Только не дворецкий. Золотой век британского детектива - Герберт Аллен

Трент неспешно почесал подбородок:

— А ты уверен, что тут и впрямь было что-то странное? Жена вот, ты говоришь, ничего не заподозрила.

— Совершенно уверен. А жена просто не знала, что Лэнделл лучше, чем я и Сноу, разбирается в ценных бумагах и что в любом случае мы не занимаемся его финансами. Если бы ему и правда нужен был совет, он вызвал бы одного из своих брокеров.

Трент вытянул ноги и принялся задумчиво жевать кончик сигары.

— Без сомненья, ты прав, — сказал он наконец. — В глубине этого и впрямь скрывается что-то неприятное. Да и на поверхности все не так уж гладко. Миссис Лэнделл — ангел-хранитель, скажите пожалуйста!

Он поднялся:

— Я еще раз обо всем подумаю, Артур, и если вдруг меня осенит, сразу же дам знать.

На следующий день Трент без особых затруднений нашел Чолси-Вуд. Это название, как оказалось, носил довольно большой участок земли, в основном поросший лесом. Между многочисленными перелесками были разбросаны строения: несколько современных домов с участками, ряд коттеджей, трактир с вывеской «Сорока и ворота», тюдоровский замок, окруженный ухоженным парком. Усадьба Вязы, куда направлялся Трент, стояла в полумиле от трактира у дороги, делившей Чолси-Вуд на две части. Усадьбу окаймляла живая изгородь с аркой, к дому вела короткая автомобильная дорога. Трент проехал сквозь арку в живой изгороди, вышел из машины и зашагал к усадьбе, любуясь цветочными клумбами и ухоженным фруктовым садом. Трехэтажный дом тоже оказался ухоженным и красивым, у крыльца разрослась глициния.

Трент позвонил, и ему открыла пухленькая горничная. Протянув ей свою визитную карточку, Трент объяснил, что много слышал об альпийской горке мистера Лэнделла. Слышал он и о том, что мистер Лэнделл показывает ее посетителям. Может ли горничная передать его карточку хозяину, и если это сейчас удобно… Тут Трент прервался, потому что в холл вошла женщина — красивая рыжеватая блондинка с жестким взглядом голубых глаз.

— Я миссис Лэнделл, — сказала она, взяв у горничной карточку Трента. — Я слышала, о чем вы говорили, мистер Трент. Я вижу, вы не знаете о моей утрате. Мой супруг скончался две недели назад.

Трент тут принялся сбивчиво извиняться и выражать свои соболезнования.

— Что вы, — грустно улыбнулась миссис Лэнделл, — вы ничуть меня не обеспокоили. Раз вы приехали, вы конечно же должны осмотреть альпийскую горку. Мой муж ни за что не отпустил бы гостя, не показав ему сад.

— Это действительно знаменитая горка, — сказал Трент. — Я слышал о ней от Артура Селби, юриста, которого вы, я думаю, знаете.

— Да, они с компаньоном были поверенными моего мужа, — сказала миссис Лэнделл. — Пойдемте со мною, я покажу вам дорогу.

Они прошли по коридору и через стеклянную дверь вышли на огромный участок с другой стороны дома.

— Вам придется осмотреть горку самому, — сказала миссис Лэнделл, — я ничего в таком садоводстве не понимаю. Мой муж ею очень гордился и постоянно пополнял коллекцию растений, до самой болезни. Видите ту рощу с вязами? В честь нее названа усадьба. Идите в том направлении, потом увидите пруд с лилиями, альпийская горка будет по левую руку. А теперь позвольте вас покинуть, боюсь, я сейчас не в силах развлекать гостей. Когда посмотрите сад, горничная вас проводит.

Трент поблагодарил ее, она кивнула и ушла в дом.

Пройдя по аллее, Трент нашел то, что искал: высокую, в несколько ярусов, груду шершавых серых камней, поросшую множеством разнообразных растений — как им только хватало скудной почвы. Хоть хозяйка и плохо разбирается в альпийских горках, подумал Трент, но едва ли хуже его самого. И он порадовался, что выяснять на практике, кто знает меньше, пока не пришлось. Трент не знал, что ищет. Он просто решил почему-то, что здесь есть какая-то подсказка. И принялся думать и вглядываться, медленно расхаживая перед каменной громадой, поросшей нежным многоцветьем трав.

Вскоре он заметил одну особенность, а поразмыслив немного, нашел ее еще более любопытной. Рядом с некоторыми растениями были воткнуты в землю — прямо между стеблями или неподалеку — белые деревянные таблички. Их было немного — поискав, Трент нашел всего семь. На каждой табличке было аккуратно написано латинское название растения. Сами названия ничего не говорили Тренту, он лишь удивился, почему среди многих растений подписаны лишь некоторые.

