Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Гуров вспомнил, о чем идет речь: база «Чегет» была самым дешевым местом из всех в этом поселке. Долго здесь не жили; обычно там останавливались туристы, закончившие свой маршрут и ожидавшие автобуса.

— Позавчера Саша весь вечер был здесь, — продолжила Ксения. — И на полднике он тоже присутствовал. Так что вы может его тоже спросить насчет папы.

— Хорошо, я спрошу, — согласился Гуров. — Давай, Саша, присаживайся. Я думаю, Ксения тебя в основном ввела в курс дела. Меня интересует вопрос: что пил позавчера Игорь Семенов, кроме кофе?

— Значит, так, — заговорил Топорков. Голос у него был низкий, густой. — Я подошел позже, когда полдник уже закончился. Но все еще сидели за столом. Ксения предложила сварить мне тоже кофе, но я отказался — я его не очень люблю. Я сказал, что выпил бы какой-нибудь энергетический коктейль, если у них есть. Павел — это помощник Игоря Борисовича — сказал, что в холодильнике, кажется, есть, я могу пойти и посмотреть. Я так и сделал. Нашел банку коктейля, открыл ее и пошел назад в холл. И тут в коридоре столкнулся с Игорем Борисовичем — он шел в ванную, которая рядом с кухней. Кажется, чтобы руки помыть. А может, еще в туалет. Он увидел, как я пью этот коктейль, и говорит: «Слушай, а ведь, наверно, вкусная штука!» Я ему ответил в том смысле, что да, мне нравится. Он говорит: «Слушай, ты меня соблазнил! Можно тебя попросить? Достань мне тоже банку. Поставь на кухне, я сейчас туда вернусь». Ну, я так и сделал. Вернулся к холодильнику, достал банку, прошел на кухню и поставил ее на стол.

— Кто находился на кухне в тот момент? — спросил Гуров.

— Никого не было, — отвечал Топорков. — Все уже разошлись. И Ксения поднялась к себе. Она, когда увидела, что я появился, крикнула мне, чтобы я тоже поднимался. Ну, я поставил банку и поднялся.

— Ты не видел, как Семенов пил этот коктейль?

— Нет, я же сказал: я поставил банку и сразу ушел.

— Банка была закрыта, когда ты ее поставил?

— Да, конечно.

— А потом ты не видел эту пустую банку?

— Банку? — искренне удивился Топорков. — А где я мог ее увидеть?

— Вы, конечно, тоже не видели, как ваш отец пьет этот коктейль? — спросил Гуров, повернувшись к дочери Семенова.

— Нет, не видела, — покачала головой девушка.

— Тогда такой вопрос: куда у вас девается мусор?

— Мусор? На кухне есть такой бак, под раковиной, мы все туда кидаем.

— И кто его убирает? Когда?

— Уборщица убирает, — отвечала Ксения. — Она после завтрака, между девятью и десятью часами, проводит уборку комнат, заодно и мусор забирает. Хотя не всегда. Если мусора не так много, она его забирает на следующий день.

— Так… — сказал Гуров, поглядев на часы. — Сейчас еще нет девяти. Значит, сегодня ваша уборщица не приходила. И если она вчера не забрала мусор, оставшийся с позавчерашнего вечера, то он еще там, в баке. Идемте-ка на кухню, покажете мне его.

Они все вместе вышли из холла и проследовали на кухню. Ксения подошла к раковине и выдвинула из-под нее пластиковый бак. Она откинула крышку — и Гуров увидел полиэтиленовый мешок, примерно наполовину заполненный мусором. В глаза бросились смятые обертки от шоколада, упаковки.

— Вот, смотрите, весь мусор здесь, — сказала девушка. — Значит, вчера его не забрали.

Гуров склонился над баком. Он перевернул лежавшую сверху пустую коробку из-под кофе, отодвинул обертку шоколада…

— Никакой банки я не вижу, — сказал он. — А вы?

Ксения и Александр тоже заглянули в бак.

— Да, банки не видно, — согласился Топорков.

В это время за их спинами стукнула входная дверь. Обернувшись, Гуров увидел пожилую женщину с мешком в руках.

— А вот и наша уборщица, — объявила Ксения.

— Да, я пришла убирать, — подтвердила женщина. — А что это вы мусор разглядываете?

— Скажите, вы вчера убирали пакет с мусором? — спросил у нее Гуров.

