Мистерия эпохи заката - Чингиз Абдуллаев

Интересно, как вели себя в этот тяжкий для страны момент деятели интеллигенции. Один режиссер в прямом эфире сжег свой партийный билет, что выглядело очень театрально и совсем непорядочно. Другой деятель, которого спустя несколько лет назовут «совестью нашей интеллигенции», приехал к Ельцину. Этот академик был руководителем Советского фонда культуры и считался самым главным интеллигентом страны. Ему явно благоволила Раиса Максимовна. Сразу после августовских событий академик сдал свою благодетельницу, появившись в приемной нового российского президента, и потребовал переименовать Советский фонд в Российский фонд культуры. Если бы так сделал кто-нибудь другой, было бы не так стыдно. Но этот человек… За него было даже не просто стыдно, а больно. Представляю, как больно было Горбачеву и особенно его жене, потрясенным таким предательством.

Хуже всего пришлось сотрудникам бывшего Комитета государственной безопасности и партийным работникам. Каких только собак на них не навешивали! Сколько грязи вылили на людей, которые честно служили своей стране. Особенно потряс меня Бакатин, назначенный на очень короткое время руководителем КГБ СССР. Признаюсь, что поначалу он мне нравился. Решительный, смелый мужик, работал министром внутренних дел. А когда попал в сложную ситуацию после августа девяносто первого, то повел себя просто непорядочно и глупо. Возможно, растерялся. Возможно, просто оказался не на своем месте. Он поехал в американское посольство и сдал им схему установки прослушивающих устройств, которые в КГБ в течение нескольких лет закладывали в это здание. Большей глупости и придумать было нельзя. Американцы даже растерялись, они не знали, как реагировать на такой «подарок».

Последние месяцы этого года агония страны напоминала агонию тяжело больного человека. Горбачева уже не просто ненавидели — его откровенно презирали. Ельцин позволил себе с ним вообще не считаться, а новый министр обороны маршал Шапошников прославился только своей приклеенной улыбкой. И он не защитил страну, которую обязан был оборонять.

Восьмого декабря собравшиеся в Беловежской Пуще руководители России, Украины и Белоруссии добили свою страну, подписав Соглашение о создании СНГ. Ради справедливости отметим, что осторожный лидер Казахстана, которого тоже приглашали, отказался приехать на это совещание и поставить свою подпись под письмом к Горбачеву.

Это было письмо о фактическом признании государственного переворота, по которому представители трех республик разрывали страну на часта, забыв об остальных восьми. Можете себе представить? Горбачев еще пытался что-то сделать. Он даже позвонил Шапошникову. Но этот маршал отказал ему в поддержке, также перейдя на сторону новой российской власти. Горбачев понял, что проиграл и свою страну, и свою должность. Поняли это и все остальные. Двадцать первого декабря протокол Соглашения подписали руководители одиннадцати республик бывшего СССР. Великая страна, вошедшая в мировую историю победой над фашизмом и запуском первого человека в космос, прекратила свое существование.

Горбачев выступил по телевидению и объявил, что наконец уходит со своего поста. Я был в числе тех, кто присутствовал в Кремле во время его последней пресс-конференции. Не успел он еще выехать за ворота Кремля, как его кабинет захватили новые победители. И Ельцин с Хасбулатовым подняли в этом кабинете первый тост за свою победу, не подозревая, что ждет их в будущем.

Все так и было. Советский Союз закончился. Я встретился с Петром Петровичем, и он объявил мне, что мы продолжим нашу работу. Мне было интересно в каком ведомстве меня оставят. Выяснилось, что в разведке. К тому времени КГБ расчленили сразу на несколько организаций. Разведке повезло больше, чем остальным ведомствам. Ее руководителем назначили Примакова, который сумел сохранить это ведомство. Он был государственником, а не демагогом, ответственным человеком, а не популистом. И этим спас разведку, ее агентуру за рубежом. Все остальные управления и службы подверглись реорганизации и разгрому.

СССР прекратил свое существование. И я могу только вспомнить, что почти все политики, которые находились в Беловежской Пуще, достаточно скоро покинули свои посты, презираемые своими собственными согражданами. Белорусский лидер Шушкевич превратился в обычного маргинала, первые же выборы проиграл украинский лидер Кравчук. Довольно быстро вылетел из политики Бурбулис. Что касается Ельцина, то формально он выиграл выборы в девяносто шестом, но на самом деле… Впрочем, не буду забегать вперед. Он тоже не досидел до конца срока. Выходит, что история отомстила всем, кто был тогда в этой Беловежской Пуще. А не прилетевший туда Назарбаев работает до сих пор. Вот такая петрушка.

