Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

— Макса-то? Дожидайся! Он сам кого хочешь теперь уволит. Перевели его, с повышением. Он теперь у нас в Управлении экономической безопасности трудится. Точнее, уже у них, а не у нас. Боря как сам ушел, так и его через месяцок за собой перетащил. Замом оформил. «Сладкая парочка». Не могут друг без друга.

— Какой Боря? — навострил уши Гуров.

— Андросов Борис. Из молодых, да ранний. Без году неделя в Управлении, а уже и полковника дали, и в ГУЭБ с повышением перевели.

— Надо же. Вот с кого нужно пример брать. А я, как дурак, всю жизнь за всякими отморозками гоняюсь. Про повышение даже во сне не видел никогда.

— Завидно?

— А то!

Услышав фамилию Андросов, идеально подходящую под сокращение «Андр», и узнав о том, что интересующий его Крапивин является замом и даже, похоже, близким другом этого Андросова, Гуров заволновался, как ищейка, почуявшая след.

— Ну а если серьезно, Миша, чем в народе объясняют такое стремительное продвижение? Ведь не может быть, чтобы все это было просто так. Без видимых, так сказать, причин.

— Да нет, наверное, не просто, — с той же немного странной усмешкой ответил Крылов. — Только что касается видимых причин, там все как на параде. Одни сплошные трудовые достижения. И не захочешь — поощришь. Раскрытие должностных преступлений поставлено на поток, преступники стройными рядами отправляются в камеры. Боря стрижет купоны.

— Только ты, кажется, не особенно рад его успехам, — проницательно взглянул на него Лев.

— А я тебе даже скажу, что и не только я один. — Крылов перестал улыбаться и заговорил серьезно, даже с досадой: — Ладно бы кого-то со стороны, он ведь своих одного за другим «на побывку» в СИЗО отправляет. Человек, можно сказать, в соседнем кабинете сидел, общался с ним, здоровался. А через месяц-другой — извольте! Сюрпризец получает. Вот вроде тебя. — Сказав это, он остановился, будто осененный какой-то неожиданной догадкой, и, с новым интересом взглянув в лицо Гурову, проговорил: — Погоди-ка. Так это ты… ты Боре, что ли, дорогу перешел?

— Похоже, что так.

— У-у… Так что же я сижу-то здесь? Мне же бежать надо от тебя как от огня. Слушай, Иваныч, — вновь стал серьезным Крылов. — Я твоих дел не знаю и что ты там такое интересное в очередной раз раскапываешь, не в курсе. Но если у тебя есть возможность раскопки свои обратно закопать, без ущерба, как говорится, для имиджа, мой совет — закопай. С Борей связываться — себе дороже. Проверено на опыте, и неоднократно. Так это, значит, он на тебя материалец раздобыл?

— Видимо, он. Только какой там может быть материалец? Ты ведь сам прекрасно знаешь, что…

— Лева! Ну что ты как малое дитя, — отечески-снисходительно произнес Михаил. — Ну какая разница, что я там знаю? Я знаю, а он бумажку принесет. И с печатью, и с подписями свидетелей и очевидцев. И черным по белому будет в той бумажке написано, что у тебя вилла в Ницце, яхта в Красном море, что ты вертолет, приобретенный на нетрудовые доходы, на крыше своей хрущевки паркуешь, и что вообще ты — тайный агент таджикской контрразведки. И никому не интересно будет, что там я знаю. А будет только одно — всю оставшуюся жизнь тебе придется доказывать, что ты не верблюд. Оно тебе надо?

— Как ты меня напугал, Миша, — ответил Лев с серьезным видом. — Только вот что мне скажи. Если ты так твердо уверен, что связываться с этим Борей себе дороже выйдет, значит, у тебя, наверное, есть какие-то реальные факты? Ведь не может такого быть, чтобы ты, взрослый умный мужик, опытный убэповец, таким паническим страхом проникся от одних беспочвенных фантазий.

— А реальные факты у тебя есть все шансы в СИЗО узнать. Когда рядом вот с такими же наивными мальчиками на нарах окажешься, тогда и расспросишь. Там у вас времени много будет. Вдоволь наговоритесь. И о том, как ловко подтасовку можно организовать, и о том, как тебя же чуть не силой провоцируют «незаконные действия» совершать, а потом тебя же за это сажают. И не возразишь. Ведь совершал же. Сам, своими руками.

