Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Да как хотите называйте. Главное, я теперь знаю, кто я. Знаю, что со мной произошло. И знаю, что делать дальше, – воодушевленно вещал Гудини. – Я теперь человек. Настоящий человек! Боже, вы представить себе не можете, какое это облегчение – вспомнить все!

– Ну, раз вспомнили, рассказывайте, – попросил Лев.

Ляхов оседлал стул, развернул его лицом к полковнику, пару раз глубоко вдохнул воздух и начал рассказывать. В Истру он приехал несколько месяцев назад по рабочим делам. Собирался рисовать натуру в истринских заповедниках. Работа на заказ для одного богатого бизнесмена, который задумал оформить загородный дом в сельском стиле и посчитал картины с русскими пейзажами самым подходящим оформлением. Эдуард на заказ работал нечасто, только когда вдохновение устраивало отпуск. Это был как раз такой случай, так что он поехал в Истру охотно.

На выполнение заказа ушло чуть больше месяца. За это время Ляхов познакомился с Альбиной Шибаевой. Ляля ему настолько понравилась, что, доселе довольный холостяцкой жизнью, художник начал всерьез подумывать о женитьбе. Ляля же замуж не собиралась, хотя взаимностью ему и отвечала. Переезжать в Москву она тоже не хотела. Пришлось Ляхову на какое-то время остаться в Истре. Без дела он не сидел, вдохновение вернулось и, похоже, надолго. Здесь, в Истре, он написал свои лучшие работы. Зинчев, видевший эти работы во время посещения квартиры-студии, согласился с ним. Картины действительно впечатляли.

И все у Ляхова шло своим чередом, отношения с Лялей с каждым днем укреплялись, и мысль о переезде не казалась уже ей такой ужасной, когда вдруг все резко изменилось. Случилось это примерно шесть недель назад. Эдуард, как обычно, приехал к Ляле в «Сосны», а она сидит, вся зареванная. Он давай выпытывать, что произошло. Она сперва отнекивалась, твердила, что сама со всем разберется, но, в конце концов, сдалась. Не в первый день и даже не на десятый. Недели две молчала.

Дело оказалось серьезнее, чем мог предположить Ляхов. Бывший любовник Ляли, Дмитрий Рогозин, которого она похоронила, вдруг явился, живой и здоровый, и заявил, что Ляля все еще принадлежит ему, Рогозу. Так и сказал: не забывай, ты принадлежишь мне. Ляля от такого неожиданного поворота даже не возражала, просто сидела и слушала. А когда Рогоз уехал, заметалась. До нее дошло, в какое дерьмо она вляпалась. Сейчас Рогоз не знает, что у нее появился мужчина. Думает, что она продолжает оплакивать безвременную кончину любовника. Но что будет, когда он узнает правду? Ляля была уверена, что Ляхова Рогоз не пощадит.

И она начала уговаривать Эдуарда оставить ее. Бросить, уехать обратно в Москву и забыть о ее существовании раз и навсегда. Но он так поступить уже не мог, так как влюбился в Лялю по уши и теперь не представлял жизни без нее. Да и как он оставит ее в руках Рогоза? Ляля не раз рассказывала Ляхову о жестокости любовника. Не по отношению к ней, нет, по отношению к другим. Но кто знает, как будет теперь? Ведь то было до ее измены, а Ляля была уверена, что Рогоз расценит отношения Ляли с Ляховым именно как измену.

Бросать Лялю Ляхов не стал. Вместо этого сделал предложение уехать с ним в Москву. А в знак любви и преданности подарил кулон, купленный на аукционе специально для этого случая. Ляля подарок приняла и даже носить стала, не снимая, но в Москву ехать отказалась и на разрыве настаивать не перестала. Твердила свое: Рогоз вернется, и тогда нам крышка.

Так и вышло. Рогоз приехал снова и на этот раз открытым текстом заявил, что знает про ее шашни с другим мужиком. Пока, мол, не знаю, кто он, но обязательно вычислю и накажу. А ты, мол, подумай, стоит ли так рисковать. Бросишь его сейчас, получишь пощаду. А нет – добра не жди ни для себя, ни для него.

Как только Рогоз уехал, Ляля позвонила Ляхову и сказала, что нужно поговорить. Приехала за ним на машине и повезла куда глаза глядят. Сперва разговор шел спокойно. Она красочно описывала, что ждет Ляхова в случае, если он вздумает противиться желаниям Рогоза. О том, что ждет ее, умалчивала, но Эдуард и сам понимал, что сладкой ее жизнь не станет. Затем Ляля перешла на крик, отчаявшись достучаться до любовника. Ляхов тоже перешел границу, и тогда она велела ему выметаться. И из машины, и из ее жизни. Если ему безразлично, что с ним будет, то она, Ляля, жить пока хочет. И подставляться из-за его упрямства не намерена.

