Психопат - Энтони Бруно

Сол непрерывно поглядывал на дверь спортзала, дожидаясь, когда эта блондинка с гривой кудрявых волос выйдет оттуда.

— Никаких бумаг. Прими меня в семью.

— Что? — Сол не слушал.

— Перестань смотреть туда и гляди на меня. Ты спросил, чего я хочу. Вот чего. Хочу, чтобы ты принял меня в семью. Хочу стать полноправным членом мафии.

Сол изумленно уставился на него. Он не верил своим ушам. Принять в семью Чарльза? Это что, шутка? Черномазых в мафии нет. Никогда не было и не будет. Немыслимо.

— Я сказал, перестань высматривать эту девку и гляди на меня. Не беспокойся о ней. Беспокойся обо мне. Я хочу стать членом мафии. Принимай меня или иди куда хочешь.

Сол крепко сжал кулаки, грудь его вздымалась. Он готов был пустить в ход пистолет. От гнева он забыл об осторожности. Как смеет этот негритос так разговаривать с ним?

— Примешь или нет? Отвечай.

Сол поглядел в сторону спортзала, но Чарльз схватил его за лицо и повернул к себе:

— Примешь или нет? Я должен знать.

Сол откинулся на спинку сиденья. Рука его лежала на пистолете. Он был готов всадить этому ублюдку пулю в сердце и бросить здесь... Да, но как потом вернуться обратно в психушку? Кто заставит этих наркоманов впустить его? Черт!

— Вон она, Сол. Смотри.

Чарльз самодовольно улыбался. Теперь он был сущей образиной.

Сол сразу же узнал Стэси. Знакомые волосы, знакомые ноги. Хлопчатобумажная куртка, мини-юбка, черные чулки.

— Заводи машину. Быстрей. Хватит дурачиться. Я не хочу терять ее из виду.

— Сперва прими меня. — Чарльз вытащил ключ зажигания и опустил стекло своей дверцы. — Я брошу его в сточную решетку. Клянусь.

Стэси зашагала по улице.

— Заводи машину, Чарльз. Она сядет в такси, и мы ее потеряем.

В желудке у Сола словно ворочался удав.

— Такси она не возьмет. Смотри.

Стэси вошла в открытый пролет подземного гаража. Сол видел, что она направилась к будке сторожа.

— У нее есть машина, Сол. Я знаю какая. И номер помню.

Чарльз улыбнулся так, словно у него на руках были все козыри.

Сол вгляделся в пролет гаража, но Стэси уже не было видно. Оттуда выехал большой черный седан, но это была явно не ее машина. Слишком рано, да и вряд ли она ездит на такой. Только как, черт возьми, узнать ее машину? С такого расстояния не разглядишь лица водителя сквозь отсвечивающее лобовое стекло. Черт.

— Ну как, Сол? Примешь меня или нет?

Солу мучительно хотелось выхватить пистолет...

— Ну?

Принять это дерьмо?

— Ну?

Сол покосился на гараж.

— Ладно, ладно.

— Что ладно?

— Будь по-твоему. Как только вернемся в больницу, приму. А теперь побыстрей заводи.

— Нет. — Чарльз покачал головой, держа ключ за окошком. — Принимай сейчас.

— Прямо здесь?

На выезде из гаража показался белый «фольксваген».

— Ты смеешься?

Сол смотрел на белую машину, готовую повернуть на проезжую часть улицы.

— Успокойся. Это не ее машина. Действуй. Мы совершим все это немедленно.

— Чарльз, существуют определенные правила. Чтобы вступить в мафию, нужно быть сицилийцем. По крайней мере итальянцем. Ты должен это знать.

— Сол, ты станешь доном. Я от тебя только это и слышу. Дон может принять кого захочет.

Иммордино стиснул зубы, не сводя глаз с гаража.

— Я не могу сделать этого сейчас. Нужны определенные вещи. Ты должен их иметь, иначе прием будет недействительным.

— У нас есть все. Нужны только нож и пистолет. Я прочел в книге.

Из гаража вынеслась красная машина и помчалась по улице. Сол вытер пот с носа.

— Это она?

Чарльз закрыл глаза и пожал плечами:

— Прими, тогда скажу.

Сол увидел, как машина скрылась за поворотом, и удав у него в желудке заплясал румбу.

— Слушай, Чарльз, я совершу обряд, но у нас есть не все. Когда принимали меня, там был портрет святого. У тебя он есть? Без портрета нельзя.

Чарльз протянул руку и стал рыться на заднем сиденье. Достал старый, потрепанный номер журнала «Эбони». На обложке был изображен Джеймс Браун.

— Сойдет и этот.

— Кто? Джеймс Браун? Он никакой не святой.