Этот микроавтобус «Фольксваген» возник так неожиданно, что я не успел среагировать. Я просто не мог его видеть. К тому же я отвлекся буквально на одну секунду, чуть обернувшись к моей пассажирке, когда протягивал ей коробок спичек. Моя дурашная галантность сыграла со мной злую шутку. Нужно было просто поднять левую руку, чтобы она сама забрала этот коробок. И учтите, что я не привык сидеть за рулем с правой стороны, хотя и достаточно давно уже жил в Великобритании. Не могу понять этой чудовищной глупости англичан, упрямо не желающих переставлять руль влево. Ведь они сами испытывают огромные неудобства, когда выезжают из своей страны и пересаживаются на другие машины с левым рулем. Но англичане упрямо придерживаются своих правил.

Я заметил, что темно-синий «Мерседес», который едва нас не ударил, тоже остановился. Из него вышел мужчина лет сорока и попытался нам помочь. Я еще подумал: нужно сказать этому мерзавцу, что он не умеет ездить. Но ничего ему не сказал, так как он рьяно бросился мне помогать, очевидно, чувствуя свою вину. Хотя на самом деле виноват был «Фольксваген», обогнавший «Мерседес» и выехавший так неожиданно, что никто не сумел ничего понять.

«Фольксваген» протаранил нас с такой силой, что я не успел вывернуть руль. И удар пришелся как раз в левую заднюю дверь, рядом с которой сидела моя пассажирка. Я с трудом вылез из машины. Моя правая рука была в крови, но я почти не пострадал. Чего нельзя было сказать о Татьяне Негачковой. Лишь глянув на то, что осталось от моей машины, я сразу понял: актриса не могла остаться невредимой после такого удара. И нужно было видеть лицо этого парня, врезавшегося в нас на микроавтобусе. Оно было залито кровью, парень сильно порезался, но более всего переживал за женщину, которая оставалась в моей искореженной машине.

Мы сразу попытались ей помочь. Парень старался изо всех сил. Тут же около нас затормозило еще несколько автомобилей. А еще говорят, что сегодня люди равнодушны к чужой беде. Надо было видеть, как все они пытались мне помочь. Еще через несколько минут подъехала машина полиции. Мы все еще пытались достать Татьяну из помятой машины. У нее оказались зажаты ноги. И я боялся ее тянуть, чтобы их не повредить. Актриса была без сознания. Еще минут через пятнадцать подъехала машина «скорой помощи». К этому времени мы смогли, наконец, ломая мой автомобиль, достать из него женщину. Она по-прежнему находилась без сознания. Я ощупал ее тело, видимых повреждений не нашел, но под волосами с правой стороны обнаружил большую шишку. Возможно, гематому. Актриса сильно ударилась головой. Ну конечно, ударилась. Ведь она протянула руку за этими проклятыми спичками и в этот момент в нас врезался «Фольксваген». Её отбросило к правой дверце, и она о нее ударилась.

Водитель темно-синего «Мерседеса» оказался хорошим человеком. Я поблагодарил его, но он явно был расстроен. Совестливый человек понимал и свою вину. Он помог перенести Татьяну в автомобиль «скорой помощи». И только потом уехал.

Полицейские проверили мои документы. У меня все было в порядке. Разрешение на жительство, регистрация в полиции, личная страховка, страховка на автомобиль, водительские права. Артур платил большие деньги юристам, чтобы к нам никто не придирался, и все документы мы оформляли строго по английским законам. В Великобритании нельзя полагаться на коррумпированных полицейских. Их можно не найти, а попытка дать взятку стражу порядка может очень плохо кончиться. И вообще я нигде в мире не встречал более принципиальных и порядочных полицейских, чем в Англии. Такое ощущение, что их специально где-то выращивают. Даже в Соединенных Штатах еще можно рассчитывать найти далекого от идеала полицейского, но только не в Великобритании. Там это практически невозможно.

Сейчас вы сразу вспомните, что в странах СНГ, наоборот, трудно найти порядочного полицейского или милиционера. И будете правы. Иногда встречаются, но это очень редкие экземпляры, почти «отмирающий вид». Я слышал, что в Грузии просто ликвидировали ГАИ, решив, что эта структура ни при каких обстоятельствах не может измениться или перестроить свою работу. Ни при каких.