— Нет, не стала, — призналась уборщица. — Да там и было совсем немного. Я решила — ладно, денек полежит, сегодня уберу. А что, там пахнуть что-то начало? Если так, то извините, я сейчас все вынесу!

— А вы, когда вчера сюда заглядывали, не видели там банки, вроде как из-под пива, яркой такой? — спросила Ксения.

— Банка? Какая банка? — с недоумением спросила женщина. — Нет, не помню никакой банки!

— Ладно, все ясно, — сказал Гуров. — Значит, банка исчезла. Кто-то ее уже убрал. 

Глава 12

Оставив все еще недоумевающую уборщицу на кухне, Гуров вместе с Ксенией и Александром вышел назад в холл.

— Вы не знаете, — обратился он к Ксении, — а остальные ваши спутники сейчас где? Наверное, все еще спят?

— Нет, вы ошибаетесь, — отвечала девушка. — Все уже позавтракали и разошлись. Мама встала очень рано и заявила, что больше не может сидеть в четырех стенах. И что хочет пойти погулять. Молчанов сказал, что он составит ей компанию. Вообще этот Молчанов так к ней подлизывается, даже противно!

— А Олег Вахтангович и Настя? — спросил Гуров. — Они тоже пошли погулять?

— Наверно, — пожала плечами девушка. — Они завтракали раньше нас. Кажется, они тоже ушли. Но не факт, что вместе.

— Значит, здесь остался только Павел, охранник, — заключил Гуров.

И, словно подтверждая его слова, в холл вышел Павел Зорькин. На нем была куртка, а в руке он нес большую сумку.

— Добрый день! — приветствовал он Гурова. — Здравствуйте, Ксения Игоревна, здравствуйте, Саша. Я хотел спросить, — охранник вновь повернулся к Гурову. — Вы не возражаете, если я уеду отсюда?

— В общем, не возражаю, — ответил Гуров. — Но вы и не должны спрашивать у меня разрешения — я здесь лицо неофициальное. А официальное лицо — лейтенант Касыгов, — как я понимаю, считает гибель Семенова несчастным случаем, поэтому никого здесь не задерживает. Но вы вроде хотели сопровождать тело Семенова в Москву?

— Да, я говорил Лидии Евгеньевне, — кивнул охранник. — Но сегодня утром Лидия Евгеньевна мне сказала, что тело Игоря Борисовича забрали для вскрытия, вся процедуры затягиваются и теперь неизвестно, когда его повезут в Москву. И что мне здесь делать нечего. Ну, и там про деньги еще… всякое… В общем, я понял, что мне надо уезжать. Так что, если вы не возражаете, я пойду — через полчаса должен отходить автобус.

— Подождите, что значит мама вам сказала «про деньги всякое»? — вскинулась Ксения.

— Ну, не важно, — отвечал охранник. — Это касается только нас.

— Нет, не только! — воскликнула девушка. — Не знаю, может, вы забыли, но я тоже Семенова! И меня касается все, что имеет отношение к отцу! Вы с ним работали, он вас ценил. И я не позволю, чтобы… Так что мама вам сказала?

— Ну, если вы настаиваете… — пожал плечами Зорькин. — Лидия Евгеньевна сказала, что она готова оплатить мои услуги до дня гибели Игоря Борисовича. И то она не понимает, почему это такая большая сумма, — на ее взгляд, я столько не заработал. А за вчерашний день и дальше она платить ничего не намерена. Обратный проезд тоже оплачивать не будет.

— Это… это… черт знает что! — возмущенно воскликнула Ксения. — Мама ведет себя как… Ладно, подождите здесь, я сейчас.

И она повернулась и почти бегом направилась наверх, в свою комнату. Прошло всего одна или две минуты, и девушка вернулась. В руках она держала пачку денег.

— Сколько мы вам остались должны? — деловито спросила она у охранника.

Однако он решительно отодвинул протянутые ему деньги.

— Спасибо большое, Ксения Игоревна, — сказал он. — Я очень ценю ваш порыв, ваше желание выполнить все обязательства. Но вы мне ничего не должны. И я ни в коем случае не возьму ваши деньги. Игорь Борисович платил мне вполне достаточно, так что я не бедствую. И один день ничего не решает. А тело Игоря Борисовича я бы и без всякой платы в Москву отвез, и сам бы еще доплатил. К тому же я знаю, что вы совсем не миллионерша. То есть в рублях, наверное, все же миллионерша, но основное имущество, сама компания досталась Лидии Евгеньевне. В общем, спасибо за предложение, но не нужно. И до свидания!