шаг к взаимопониманию и дружбе. Спросите меня, почему я это делаю? Всё очень просто. Я всю жизнь прожила в России, но волей судьбы мне пришлось переехать в Европу, и мне было очень сложно изменить свою жизнь, начать всё сначала. Но я смогла и благодарна Империи за то, что она дала мне этот шанс. И тогда я подумала: а что с теми детьми, которые да, хотят изменить свою жизнь, но не могут? Ведь я имею свой дар с рождения, и за это я благодарна своим родителям. А вы? Вы добились всего сами, своим трудом. Вы хотите изменить свою жизнь, и я дам вам такой шанс. Вы заслужили это. Кроме того, я считаю, что мы, одарённые, должны научиться у вас воле, стремлению и трудолюбию. Спасибо вам. Вы будете прекрасным примером для всех целеустремлённых детей, а я буду помогать вам.

— Вот ведь ж тварь, — прошептала одними губами, стоящая по правую руку от меня, Инга.

Я еле сдержался, чтобы не посмотреть на неё. Однако у девочки полно скелетов в шкафу, надо будет присмотреть за ней.

— Эй, счастливчик, — лохматая голова Тома высунулась из-за плеча Инги. — Везёт же пустышкам, (здесь и далее по тексту неодарённые). Хотел бы я, чтобы надо мной такое шефство взяли.

— Ай, больно же, — Том согнулся пополам, схватившись за ногу.

Инга врезала ему носком ботинка прямо в колено. Лекарь знает, куда бить! И с гордым видом она удалилась.

— Чего это она? — недоумённо спросил Том, потирая ушибленное колено.

— Никогда не восхищайся другими девушками, если рядом с тобой твоя подруга, — деревня, — подняв указательный палец, выдал я великую мудрость.

— И чего это я деревня? Я городской.

Я лишь покачал головой, горбатого, как говорится…

Проводив Тома до класса, я потопал в свой. Меня не отпускало поведение Инги. Я, как менталист, умею чувствовать эмоции. Так вот, такой незамутнённой ненависти я давно не чувствовал. Что же такого в Ингином прошлом? И с этими мыслями я толкнул дверь класса.

****

Я вошёл в класс последним и увидел удручающую картину. Дети, вырванные из привычной среды обитания, выглядели абсолютно растерянными. «Мда, как всё запущено,» — подумал я, оглядев класс.

Потухшие взгляды, поникшие плечи, и этот запах липкого страха, исходящий от бедных детей. Всё-таки, недаром вас называют пустышками. Но ничего, будем работать.

— Привет, народ, ну что, уделаем батареек?(здесь и дальше по тексту — одарённые)! — я радостно помахал рукой.

Ответом мне было пару улыбок, остальные лишь втянули голову ещё глубже в плечи.

«Кто же вас болезных так напугал?» — подумал я.

Оглядев весь класс, я заметил свободное место в первом ряду, рядом с девочкой с удивительными глазами. Её глаза были настолько большие, что можно было утонуть в них. «Глаза — зеркало души», — подумал я и решительно направился к ней.

— Можно? — спросил я её.

Она молча кивнула в ответ.

— Патрик, — протянул я ей руку, когда устроился на стуле.

— Сара, — она ответила скромным рукопожатием.

«Неужели из наших? Тьфу, я же теперь ирландец, но всё равно приятно,» — подумал я.

— Ну и за что тебя сослали, Сара?

— Прости? — её глаза чуть увеличились в размере.

«Боже, её глаза просто завораживали.»

— Как и почему