Призрак храма Багровых туч - Роберт ван Гулик

Ма Чжун покачав головой.

— Кем бы и чем бы ни оказался этот призрак, господин, он явно в сговоре с убийцей. И вчера он не показывал мне дорогу к заброшенному колодцу, как я подумал было по глупости. Он просто заманивал меня в дальний угол сада, где за провалом в стене меня ожидал убийца. Когда они увидели, что я спустился в колодец, они решили забросать меня камнями и избавиться от хлопот с мертвым телом. Сегодня ночью проклятью призрак звал меня за собой по тропинке, отвлекая внимание, чтобы я не заметил, как убийца расшатывает кусок стены. Она ошиблась, когда дала знак убийце, внезапно вскинув руки над головой. Этот жест испугал меня, я остановился, и это спасло мне жизнь. Камни рухнули у самых моих ног!

Судья Ди кивнул. Он сверился со своими записями, а потом спросил:

— Вы не могли бы получше описать привидение?

— Знаете, господин, оба раза я видел его мельком и всякий раз с довольно большого расстояния, к тому же в обманном лунном свете. По-моему, на нем было платье из тонкого газа, и голова его была замотана тем же материалом, скрывающем лицо. Я уверен, что оно высокого роста.

— Вы уверены, что это женщина, Ма Чжун? Ма Чжун погладил свои маленькие усики. Неуверенно запинаясь, он сказал:

— Все говорят о белой женщине... а это длинное платье... но оно, разумеется, не в счет, поскольку мужчина тоже может одеть длинное женское платье... Остается фигура, конечно. Широкие бедра, узкие плечи. Видел ли я ее грудь, господин? Да... А может быть... — Он безутешно потряс головой. — Простите, господин. Я не знаю! — Не тревожьтесь, Ма Чжун! Главное, теперь мы знаем, что это обычное живое существо из плоти и крови. Завтра рано утром вы должны пойти в Жилище Отшельника и узнать, как чувствует себя Фан. Мы встретимся здесь после завтрака. Мы должны что-то предпринять и к тому же очень скоро. Убийца в отчаянии, и он может нанести удар в любой момент. Откройте окно, Хун! Становится душно. Боюсь, скоро будет гроза. Здесь бывают такие сильные грозы в это время года! Я останусь в кабинете на некоторое время, попытаюсь привести свои мысли в порядок. Спокойной ночи!

Глава 18

Сильная гроза с ливнем, разразившаяся над Ланфаном за несколько часов до рассвета, очистила воздух. Когда судья Ди вышел в сопровождении третьей жены в сад на раннюю прогулку, прохладный легкий туман висел над прудом, где неожиданно распустилось множество розовых и белых цветов лотоса. Судья решил, что завтрак можно подать в водяной беседке.

Они ели молча, наслаждаясь свежим воздухом и прелестным видом сада. Потом стояли на балюстраде, покрытой красным лаком, и кормили остатками риса золотых рыбок. Глядя на стремительные движения рыбок, выскакивающих из-под больших листьев за кормом, третья жена сказала:

— Вы пришли домой очень поздно прошлой ночью и плохо спали, ворочались все время. У вас плохие новости?

— Да. Мы потеряли стражника, у которого остались жена и двое детей, другого стражника тяжело ранили. Однако мне кажется, это хлопотное дело приближается к концу. Недостает пока лишь одного звена в цепочке событий, и я надеюсь обнаружить его сегодня.

Она проводила его до ворот сада.

Когда судья Ди пришел в кабинет, он увидел, что Ма Чжун и младший помощник уже ждут его. Пожелав судье доброго утра, Ма Чжун сказал:

— Я только что вернулся из Жилища Отшельника. Фан хорошо себя чувствует. Жрица считает, что дней через десять он будет совершенно здоров. Она предлагает оставить Фана у нее до полного выздоровления.

— Хорошая весть! — сказал судья, усаживаясь за столом, — Да, Фану лучше пока остаться в Жилище Отшельника. Итак, вчера вечером я снова с разных сторон обдумал наше дело. Я решил, что сегодня мы должны второй раз обыскать заброшенный храм, а затем вызвать царя нищих и его дочь на подробный допрос.

Ма Чжун заерзал на своем стуле. Он прокашлялся и сказал:

— Честно говоря, господин, у меня создалось впечатление, будто Весеннее Облако иногда играет роль лазутчика, когда нищие ее папаши отправляются воровать.

— Именно об этом я и подумал, когда увидел план храма, который она сделала, — сухо заметил судья Ди. Он открыл ящик стола и вынул оттуда листок бумаги. Расправив его на столе, он добавил: — Должен сказать, что он и для нас очень полезен.

