Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

— Ну, Курвихин тут, конечно, сильно сбоку, — согласился Лев. — Неужели только совпадение? Совпадение времени его гибели и начала всей этой аферы по отниманию бизнеса Пожерина?

— Заказ! — постучал карандашом по столу Орлов. — Не забывайте, уже выяснилось, что Курвихина все же заказали. Это еще предстоит доказать до конца, но, видимо, так оно и есть. Кто заказал и зачем?

— И еще один очень важный момент! — напомнил Гуров. — Выясняется, что о кейсе с полутора миллионами в машине Курвихина знала только Березина. Многие могли знать, что Курвихин собирал такую сумму, что она у него есть. Но только Березина знала, что в тот поздний вечер Курвихин выехал с этими деньгами из дома…

Старший лейтенант Вадик Борисов любил машины. Он любил ездить на них и быстро, и медленно. Все зависело и от машины, и от личного настроения Вадика в данный момент. Раньше он всегда предпочитал спортивный стиль вождения. Но после одной не очень приятной аварийной ситуации, когда он чуть не лишился прав и чуть не вылетел из органов внутренних дел, Вадик стал ездить спокойнее.

Хотя сам он излагал иную версию. Рассказывал всем, что ощутил прелесть езды на машине, когда сел в настоящий внедорожник. Не какой–нибудь «Ленд Крузер», нет, всего лишь «Мицубиси», обычный паркетник. Но… когда ты сидишь почти на две головы выше всех «девятошников», когда у тебя полный привод, когда у тебя АБС и курсовая устойчивость, то ты ведешь себя совсем по–иному. Солиднее, что ли… И эта машина, которая вообще–то принадлежала отцу Вадика, якобы изменила его отношение к управлению автомобилем вообще.

Сегодня он попросил машину у отца, не объясняя толком, для чего она ему нужна. А нужна машина была для того, чтобы с Сашкой Малкиным совершить задержание. Вообще–то Вадик предпочел бы сам провернуть основную часть операции, а не довольствоваться ролью извозчика. Он вполне обоснованно полагал, что его личного обаяния хватит на десять таких женщин, как эта. А вот Сашка…

Но Сашка плохо водил машину. А еще Сашка Малкин был здоров как бык и мог легко забросить в машину не то что женщину, он мог целый день цемент грузить мешками. Он мог при случае справиться с двумя или тремя мужиками, которым бы взбрело в голову помешать задержанию. Ага, вот и Сашка! Вадик поставил машину очень удачно. Чуть в стороне от декоративного металлического мостика, чтобы из окон цветочного салона ее не было видно. Интересно, а насколько правдоподобно Сашка разыграл свою роль? Долго его пришлось уговаривать…

Саша Малкин, большой и добродушный, шел впереди, и было слышно, как его басовитый голос гудел на мягких нотах. Сашка прокладывал путь, Сашка источал обаяние! Черт возьми, Сашка Малкин краснел от смущения. Вадик смотрел на друга и улыбался. А ведь мало кто знал в отделе, что этот плечистый парень, смелый, находчивый и грамотный оперативник… смущается, общаясь с девушками. Не со всеми, конечно, а с теми, кто ему нравится. Блин, кажется, Оля Березина ему нравилась… Придется вылезать из машины и страховать друга. Как бы он в самый ответственный момент не стушевался.

Вадик вылез из машины и постоял немного, выжидая момента, когда пять его шагов совпадут с моментом появления в нужной точке Сашки и Березиной. Десять, девять, восемь… Он считал шаги и всматривался в лицо девушки. Похоже, она ни о чем не подозревает. Чем–то Сашка ее заболтал, что она идет с ним рядом в нужном ему направлении. Семь, шесть, пять, четыре… левая задняя дверь заперта, и ее не откроешь ни снаружи, ни изнутри…

— Здравствуйте, — со спокойной улыбкой появился перед Березиной Вадик и показал свое удостоверение: — Московский уголовный розыск. Вам необходимо проехать с нами.

Березина шарахнулась назад так, словно этот парень показал ей змею. Стукнувшись о широкую грудь Малкина и обернувшись к нему за помощью, она все прочитала в глазах своего недавнего попутчика.

— Вас велел доставить полковник Гуров, — на всякий случай вставил Вадик.