Здесь Гуров припомнил рассказ Лиманского о «процедуре», в результате которой он оказался взяточником, и подумал, что в словах Крылова много правды.

Похоже, Андросов и его сообщники действительно разработали некую схему, приносившую им регулярные бонусы. Получив или даже организовав компромат на кого-либо из должностных лиц, обязанных блюсти закон, они создавали ситуацию, когда при свидетелях можно было уличить это лицо в нарушении, и за очередной личный профессиональный успех получали награды и повышения.

— Слушай, Миша, — задумчиво проговорил он, обращаясь к Крылову. — Все это, конечно, очень забавно и трогательно, и про СИЗО, и про все прочее, но мне не эмоции нужны, а реальная помощь. Сесть за взятку, которую не брал, оно, конечно, неприятно, но быть за это убитым, согласись, уже ни в какие рамки не лезет. Погиб человек, и я хочу этих мерзавцев вывести на чистую воду. Упекут ли они меня в СИЗО или нет, это время покажет. Пока я на свободе, а значит, должен действовать.

— Убийство? Да брось! А ты уверен, что это именно с этой стороны ветер? Сам знаешь, даже среди уголовников воры с мокрушниками никогда не путаются. А тут…

— А тут не уголовники? А кто они, по-твоему?

— Да по-моему, они, если угодно, даже хуже. Своих подставляют. К тому же было бы еще из-за чего, а то — просто очередную звездочку на погон получить. Но насчет убийства мне все равно что-то сомнительно. Не тот формат.

— Как знать. За звездочку они, конечно, не убьют. Но представь, что кто-то раскрыл всю эту систему. С персоналиями, с конкретными фактами, с доказательствами. Это уже не звездочка. Тут вопрос о шкуре. Это только других отправлять за решетку приятно, самим-то им туда навряд ли захочется.

— Ну да. Прямо в руки к тем, кого они незадолго до того так ловко на нары спровадили. Только ведь это — ты, Гуров. Это ты пытаешься систему раскрыть. Мало того что сам нос суешь, куда не просят, да еще и меня тянешь. Так что, если считаешь, что ребята эти и перед убийством не остановятся, ты первый опасаться должен. Поэтому совет мой в силе и актуален, как никогда. Помнишь, что я в самом начале сказал? С Борей — не связывайся. Это я еще про убийство не знал. А уж теперь… А что, и правда кого-то на тот свет отправили? Это уж и впрямь что-то… как-то даже чересчур получается.

— Вот и мне так показалось. Поэтому дело это я решил довести до конца. С твоей помощью или без нее. Не важно.

— Этого мог бы и не говорить. То, что ты упрямый как баран, мне давно известно, не первый день знакомы. Если уж что вобьешь себе в голову, ничем не выбить. Даже угрозой насильственной смерти. Только в чем она может заключаться, моя тебе помощь? Я что-то пока не уяснил.

— Андрей, тот самый, что пытался разобраться во всех этих закулисных шашнях и которого за это убили, он записи оставил. Схемы. Фамилии, от них — стрелки. По-видимому, каждая схема означает какой-то конкретный случай подставы.

— Досье на них собирал?

— Вроде того. Правда, фамилии не целиком, а в виде сокращений. И Андросов, и Крапивин там тоже есть. Их и еще некоторые я сумел разобрать, но много таких, которые мне ничего не говорят. Ты сам сказал, что Андросова повысили не так давно. До этого и он, и Крапивин трудились в той же структуре, что и ты. И, как я понял, об их делишках многие догадывались. Мне от тебя нужна всего лишь информация об этих догадках. Соответствуют они действительности или нет, это тебя не должно волновать. Это — моя проблема. Я — из другого ведомства, с этими ребятами никак не соприкасался, так что у меня даже догадок нет. Тотальный информационный голод. Мне все сгодится. Если хотя бы просто поможешь мне расшифровать некоторые фамилии, я уже и за это буду тебе благодарен. А если намекнешь, какие с этими фамилиями могут быть связаны происшествия, это вообще просто идеальный вариант. Мне сейчас нужна наводка. А что касается проверки достоверности фактов и сбора доказательств — это уже моя задача. Так что, заключаем договор о сотрудничестве?