Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Тем временем события развивались. Елизавета Брыкалова после очередной истерики наконец поняла, что этим способом в изоляторе ничего не добьешься, а только наживешь себе неприятности от соседей по камере, и сменила тактику.

– Я хочу поговорить со своим адвокатом, – важно заявила она дежурному охраннику.

– Еще раз меня без дела побеспокоишь, я сам с тобой поговорю, – красноречиво смерив взглядом девушку, ответил тот и захлопнул дверь камеры прямо у нее перед носом.

Увидев, что «цивилизованные методы» тоже не действуют, Елизавета призадумалась, а потом и вовсе сникла. К тому моменту, когда в изоляторе появился Гуров, она тихо сидела в самом дальнем углу камеры, не желая общаться с подругами по несчастью, и украдкой утирала слезу.

– Готова, – весело подмигнув, сообщил Гурову дежурный.

– Что, сдулась? – понимающе взглянул тот.

– Двух часов не посидела, – исчерпывающе информировал охранник.

Еще при первой своей встрече с Елизаветой Брыкаловой Лев определил ее для себя как девушку эмоционально неустойчивую и с реальными жизненными трудностями сталкивавшуюся не так уж часто. Уже одно ее стремление при возникновении любой проблемы или затруднения тут же кому-нибудь пожаловаться или обратиться за помощью говорило о многом. Узнав, что Гуров побывал в коммуналке, она тут же позвонила Максиму, а подслушав монолог в его кабинете, поспешила «доложиться» Бероеву. К сожалению, сейчас жаловаться было некому.

После стандартных вопросов об имени и дате рождения Гуров неожиданно поинтересовался:

– Артур Халилович не говорил вам, что собирается уезжать из страны?

– Что? – изумленно округлила глазки Лиза. – То есть как уезжать?

– Очень просто. Как обычно уезжают? Берут билет на самолет и… аста ла виста, беби, – вспомнил Лев выразительную цитату Крячко. – Он уезжал, а вы оставались. Как думаете, кому бы пришлось отвечать за все эти ограбления и убийства? Скорее всего, пойманным исполнителям, а вовсе не загорающему на израильском солнышке организатору. С этой страной у России нет договора о выдаче преступников, так что, за неимением других обвиняемых, вся вина пала бы на вас. Вы вообще представляете, на сколько это тянет по совокупности? В годах, я имею в виду. Про денежный эквивалент даже говорить не хочу, вам такую сумму за десять жизней не выплатить. Ваш молодой человек быстро сообразил, что к чему, и уже дает показания.

– Максим?! – еще больше изумилась Лиза. – Но он же… Он ушел. Убежал от вас. Вы все врете!

– Да, он попытался, – не моргнув глазом, ответил Лев. – Но уж слишком силы были неравны. Две группы спецназа на одного альпиниста-любителя… согласитесь, расклад невыгодный.

– Неужели и его взяли? – в тоне девушки сквозило отчаяние.

– И его, и вашего уважаемого босса.

– Артура Халиловича?! – Эта новость повергла бедную Лизу в настоящий шок.

– Да, именно его. Вас это удивляет? Напрасно. Какой нам смысл взять исполнителей и дать уйти главному организатору? Ведь основная часть вины лежит на его плечах. То есть это, конечно, в том случае, если вы не захотите взять все на себя.

– Я?! С какой стати?

– Вот и я тоже так подумал. Зачем такой молодой и симпатичной девушке проводить лучшие годы своей жизни за решеткой? Ведь изначально инициатива всех этих ограблений исходил не от вас. Так зачем же вам брать на себя то, чего вы не совершали. Вот Максим, он очень быстро это понял. Сообразил, что босс, на которого он честно и преданно работал, рискуя свободой, а иногда даже и жизнью, что этот босс фактически предал и подставил его. И вас тоже. Бросить вас здесь, а самому быстренько сделать ноги – как еще можно это назвать? Только предательством, больше никак.

– Но как вы… откуда вы узнали, что он уезжает?

– У нас свои методы, – уклончиво ответил Лев. – И, как видите, они вполне результативны. Мы не дали сбежать господину Бероеву и подставить вас. Теперь наша задача – разобраться, сколько во всех этих преступлениях его вины, а сколько вашей, и постараться представить суду объективные материалы, на основании которых он мог бы определить меру ответственности каждого и назначить справедливое наказание. Вы ведь не хотите нести наказание за те поступки, которых не совершали?