Девушка вела себя смирно. Наверное, все события последних дней и тем более факт убийства ее бывшего любовника Курвихина давили ей на психику. Она только затравленно смотрела по сторонам и даже не реагировала на голос Малкина, периодически бубнившего, что ничего страшного не произошло, с ней просто хотят побеседовать в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Наверное, она этих вновь открывшихся обстоятельств больше всего и боялась.

И только когда машина свернула на Житную к зданию МВД, Березина заволновалась. А когда Вадик подогнал машину прямо к входу, откуда была хорошо видна табличка «Министерство внутренних дел Российской Федерации», она окончательно сникла.

Оказавшись в кабинете Гурова, девушка спросила сдавленным голосом:

— За что меня?.. Я же ничего не сделала…

— Посадите ее на стул, — приказал Гуров, вглядываясь в бледное лицо Березиной. — И дайте ей воды. Что–то вы, ребята, запугали девушку. На ней же лица нет.

— А что с Павлом? — спросила Ольга. — Он же не виноват!

— Вы спрашиваете или утверждаете? — ответил Лев. — С Павлом Кретовым сейчас беседуют в Управлении собственной безопасности. К нему пока претензий нет. И подозревать его в чем–то пока никто не собирается. А вот к вам, Ольга, вопросов много.

— Спрашивайте. Я ни в чем не виновата, мне нечего скрывать.

— Тогда я буду задавать вам вопросы, а вы уж постарайтесь отвечать на них максимально честно, правдиво и объективно. От этого зависит очень многое, а также судьбы многих людей. Скажите, Оля, кто мог угрожать Сергею Владимировичу Курвихину, кто мог желать его смерти?

— Как… Но ведь это же было… ограбление… — Последние слова девушка произнесла совсем тихо, видимо, уже и сама поняла, что у полиции есть основания полагать иное.

— Не будем спешить с выводами, — посоветовал Гуров. — Квалифицировать преступление будет суд, и вину кого бы то ни было будет определять тоже суд. Мы с вами сейчас лишь собираем информацию, привлекаем факты, находим улики. Еще раз повторить вопрос?

— Не надо… я поняла, — кивнула Березина. — Я не знаю… Может, кто–то и был на него так зол. У него же бизнес, есть подчиненные, какие–то наемные работники… кто–то мог затаить обиду…

— Курвихин отличался злобным нравом, он был садистом? От него подчиненные такого натерпелись, что кто–то мог и убить? Я вас правильно понял?

— Нет, почему же…

— Значит, нет. Вот и я думаю, что у нас в стране не так много неадекватных работников, которые кидаются убивать своих шефов. Значит, причина должна быть посущественнее, чем невыплаченная премия, или наложенный штраф, или увольнение по статье КЗОТа.

Минут тридцать Гуров пытался навести Березину на мысль о том, кто же мог так ненавидеть Курвихина. Ничего нового со времени ее первого допроса он не узнал, и пришлось вбрасывать дополнительную информацию.

— Видите ли, Оля, в процессе расследования вскрылся один неприятный факт. Собственно, из–за него мы вас и пригласили. Заключается он в том, что вы были единственным человеком, который знал, что Сергей Владимирович Курвихин в день своей смерти выехал из дома один, на своей машине и с кейсом, в котором находилось полтора миллиона рублей. Подчеркиваю, никто, кроме вас, не знал об этих деньгах в его машине, которые он вам и вез. И его убили, забрав и машину, и кейс.

— Да как вы… — Ольга вытаращила глаза на Гурова, а через несколько секунд уже рыдала, стискивая лицо руками. — Я не могла… я же его любила…

— Оля! — повысил голос Гуров. — Думайте, думайте! Я же вам сказал, что никто, понимаете, никто не знал о том, что Сергей Владимирович выехал в ту ночь из дома с такими деньгами. Знали вы! Или вы кому–то рассказали об этом, или кто–то это уже знал. Ну? Вспоминайте. Весь тот день, поминутно. Утро, вы проснулись… Где вы проснулись? Дома, на даче у подруги?

И тут Березина вдруг залилась такими слезами, что даже многоопытный Гуров опешил. Интуиция подсказывала сыщику, что близок момент истины, что эти слезы означают не запоздалую реакцию на смерть любовника, а нечто большее. Более глубокое! Он посмотрел на Малкина и Борисова, расположившихся на диване с чашками чая, и сделал им знак покинуть кабинет. Молодые оперативники переглянулись, кивнули и, держа в руках дымящиеся чашки, вышли в коридор. Гуров пододвинул второй стул ближе к Березиной и присел рядом.