Холодное солнце - Анита Шивакумаран

Анита Шивакумаран

Холодное солнце

Anita Sivakumaran

Cold Sun

© Anita Sivakumaran 2021

© Прокуров Р. Н., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

«Анита Шивакумаран – новое яркое имя в остросюжетной литературе».

– The Times

«Суперзахватывающий триллер… Вы будете гадать о том, кто убийца, до самого конца… Вас зацепит по полной программе».

– Cosmopolitan

«Очень хорошо прорисованные персонажи… Рекомендуется!»

– NetGalley Reviewer

«Быстро и захватывающе».

– Beyond the Books

Посвящается Гарри.

Холод праведного сердца его возжигал жен красным огнем.

«Воскрешение Ману», книга 2, глава XIV, стих IX

Сварочная горелка плевалась искрами. Перед глазами у мальчика плясали пятна. Он проморгался, отложил пистолет на утоптанную землю, встал, потянулся. Дожидаясь, пока остынет металл, глядел, как механик в синем замаранном комбинезоне, стоя коленями в пыли, прилаживает ржавый бампер к старому «Амбассадору»[1]. Механик поднял глаза, встретился взглядом с мальчиком и поспешно отвернулся, едва не выронив при этом бампер.

Лишь в редких случаях мальчик осмеливался посмотреть кому-то в глаза. Вот он наклонился, взял цилиндр у себя под ногами и несколько раз дернул, проверяя сварочный шов на прочность. Затем убрал цилиндр в рюкзак и, не проронив ни слова, даже не взглянув на механика, пошел прочь.

За воротами он остановился и несколько раз моргнул. Солнце нависало над полоской пустыря, где ютилась обшитая рифленым железом хибарка автомастерской. Жухлая трава, твердая бурая земля. Легкий ветерок поднимал пыль, колыхал рваные целлофановые мешки. Слабая вонь гниющих потрохов и человеческих фекалий. В обе стороны тянулись грубые бетонные стены и завешенные дверные проемы мясницких лавок. Мальчик шел медленно, не поднимая головы.

Бродячая собака обнюхивала кучу отбросов. Отвисшие соски в белых и розовых пятнах, один глаз затянут белесой пленкой. Не обращая внимания на сердитый гул потревоженных мух, мальчик опустился на колени перед собакой и достал из кармана немного черствого хлеба. Собака завиляла хвостом и подхватила хлеб с его ладони. Мальчик с интересом наблюдал за ней. Дал ей облизать пальцы, после чего поднес их к носу. Слюна пахла тухлым мясом и костями.

Собака встревожилась. Подняла уши, прислушиваясь к отдаленным звукам, готовая пуститься прочь. Мальчик потянулся к рюкзаку, расстегнул молнию. Собака вновь завиляла хвостом. Он еще раз потянул металлический шарик. Сварочный шов держал крепко. Мальчик приладил шарик в раструб.

Когда же он коленями подпер собаке челюсть и приставил трубку ей ко лбу, та поджала хвост, прикрывая анус. Привычная к уличному шуму, собака даже не вздрогнула, когда мальчик потянул рычаг и воздух прорезал внезапный хлопок.

Хвост продолжал еще подергиваться, даже когда здоровый глаз уже остекленел. Губы мальчика тронула улыбка. Он медленно огляделся, затем поднял рюкзак и зашагал прочь.

Очень скоро мухи ковром покрыли труп.

Часть I

Глава 1

– Патель! – Голос сержанта Джексона прокатился над головами четырнадцати детективов, занятых каждый своим делом. – Тебя разыскивал Скиннер. Давай, малыш, ноги в руки.

Детектив-сержант Патель не обратил внимания на смешки. Он вернулся к своему отчету, поставил недостающую точку в предложении, после чего бросил ручку в ящик стола, заваленный хламом. Провел рукой по волосам.

– Очень жаль, но я-то уже ушел, – ответил он Джексону.

Тот лишь пожал плечами.

Патель закрыл папку, взял ее под мышку, накинул куртку на плечо и трусцой устремился к лестнице. Прядь волос колыхнулась и упала ему на лоб. Давно пора постричься. Эта мальчишеская прическа не очень-то характеризовала детектива по расследованию убийств. Хоть в сочетании с карими глазами это, как выражалась Сара, будучи в хорошем настроении, придавало ему сходство с героем Болливуда.

Он только миновал отдел технического сопровождения и комнаты для совещаний, а уже запыхался. Годы тренировок остались далеко позади, как и его карьера в крикете. Теперь Патель совершал ускорения, только чтобы заскочить в вагон метро на линии Пикадилли да тягать пинты светлого одну за другой.

Приближаясь к секциям начальства, он сбавил ход. Из окон открывался вид на Темзу. Дождь хлестал по стеклам, размывая лондонские пробки в тягучий поток. Сквозь струи воды были видны огни светофоров на Вестминстерском мосту. Желтые, затем красные.

Погода – лучше не бывает. В самый раз, чтобы наведаться в паб и пропустить пинту «Лондон прайд». Хотя ему следовало бы ехать домой и собирать чемодан. Самолет вылетал в пять утра, а Патель не удосужился даже достать плавки. И вообще, где его плавки? В последний раз он видел их в сентябре, когда планировался отпуск в каком-то роскошном отеле в Корнуолле. Планировали они с Сарой – и отменили все в последнюю минуту, а причиной всему оказался пульпит… От одной мысли об этом у него заныла челюсть.

Патель толкнул дверь в кабинет инспектора Римы. Она подняла голову из-за монитора, смахнула волосы с плеч.

– Ты не стучал?

– Собирался оставить это у тебя на столе.

Рима протянула руку за отчетом, глаза ее сверкнули.

– Так, значит, отбываешь? Под солнышко на Тенерифе?

– Ага. – Патель поморщился; он вспотел и запыхался, да и чувствовал себя довольно глуповато в этом разговоре. – Опять едва не отменили.

– Да ну?

– Вот из-за этого дела. – Сержант указал на папку в руках Римы. – И Скиннер назначил меня.

Рима вскинула брови. Ей было известно, что Патель на особом счету у старшего инспектора Скиннера.

– Но ты соскочил?

– Вроде того.

– А подробнее?

– Умерший – бездомный мужчина, возраст – сорок один, имя – Джон Сноу.

– Кроме шуток?

– В общем, еще один бродяга приходит в себя с жуткого перепоя где-то под мостом в Вест-Маргейт, озябший до полусмерти. Смотрит на свои костлявые руки и шмотье – и видит, что весь в крови. Подрывается, несет свой тощий зад прямиком в участок и «сдается».

Рима бегло просматривала отчет и, казалось, вообще не слушала его.

– Можно подумать, в беднягу вселился дьявол.

Она закрыла отчет, затем снова открыла, взглянула на титульный лист. Нахмурилась.

– Почему нет копии для семейщика?

– Бездомному не полагается офицер для связи с семьей.

Инспектор скривилась.

– Ну конечно… Нам ведь нужно «сэкономить», – она забрала воздух в кавычки, – тридцать миллионов к концу года.

– Говоришь точно как Скиннер.

Рима улыбнулась.

– Будь у нас достаточно ресурсов, мы разыскали бы его семью. Даже у бродяги где-то есть родные.

Порывы человеколюбия