Ма Чжун поднялся. Нагнувшись над столом, он энергично сказал:

— По этому плану я могу точно показать вам, как я пытался поймать убийцу прошлой ночью, господин. Смотрите, вот здесь провал, через который я пробрался на территорию храма. Я проскользнул внутрь через эту дверь и... — Он повторил шаг за шагом описание схватки в темном зале. Судья Ди рассеянно слушал его. Он слегка поглаживал баки, неподвижно уставившись на план храма. — Потом мои ноги запутались в этой чертовой веревочной лестнице, — продолжал Ма Чжун. — Она была вот здесь, в этом самом месте. Так.

Вдруг судья Ди с такой силой ударил кулаком по столу, что чашки зазвенели.

— Святое небо! — воскликнул он, — Так вот в чем дело! Почему я сразу этого не увидел? Во время посещения храма я превосходно представил себе его план, но не заметил сходства!

— Что... — начал было младший помощник Хун. Судья отодвинул от стола свой стул и встал.

— Подождите, это еще нужно продумать. Благодаря мастерству девушки я нашел недостающее звено, друзья мои! Позвольте же мне разобраться, где оно должно стоять в... Да, наконец-то перепутанные события выстраиваются в стройную картину. Однако...

Он нетерпеливо покачал головой и начал ходить по комнате, заложив руки за спину.

Ма Чжун удовлетворенно улыбнулся. Во время посещения Жилища Отшельника он нашел возможность поговорить несколько минут с Весенним Облаком, и ему показалось, что она непрочь стать его постоянной подружкой. А то, что она предоставила судье важный факт, поможет в будущем загладить ее мелкие проступки.

На лице младшего помощника Хуна тоже появилось довольное выражение, потому что благодаря долгому опыту он понял, что дело достигло кульминационной точки.

В коридоре загремели тяжелые сапоги. Глава стражи ворвался в комнату.

— Прибежал смотритель северо-западного квартала, господин, — выдохнул он. — Там большие беспорядки. Татары забрасывают камнями колдунью. Когда люди пытались остановить побоище, эти негодяи отстали их, бросая в них палки и обломки кирпичей...

Ма Чжун вопросительно посмотрел на судью. Когда тот кивнул, он вскочил на ноги, выхватил из-за пояса главы стражи тяжелый кнут и выбежал из комнаты.

В конюшне два конюха мыли лошадь. Ма Чжун стремглав вскочил на нее и выехал за ворота.

На улице он погнал лошадь галопом. Толпа быстро расступалась, услышав топот копыт и завидев всадника. Пустые улицы северо-западного квартала не обещали ничего хорошего. За низкими крышами домов Ма Чжун увидел клубы дыма и услышал крики толпы.

На улице, где жила Тала, ему преградила путь разношерстная толпа. Несколько десятков татар кричали, ругались и толкались вблизи. Под одобрительные возгласы неряшливых женщин из дверей домов трое индийцев забрасывали крышу дома Тальг горящими факелами. Ма Чжун ударил бичом по голым потным спинам татар и погнал лошадь в самую гущу. С гневными криками толпа обратилась было против него, но, узнав форму чиновника суда, отпрянула в угрюмом молчании.

Ма Чжун спрыгнул с лошади и подбежал к женщине, лежащей рядом с дверью у основания глинобитной стены дома. Длинный плащ Талы был разодран в клочья и пропитан кровью. На белых руках, которыми она закрывала лицо, зияли раны. Вокруг нее валялись сломанные палки и камни. Когда Ма Чжун встал на колени около нее, над его головой просвистел кирпич и с глухим стуком ударился в стену. Он увидел полуголого татарина, который наклонился за другим кирпичом. Как молния, Ма Чжун вскочил на ног и бросился на него. Он схватил татарина за длинную прядь волос и ударил его кнутовищем по затылку. Бросив на землю обмякшее тело, он крикнул толпе:

— Несите ведра и тушите огонь. Вы что, хотите, чтобы ваши дома сгорели?

Тала убрала руки с лица. Поперек ее лба зияла глубокая рана, а левая сторона лица была размозжена.

— Я отвезу тебя на лошади к... — начал Ма Чжун. Она остановила его взглядом единственного налитого кровью глаза.

— Сожги мое тело... — прошептала она.

Внезапно раздался грохот, за которым из толпы последовали крики ужаса. Крыша дома Талы обрушилась. Появилась огромная голова свирепого божества. Казалось, что красное лицо статуи исказила еще более отвратительная и ужасная усмешка, когда вокруг заплясали языки пламени.

Ма Чжун взял женщину на руки и отошел от стены, потому что на улицу посыпались головни. Он увидел, как ее окровавленные губы зашевелились.

— Развей мой прах... — почти неслышно сказала она. Ма Чжун почувствовал, как ее тело задрожало и обмякло в его руках. Он положил мертвую женщину на лошадь. Татарина, которого он оглушил, унесли друзья. Остальные стояли на коленях лицом к дому Талы в животном страхе. Горящая голова статуи глядела на них с сардонической усмешкой.