Зачем было их выделять таким образом? Может быть, это были последние приобретения. Может быть, Лэнделл подписал растения, чтобы привлечь внимание старого друга Сноу — тот ведь тоже страстный садовод. Трент помнил, что перед смертью Лэнделл хотел видеть Сноу. Но Сноу приехать не смог, вместо него явился Артур Селби. Еще одна зацепка: свое «срочное» дело Лэнделл придумал для отвода глаз, письмо за него мог написать любой. Почему он хотел, чтобы приехал именно Сноу?

Может быть, он собирался лично обсудить со своим поверенным какие-то деловые вопросы? Нет, навряд ли. Миссис Лэнделл никогда не оставляла друзей наедине, не оставила бы и теперь, и Лэнделл это знал. А может быть, он, бедняга, надеялся что-то сообщить Сноу, не прибегая к помощи слов, — так, чтобы жена не поняла?

Эта догадка Тренту понравилась. По крайней мере, все сходилось. Кроме того, догадка эта укрепила то смутное подозрение, которое возникло у Трента после рассказа Селби и побудило его приехать в Чолси-Вуд. Итак, у Сноу и Лэнделла было общее хобби. Значит, приехав в Чолси-Вуд, Сноу обязательно заглянул бы в сад друга посмотреть на его новые приобретения. А новые приобретения были, об этом Тренту сказала миссис Лэнделл. Сама она ничего в альпийских горках не понимает и не заметила бы никаких изменений. Зато Сноу сразу понял бы, если бы что-то было не так. А что здесь не так? Трент присвистнул. Деревянные таблички казались ему все любопытнее, и, достав блокнот, он принялся записывать названия растений. Armeria halleri, Arcana zavetiania, Saponana caespitosa. Так, отлично. А вон те маленькие цветочки, оказывается, носят звучное имя Acantholimon glumaceum. А вот Cartavacua ballabonii. Тренту уже вспоминалась «Чепуховая ботаника» Эдварда Лира[128]: Suinoobilia pyramidalis и так далее. На следующей табличке было написано Veronica incana. И вот, наконец, последняя табличка. Ludovica caroli — такое название носила бесформенная серовато-зеленая поросль, в простонародье именуемая…

Внезапно Трент швырнул на землю свой блокнот, а с ним и шляпу. Нет, надо же быть таким дураком! Трижды осел — вот кто он такой! Мог бы и сразу догадаться! Он поднял блокнот и торопливо пробежал глазами названия растений. Да, все правильно.

Через несколько минут он уже сидел в машине и ехал в город.

На следующее утро в конторе Сноу и Селби младший партнер приветствовал Трента и предложил ему сигарету.

— За полчаса сможешь все рассказать? Я бы с удовольствием сходил с тобой пообедать и все выслушал, но сегодня очень загруженный день, освобожусь часам к семи, не раньше. Где ты был?

— В саду у твоего покойного клиента, — ответил Трент. — Должен заметить, сад произвел на меня глубокое впечатление. Миссис Лэнделл любезно разрешила его посмотреть.

Селби изумленно воззрился на него.

— Да уж, нахальства тебе не занимать… Как ты умудрился туда попасть? И зачем?

— О том как, умолчу — не хочу отнимать у тебя время. Перейду сразу к зачем. Я обдумал твои слова, и мне показалось, что безмятежная веселость сада что-то в себе таит. Еще больше я укрепился в этой мысли, когда оказалось, что наша Мэри-все-наоборот[129] не знает, как садик ее растет. Лэнделл хотел, чтобы приехал Сноу. Сноу же, сам любитель подобных садов, не мог не усладить свой взор коллекцией друга. Я свой тоже усладил — и кое-что обнаружил.

— Черт побери! — воскликнул Селби. — Что именно?

— Семь растений — заметь, только семь из всего множества — оказались подписаны латинскими названиями. Там стоят такие деревянные таблички, как в ботанических садах Кью. Четыре названия я повторять не буду, они настоящие, я проверял в справочнике. Думаю, их добавили, чтобы смотрелось естественней. Зато три других очень любопытны — отборная латынь, точные формулировки, слог как у Цицерона.

И Трент протянул другу карточку с названиями. Селби с видом полнейшего недоумения уставился на надписи.

— Arcana zavetiania, — прочел он вслух. — Если меня должно осенить, то пока что-то не осеняет. Что значит Arcana? Впрочем, раз речь о ботанике, то я здесь дуб дубом. Такое ощущение, что эту травку прозвали в честь какого-то грека.

— Начни с другого названия, — посоветовал Трент.

— Cartavacua ballabonii. Тоже не понимаю. Что там еще в букете? Ludovica caroli. Нет, Фил, не доходит. Объясни же наконец, что это значит.

Трент указал на последнее название.

— Вот как я догадался, — сказал он. — Табличку «Ludovica сагой» Лэнделл воткнул в кустик камнеломки. Как выглядит камнеломка, я знаю, и, как ни странно, даже слышал ее латинское название — Saxifraga. Тогда я вспомнил еще одну вещь: