Флинн - Грегори Макдональд

— Корабль затонул? — спросил министр.

— Самолеты взрываются, — Цинь пожал плечами. — Корабли тонут.

— Китаю заплатили за оружие? — спросил Цинь.

— Вот это самый щекотливый момент, — ответил Цинь. — Мы смогли выяснить, спасибо вам, мистер Флинн, что у наших контрагентов с самого начала не было намерений полностью расплатиться с Китаем. Подчеркиваю, полностью.

— Я это отметил, — кивнул Флинн.

На завтрак Цинь пришел в другом спортивном костюме, с эмблемой другого университета.

Баскетбольный мяч лежал на соседнем стуле.

— Насколько мы понимаем, исходя из того, что рассказали мне вы, мистер Флинн, и из других надежных источников, нашего друга, его превосходительство, бухгалтера, у которого в родной стране не было ни родственников, ни друзей, но который хорошо знал английский, назначили министром иностранных дел Республики Ифад только с одной целью: чтобы он умер дважды, а потом погиб от руки убийцы.

Рашин-аль-Хатид еще не прикоснулся к завтраку.

— Его отправили в Соединенные Штаты с важной миссией. Он полагал, что ему поручили превратить принадлежащее его стране золото стоимостью в четверть миллиарда долларов в международные векселя на ту же сумму и потратить их на закупку оружия в Соединенных Штатах. Очень простая операция. Чтобы ее осуществить, достаточно нескольких телефонных звонков. Так что, ваше превосходительство, — жующий Цинь повернулся к министру, — нужды в вашей поездке в Америку не было никакой.

Но почему вас послали за океан? — задал Цинь весьма уместный вопрос и сам же ответил на него: — Чтобы выгадать для вашего правительства несколько дней, товарищ министр, в течение которых оно намеревалось обмануть Китайскую Народную Республику.

Белая рубашка Рашин-аль-Хатида выглядела не так уж и плохо, учитывая, что он носил ее то ли пятый, то ли шестой день. Она оставалась относительно белой, вроде бы даже и выглаженной. Флинн подумал, что его превосходительство лично стирает ее в уединении своей ванной.

— Одновременно с переговорами, которое ваше правительство вело с Соединенными Штатами о покупке оружия на четверть миллиарда долларов, велись и другие переговоры, с Китайской Народной Республикой, о покупке оружия уже на полмиллиарда долларов.

К сожалению, ваше превосходительство, золото, которым располагала ваша страна, стоило только четверть миллиарда долларов.

Лицо его превосходительства цветом сравнялось с рубашкой.

— Как могла Китайская Народная Республика пойти на такую сделку? Мы продавали Ифаду оружие на полмиллиарда, получая взамен золото стоимостью в четверть миллиарда долларов и международные векселя на такую же сумму. Наши представители побывали в Ифаде и убедились в наличии золота. Через несколько часов после взрыва самолета, вылетевшего из Бостона в Лондон рейсом восемьдесят, наши представители убедились и в том, что Ифаду принадлежат международные векселя стоимостью в четверть миллиарда долларов.

— Эти векселя оставались на их балансе и позже.

— Почему? Из-за двойственной политики правительства Соединенных Штатов. Только ему было известно, что вы и ваши документы находились на борту рейса восемьдесят. Возможно, американские чиновники решили, что Ифад не направил в Соединенные Штаты золото только потому, что страна скорбит о вашей безвременной кончине и опять же не получила соответствующих документов. Соединенные Штаты не могли объявить о вашем присутствии на борту взорвавшегося самолета, потому что вы путешествовали по липовым американским паспортам, а Соединенные Штаты не хотели предавать гласности тот факт, что Государственный департамент снабжает липовыми паспортами арабских покупателей оружия.

Таким образом, возникла так называемая дипломатическая пауза.

Цинь большим пальцем отодвинул пустую тарелку.

— Ифадское золото находилось на пути в Китай, китайское оружие — в Ифад. Американскую сделку отменили, и Соединенные Штаты тем более не спешили объяснить международным финансовым институтам, откуда у Ифада появились международные векселя. И тут сообщили о вашей второй смерти, ваше превосходительство, от сердечного приступа в рабочем кабинете в Эйнсли. Вы же все это время спокойно сидели в бостонском отеле, со всеми документами, касающимися международных векселей, на случай, что мое правительство в Пекине в последний момент забеспокоится и пожелает с ними ознакомиться. Как только китайское оружие достигло бы берегов Ифада, вас, ваше превосходительство, ждала бы третья смерть, на этот раз куда более реальная для вас. От руки настоящего убийцы.

Рашин-аль-Хатид не просто побледнел — посерел.

С большим трудом ему удалось заговорить:

— Но с чего у моего правительства возникли такие дьявольские замыслы?

— Ваше правительство и не собирается управлять своей страной, — ответил Флинн.

— К сожалению, это не единичный случай, — вставил Цинь.

— Его куда в большей степени интересует торговля оружием.

— Вашему правительству хотелось продавать оружие другим странам, — добавил Цинь.

— Меня бы убили? — у Рашин-аль-Хатида сел голос. — По указанию моего правительства? Меня бы убили Михсон Таха и Назим Салем Зияд?

Цинь пожал плечами.

— Такова жизнь, товарищ ваше превосходительство.

Медленно, с большим трудом, Рашин-аль-Хатид поднялся из-за стола.

Еще медленнее поклонился.

— Прошу меня извинить.

И, волоча ноги, покинул столовую, осторожно притворив за собой дверь.

Цинь проводил его взглядом.

— Приходится иной раз ставить на место эти наглые государства «третьего мира», Флинн. Пока они не научатся вести себя в приличном обществе.

Флинн достал трубку и кисет с табаком.

— Дело ведь не в «третьем мире». Воры и бандиты есть везде.

Цинь захохотал.

— Забавно, однако. Эти мерзавцы хотели кинуть и Соединенные Штаты Америки, и Китайскую Народную Республику. А мы постоянно забываем, что они думают, будто им это по силам.

Флинн молча раскурил трубку.

— А что будет с нашим другом-бухгалтером? — спросил он.

— Мы его не бросим, — ответил Цинь. — Лишний наблюдатель на Ближнем Востоке не помешает.

— Сомневаюсь, что он будет работать на вас.

— Личный опыт — лучший учитель, Флинн. Рашин-аль-Хатид уже многому научился.

— Это точно.

— Еще чаю, Флинн?

— Пожалуй, мне пора. Гроувер встречает мой самолет в Бостоне.

Прежде чем выйти из столовой, Цинь взял с буфета коробку и протянул Флинну.

— Сигары. Для вашей жены.

— Премного вам благодарен. Скажите мне, Цинь, а где сейчас ифадское золото?

Цинь пожал плечами.

— Корабли встречаются в ночи. Одни тонут, другие — нет.

— Золото в Китае?

— Оно пойдет на зубы тысяч и тысяч китайских рабочих и крестьян. Подумайте об этом, Флинн.

— Да уж, пойдет.

Цинь проводил Флинна, открыл входную дверь.

— Китайский корабль с оружием действительно утонул? — спросил Флинн, попыхивая трубкой.

— Нет, — ответил Цинь. — Но утонули пять агентов Ифада, их выбросили за борт…

Глава 39

— Извини, Френк, что пришлось попросить тебя заехать ко мне в субботу, — комиссар бостонской полиции Эдуард Д'Эзопо, без кителя, со съехавшим набок узлом галстука, поднялся из-за стола и протянул свою ручищу. — Я знаю, что тебе хочется домой.

Вновь при разговоре присутствовал капитан Рейган, в парадной форме, готовый отправиться то ли на свадьбу, то ли на похороны.

— Я все равно проезжал мимо, — Флинн пожал комиссару руку.

Устроился в кресле у стола, пододвинул к себе пепельницу.

Сел и комиссар, закинул руки за голову.

— Наверное, ты знаешь, о чем я хочу поговорить с тобой, Френк.

— О ротации?

Флинн выбил трубку о пепельницу.

Капитан Рейган рассмеялся и замахал рукой, словно отгоняя мух.

— Это слово означает, что инспектор Флинн хочет перевести племянника капитана Уолша в патрульные.

— Нет, сейчас речь пойдет не об этом. — Комиссар наклонился вперед, положил руки на стол. — Дело в том, Френк, что победить их невозможно.

— Я слышал, — кивнул Флинн.

— И никто еще не выдерживал общения с федами. Во всяком случае, длительное время.

— Фибби хотят, чтобы меня отозвали? — спросил Флетч.

— Кто такие фибби? — спросил комиссар Рейгана.

— Аквариумные рыбки? — предположил тот.

— ФБР, — пояснил Флинн.

— Именно так. Они говорят, что тебя никогда нет. Что ты им не помогаешь. Что они не понимают половины того, что ты им говоришь… и в этом я готов с ними согласиться. Ты арестовал вдову федерального судьи…

— …только на время ленча.

— Они не согласны с твоим решением по Лиге лишних людей.

Перочинным ножичком Флинн чистил трубку.