Идеальный жених - Маргарита Южина

Маргарита Южина

Идеальный жених

– И все-таки, Машка, ты у меня не умная, засахаренная какая-то... а надо бы забродить... пора бы... – безостановочно щебетала хорошенькая, как лубочная картинка, Наталья Викторовна. – Ну вот скажи – что за удовольствие... Посмотри, у меня платье сзади не сборит? На талию посмотри, куда ты смотришь?

– Так где она у тебя – талия-то? – бубнила Маша, девица двадцати трех лет, приглядываясь к платью, которое матушка только что собственноручно изготовила к новогоднему празднику. – Ты мне пальцем покажи, куда смотреть-то...

– Ну, как это куда! Нет... погоди-ка... где она у меня есть-то? – Женщина кинулась к зеркалу, но тут же махнула рукой. – Да ну ее! Я спрашиваю – не сборит? Швы не тянут? Нет?.. Так вот... о чем это я?.. Ага! Я ж говорю – что за удовольствие самый лучший праздник просидеть возле телевизора с куском торта в зубах, а? Это ж... это один раз в год бывает!! Нет чтобы пригласить к себе мальчика!

– Ма! Ну откуда у меня возьмется мальчик? – скучно нудила Маша, желая только одного – чтобы звякнул телефон и маменька быстренько сбежала к своему новому знакомому. – Мне, между прочим, уже знаешь сколько лет?! О-го-го!!. Если б я была козой, то уже умерла бы давно.

– Да уж... – вздохнула мать. – Если козой... так какого-нибудь козла уже нашла бы все-таки... Кстати! А чем тебе не хорош Аркаша? Он так за тобой ухаживает, так ухаживает...

– Это Худоруков, что ли? – скривилась Маша. – Тоже мне – нашла идеал! У него ж мышечной массы, как в одной моей ноге!

Наталья Викторовна внимательно взглянула на толстенькую ножку дочурки и согласилась – девочка удалась пышненькая. Однако ж у матери имелось на счет Аркадия свое мнение.

– А вот и идеал! Потому что он этой разницы в массе совершенно не замечает! А ты знаешь, кто есть идеальный муж? Тот, кто думает, что у него идеальная жена! Конечно! У твоего Кирюши с массой все в полном отпаде! Да только он-то как раз считает, что...

В этот момент маменькин телефон все же разродился звонкой трелью, Наталья Викторовна что-то счастливо прокурлыкала и спешно убежала, крикнув на прощанье:

– Машутка! Мы сейчас бежим к тете Саше, там у нас столько дел всяких предпраздничных!.. Кстати! Ты выпила чай для похудания? Я тебе заварила!

– Еще утром, – буркнула Маша.

– Нет! Я тебе заварила свеженький, иди сейчас же, чтобы при мне! – наседала Наталья Викторовна, пытаясь одновременно засунуть ногу в сапог и проследить за дочерью. – Ну как же перед праздником не освободить желудок, ничего не понимаю!

Маша с грохотом поставила на стол пустую кружку, и только тогда Наталья Викторовна расцвела:

– Ну все, девочка моя! Целую! Приду поздно, меня не жди, котлеты в холодильнике! Все! Да! И пригласи уже какого-нибудь мальчика!

За Натальей Викторовной с грохотом захлопнулась дверь, а Маша надулась еще больше. Можно подумать, она бы не пригласила, если б он был – этот самый мальчик! И... можно подумать, что ей так хочется справлять Новый год в одиночестве у телевизора с булкой во рту... или с чем там... А что делать, если так вышло?! Вот ее самая лучшая подружка Ленка Семенова два месяца назад выскочила замуж, и этот Новый год они с молодым супругом отмечают в кругу его семьи. Конечно, Леночка сказала, что все остальные праздники она будет отмечать, как ей захочется, но вот самый первый!.. А ребята и девчонки из их компании – Танюшка, Юрка, Катя, Вадим, Оська Крутиков – полгода откладывали свои копеечки в чулок, чтобы в Новый год рвануть в Таиланд и две недели наряжать пальму. Вот и рванули. Она их вчера проводила. Ее тоже звали, но она просто никак – ну никак не могла поехать. Потому что месяц назад устроилась на работу в солидную фирму и сразу же отпрашиваться на две недели как-то не отважилась. Она даже еще толком и не успела узнать – у кого следует отпрашиваться. Ну и... конечно, это не главное, но... Кирилл, между прочим, тоже не смог поехать. А он из всей их компании нравился ей больше всех, она его любила уже лет пять и... просто не смогла бы радоваться иностранному солнцу, когда любимый морозится на родных просторах! И... да, конечно, она надеялась, что они встретят это праздник вместе, потому что у него тоже к Маше имелись чувства. Нет, он об этом прямо не говорил, но она ж не слепая! Она ж видела, как замораживался на ней его романтичный взгляд, как он иногда, случайно, как-то нервно отдергивал руку, будто прикасаясь к ее тугому бедру, как провожал до подъезда (хотя упорно говорил, что им по пути), как он... Да чего там думать! Она знала, что не сегодня завтра он решится на что-то серьезное. Да и пора б уже, не мальчик, ему уже двадцать семь...