Ляхов понял, что момент критический, поэтому пошел на попятный. Сбавил тон и начал увещевать Лялю, обещая оградить ее от всех последствий, если она примет решение уехать с ним. Какое-то время Ляля слушала, затем разозлилась окончательно и буквально выпихнула его из машины. Автомобиль какое-то время стоял на месте, а затем Ляля уехала.

А Эдуард пошел вперед, пересекая автострады и проселочные дороги. Куда он хотел дойти? Наверное, никуда. Вопрос должен звучать несколько иначе: не куда, а зачем? Этого он тоже не осознавал. Просто шел вдоль одной из шоссейных дорог, пока его не подобрали те ужасные люди. К тому времени он уже немного успокоился, и даже сориентировался на местности, так что путь его лежал в Истру. От непривычно долгой ходьбы устал, а тут машина возле него останавливается, и водитель предлагает подвезти до города. Как было отказаться от столь заманчивого предложения? Он и не отказался. На свою беду.

Впрочем, не сядь он в машину добровольно, его все равно насильно запихали бы в салон. Как только он сел, двое парней притерли его с боков и начали прессовать по поводу нежелательных связей с женщинами. Ляхов не сразу сообразил, чьи это люди и чего от него хотят. А когда сообразил, испугался до смерти. Все, думает, настала та крышка, о которой говорила Ляля. И почему он не увез ее в Москву, пусть даже против ее желания?

Один из парней позвонил кому-то по телефону, выслушал указания и, гаденько улыбнувшись, заявил Эдуарду, что скоро он встретится с человеком, которого оскорбил. «Лучше бы тебе умереть вчера, парень, – выдал бандит. – Нет, правда. Лучше бы тебе вообще не родиться». Спустя полчаса Ляхов предстал перед Рогозом. В лицо он его не знал, но кличку запомнил.

Что было дальше? Его били. Долго и основательно. Не для того, чтобы он что-то понял, а просто для удовольствия. Затем Рогозу побоев показалось мало, он велел грузить его в машину и везти на дачу. Еще когда начали бить, Эдуарда раздели донага. Так в машину и погрузили, даже трусы не вернули. Видимо, хотели таким образом посильнее унизить. Сломать окончательно.

В итоге Ляхова спас случай, можно сказать, чудо. Пока ехали до дачи, одному из бандитов приспичило отлить. Он велел водителю притормозить у кустов, что тот и сделал. Выходя, дверь бандит не закрыл. А тут Рогозу кто-то позвонил. Вести разговор при свидетелях он не захотел, поэтому тоже вышел из машины и отошел на приличное расстояние. Третий бандит сладко похрапывал, развалившись на сиденье. Водитель устало оперся о руль и на пленника внимания не обращал. «Вот он, твой шанс, – промелькнуло в голове Эдуарда. – Беги! Не сбежишь сейчас, они тебя до смерти забьют. А может, просто прикончат». И он побежал. Выскочил на дорогу и рванул к кустам. Пока тот, что сидел в машине, сообразил, что стряслось, пока докричался до напарника, задержавшегося в кустах, и тот начал преследование, Эдуард успел убежать на приличное расстояние и скрылся в лесополосе. Сзади слышался топот четырех пар ног, крики преследователей врезались в уши, но он бежал и бежал. Одна мысль сверлила мозг: если поймают, точно убьют. Она придавала силы, заставляя бежать еще быстрее. Бандиты наверняка нагнали бы его, если бы не новая удача. Впереди, прямо на своем пути, Ляхов увидел небольшой хуторок. Пара домов за низкой изгородью, огромный ангар и штуки три сараев. Он перемахнул через изгородь и, не обращая внимания на неистовый лай собак, рванул к сараям. Дверь одного оказалась распахнута настежь. Туда он и залетел. Оглядевшись, увидел в дальнем углу стог сена и, не раздумывая, нырнул туда, на ходу зарываясь как можно глубже.

Зарылся и замер. Спустя пару минут в дверях показался человек. В спортивном костюме и с косой в руках. Он мельком оглядел сарай и вышел. Со стороны лесополосы приближались бандиты, хозяину это не понравилось, и он, добежав до вольера, спустил собак с цепи. Надо отдать должное, псов он держал не за престижную породу. Четыре ротвейлера, все как на подбор, злые и дрессированные. Лежа в стогу, Эдуард слышал разговор хозяина хутора и бандитов.