Новые центурионы - Джозеф Уэмбо

Рой разжал зубы. Ему пришлось сделать несколько глотательных движений, чтобы избавиться от залившей рот крови, бегущей из искусанного языка. На этот раз болит не так, подумал он и удивился, что сознание его ничуть не помутилось. Рядом он увидел припавших на колени Сержа с Гусом. Лица их были похожи на пепел. Серж перекрестился и поцеловал большой палец руки.

На сей раз было гораздо легче. Господи, да! Боль шла на убыль. Его окутало коварным теплом. Но нет, все не так. Все не правильно. Сейчас никак нельзя. И тут, когда он это осознал, на него напал панический страх.

Сейчас никак нельзя, он ведь только-только начал понимать… Ох, пожалуйста, не сейчас, подумал он. Я только начинаю понимать…

— Понимать, понимать, — вымолвил Рой. — Понимать, нет, нет, нет.

Собственный голос показался ему глухим и мерным, как звон колокола. А потом он уже говорить не мог.

— Santa Maria, — сказал Серж, беря его за руку. — Santa Maria… Где эта чертова «скорая помощь»? Ay, Dios mio… Гус, он холодеет. Sobale las manos…

Потом Рой услыхал, как рыдает Гус:

— Его не стало, Серж. Его больше нет. Бедный, несчастный Рой, несчастный бедолага. Его больше нет.

Потом заговорил Серж, и Рой услышал:

— Нужно его укрыть. Ты разобрал его слова? Он говорил смерти «нет».

Нет, нет, нет, сказал он. Santa Maria!

Я не умер, думал Рой. Это чудовищно, жестоко и нелепо — говорить, что я умер. И тут он увидел Бекки. Она важно шагала через луг по траве и казалась настолько взрослой, что, когда он позвал ее, получилось «Ребекка»; она приблизилась к отцу с улыбкой, и солнце искрилось в ее волосах, таких золотых, какими никогда не были его собственные.

— Dios te salve Maria, llena de gracia, el Senor es contigo… — сказал Серж.

— Я его накрою. Раздобуду у кого-нибудь одеяло, — сказал Гус. — Пожалуйста, кто-нибудь, принесите одеяло.

И тогда Рой дал себе волю и пустился наконец в плавание. Он плыл под туго натянутыми белыми парусами, и впереди его ждал мрак. Последнее, что довелось ему услышать, удаляясь, был голос Серджио Дурана, повторявший только два слова: «Santa Maria». Повторявший еще, и еще, и еще…