Но Лиза, казалось, уже не слушала того, о чем говорил Гуров. Невидящим взглядом она смотрела в пространство и иногда беззвучно шевелила губами, как бы силясь сформулировать какую-то мысль. Очевидно, в ее маленькой головке происходила сложная умственная работа, результаты которой вот-вот должны были вылиться в некий «окончательный ответ».

Гуров не мешал этому напряженному процессу. Он перелистывал бумаги, делал вид, что производит какие-то пометки, и терпеливо ждал.

– Так, значит, Макс дает показания? – выйдя наконец из летаргии, переспросила девушка.

– Разумеется. Он оказался весьма здравомыслящим молодым человеком. Какой смысл покрывать того, кто тебя предал?

– Да, действительно, – неуверенно, как бы все еще сомневаясь, произнесла Лиза. – А вы… вы правда арестовали Артура Халиловича?

– Сомневаетесь? – улыбнулся Лев. – Что ж, постараюсь вас убедить.

Он достал телефон и набрал номер Стаса.

– Станислав Васильевич, как там у нас с изъятием документов из офиса «Хозяюшки»? Все идет по плану?

– Э-э-э… Да, Лев Иванович, все проходит так, как и запланировали, – с легким недоумением в голосе ответил Стас, удивленный таким непривычно официальным обращением. – Сейфы опечатали, бумажные носители изъяли. Сейчас приступаем к цифровым. А… что-то случилось?

– Нет, ничего особенного. Просто хотел убедиться, что все в порядке. Ну вот, видите, – вновь обратился Гуров к Лизе. – Как вы думаете, смогли бы мы хозяйничать в офисе, если бы там находился сам владелец фирмы? Тем более учитывая, что сегодня выходной день.

Но Лиза снова ушла в себя. Похоже, новость о том, что в главном офисе хозяйничают полицейские, окончательно добила ее. «Все пропало» – так и читалось на побледневшем личике.

– Что ж, если так, – наконец выговорила она. – Если действительно все… Хорошо, я расскажу. Что именно вы хотите знать?

…Допрос Елизаветы Брыкаловой занял больше трех часов. Девушка долго сомневалась, но, решив давать показания, рассказывала все без утайки. Записывая ее слова, Гуров во многих случаях находил подтверждение уже имевшейся информации или догадок и предположений. Но иногда узнавал действительно что-то совершенно новое.

В частности, ему удалось наконец-то прояснить для себя загадочный вопрос, как преступники узнавали секретные коды сейфов и сигнализации в домах, где проживали жертвы ограблений. Разгадка оказалась столь же простой, сколь и гениальной. Воры воспользовались тем же приемом, которым в некоторых «экстренных» случаях пользуются полицейские: просто укрепили в нужных местах микроскопические видеокамеры и внимательно отсмотрели заснятый материал.

– Мне их сам Артур Халилович дал, – рассказывала Лиза. – Объяснил, как работают, где нужно крепить, чтобы «глаз» смотрел именно туда, куда нужно.

– У Развалова, наверное, пришлось половину дома камерами облепить? – усмехнувшись, поинтересовался Лев.

– Да, у него в нескольких местах ставили, – серьезно ответила Лиза. – У него там и своих камер хватает. Хорошо еще, что девчонки предупредили меня, а то бы через пять минут «засветилась».

– Сигнализацию отключал Максим?

– Да, он. Выключил там все, потом дверь открыл. Черный ход. Оттуда и вынесли все эти его шедевры.

– А сам снова через чердак вышел?

– Откуда вы про чердак знаете? – удивленно взглянула Лиза на Гурова.

– Я много чего знаю, – улыбнулся он. – Замок ты подменила?

– Да, я. Замучилась открывать его. Даже ноготь сломала.

– Что, ногтем открывала?

– Нет, открывала отмычкой. Но торопилась, времени совсем не было. Поэтому и ноготь сломала.

– А как оно вообще появилось у тебя, это время? На это ведь двух минут не хватит. Там один этот спуск-подъем минут десять как минимум займет.