Маша вздохнула и включила телевизор. Дикторы сверкали сказочными улыбками, мелькали праздничные рекламы, а известные артисты с огромным счастьем сообщали, что через три дня наступит Новый год! И потому, как говорили они, каждый уже сейчас должен подготовиться к празднику, а самое главное – к чуду! Потому что именно в этот день оно, это самое чудо, обязательно случается!

– Правильно... кто праздничку рад, тот пьян накануне... – шмыгнула носом Маша. – А с чудесами-то как?

Совершенно не понимая, как она должна к ним готовиться, она все же поднялась, на всякий случай вытащила бигуди из коробки и даже отправилась на кухню их кипятить, но... в этот самый миг затрезвонил телефон.

– Алло... – отчего-то сразу же замерло сердце. И не обмануло.

– Маш, привет! – зазвенел в трубке такой желанный голос Кирилла. – Чем занимаешься?

– Я? – У нее перехватило дыхание, из горла вырвалось какое-то недостойное кряканье, но Маша прилежно откашлялась, взяла себя в руки и легко ответила. – Что я делаю... да ничего. Бигуди вот ставлю вари... В том смысле, что телевизор смотрю, к празднику морально готовлюсь.

– Серьезно? – радостно усмехнулся Кирилл. – Как я угадал. Представляешь, и я решил подготовиться! Стал все шкафы ворошить, а у меня ни игрушек елочных, ни елки, вообще ни фига нет! Вот, думаю, влип, да?

– И ничего не да, – вытаращилась возле трубки Маша. – У меня, например, все есть – и игрушки... только они на даче... Ну так и привезти можно, сегодня же только двадцать девятое! И елка у меня есть... будет! И вообще – торт там всякий куплю, салат наделаю, потом еще... ногу могу... нафаршировать.

– Серьезно?! – снова приятно удивился Кирилл. – И елка есть?

– Ну не совсем есть... – замялась Маша. Если честно, то ее совсем не было, ну и что – без елки уже и не Новый год?! – У меня она... в продажном состоянии, то есть в продаже есть, но я еще не купила...

Кирилл снова фыркнул, а потом уже озабоченно сообщил:

– Маш, а говорят, в этом году надо, чтоб не елка, а пихта была, представляешь! – Он на минутку задумался, а потом с сожалением проговорил: – Вот блин... по правилам приличия это я должен тебе пихту припереть, но я даже не знаю, где они растут...

– А у нас на даче есть! – обрадованно вспомнила Маша. – Ну ты ж видел, мы когда еще с нашими летом ездили! Там можно маленькую срубить...

– Рубить нельзя! – строго проговорил Кирилл. – Заметут.

– А мы тихонечко. Я даже знаю где! И потом... я куплю летом семечки, и сама посажу даже целых пять пихточек!.. Или на крайний случай бархатцы можно, они тоже красивые...

Да чего там пять! Она готова была насадить непроходимую тайгу, лишь бы он согласился с ней отметить Новый год!

– Ну-у... так чего? Сегодня съездим? А то завтра не получится – дел много. Да у тебя ж и дача в пятнадцати минутах езды. Быстренько смотаемся, всего и делов! Ну ты как? – спросил он.

Маша онемела от счастья. Она даже предположить не могла, что Кирилл начнет за ней ухаживать с такой прытью.

– Х-х-хорошо, – наконец выдохнула она паровозом, лихорадочно прикидывая – стоит ли надеть французское нижнее белье или сначала они обойдутся поцелуями?

– Да мы ненадолго, – успокоил ее друг, услышав ее взволнованное дыхание. – Мы только туда и обратно.

– Ага, – снова выдохнула Маша. – Я возьму с собой кое-что к чаю и... и вина.

– Ну... если уж на то пошло... вина я тебе и сам могу взять. А так же конфеты и что там еще полагается... – весело проговорил Кирилл.

– Не надо, все это ты принесешь на Новый год, – с придыханием обронила Маша и добавила: – Так я уже пойду? Мне ж еще...

– Да-да, я помню – ты еще бигуди варишь, – хохотнул Кирилл и совсем другим голосом добавил: – Маш... я в три часа у твоих ворот, да?

Она чуть было не ляпнула: «А чего в три часа там делать-то? Елок от пихты потом не отличим, темнеет же», но вовремя прикусила язык. Боже мой, она еще так невинна! Ну конечно же, Кирилл вовсе не за тем туда собрался, сдалась ему эта пихта! Он же... он же планирует нечто совсем другое – романтичное и сказочное! Маша даже взвизгнула от предвкушения счастья.

– Я уже бегу одеваться, – яростно мотнула головой Маша, хотя такого рвения Кирилл все равно оценить не мог.

– Да ты сильно не беги, еще времени много, – тепло проговорил Кирилл, и Маша хорошо представила, как он там у себя возле телефона улыбается доброй, тихой улыбкой.