— Крестный отец души. Почти то же самое.

Чарльз оторвал обложку.

Из гаража плавно вырулила желтая двухместная «хонда». Сол пытался разглядеть, кто за рулем, но ничего не было видно. Чарльз протягивал портрет Джеймса Брауна.

Сол вырвал журнальную обложку из его руки:

— Ладно, ладно. Твоя взяла.

— Мольто бонни[3].

Чарльз улыбнулся, обнажив все зубы.

— Давай нож. Побыстрей.

Сол огляделся, нет ли кого поблизости, потом достал пистолет и сунул в тень под приборную доску. Взял у Чарльза нож и открыл лезвие:

— Давай палец.

Сол сжал кончик его указательного пальца, потом кольнул ножом.

— Оууу!

— Замолчи. Это священно.

Сол вытащил из тени руку Чарльза.

— Видишь кровь?

В неоновом свете она казалась синей.

— Это означает, что мы теперь одна семья.

Сол сглотнул. Черномазый мафиози. Мистретта небось переворачивается в гробу.

Он держал в одной руке нож и пистолет. Вытаскивать их из тени не осмеливался.

— Видишь? Теперь ты будешь жить с ножом и пистолетом и погибнешь от ножа и пистолета.

Положив оружие на резиновый коврик, Сол взял портрет святого, предложенный Чарльзом. Занес над ним окровавленный палец. Кровью положено наносить крест, но в данных обстоятельствах это казалось недопустимым, поэтому Сол начертал пальцем Чарльза "X". Как бы этот ублюдок не оказался болен СПИДом.

Потом потянулся к прикуривателю.

— Он не работает, — сказал Чарльз.

— А спички у тебя есть?

— Вряд ли. — Чарльз принялся разглядывать пол. — С Нового года я бросил курить.

— Святого ты должен сжечь.

— Да. Знаю...

Чарльз принялся шарить на сиденье.

Из гаража выехала темно-бордовая «субару».

— Ладно, ничего страшного. Забудь. Эта часть уже неважна.

Сол скомкал портрет и бросил на пол. Ему не верилось, что он вправду только что принял в мафию негритоса.

— Теперь слушай, Чарльз, у нас всего два правила, и ты всегда обязан их соблюдать. Во-первых, нельзя выбалтывать никому секреты семьи.

— Что за секреты?

— Все, какие тебе могут доверить в будущем.

— А... Мне дадут какой-то список, что секретно, а что нет?

Желудок Сола пронзила острая боль.

— Никаких списков не существует. Если кто-то из членов семьи доверит тебе секрет, он скажет, что это секрет. Понял?

— Понял. А второе правило?

— По второму правилу ты не должен путаться с женщинами членов семьи. Понятно? За нарушение — смерть.

Чарльз кивнул:

— Ладно.

— Ну вот, ты полноправный член семьи. Поздравляю. А теперь заводи машину.

— Это все? Что-то короткий получился обряд. Ты не должен поцеловать меня или что-то в этом роде?

В гараж въехал лимузин. У Сола дрожали руки.

— Нет, Чарльз. Поцелуй означает, что я намерен тебя убить.

— А.

— Заводи же машину.

Из гаража вынеслась красная «топота».

— Быстрее!

— Остынь, Сол.

Чарльз вставил ключ в замок зажигания и завел мотор.

Негр шевелился так медленно, что Солу захотелось сломать ему шею, но вместо этого он сунул озябшие руки под мышки и заставил себя помалкивать.

Из гаража выехал черный «джип-чероки» с розовыми стеклоочистителями и стеллажом для лыж на крыше.

Чарльз включил скорость:

— Это она.

И, глянув в боковое зеркальце, поехал за следующей машиной. Пока они неслись по Бликер-стрит, между ними находилось только одно такси. Потом на Ла-Гардиа-плейс Стэси повернула налево и поехала к окраине.

Желудок Сола вновь пронзила острая боль.

— Откуда ты знаешь, что она едет к Тоцци, а не домой?

Чарльз по-обезьяньи усмехнулся:

— Она живет в доме над гаражом.

Сол стиснул кулаки, но промолчал.

— Кстати, Сол, как мне называть тебя теперь — по-прежнему Солом или доном?

Сол зажмурился и прижал руки к ноющему животу.

— Смотри на дорогу и помалкивай.

Глава 13

Тоцци окинул взглядом зрительские места. Они были заполнены женами и детьми, подружками, немногочисленными приятелями и родителями мастеров айкидо. Потолок громадного спортзала находился на уровне как минимум второго этажа. Яркий, но не режущий глаза свет падал на группу людей, одетых в белую форму ги,сидящих на пятках, касаясь коленями пола, в позе сэйдза.Располагались они по ступеням мастерства — белые пояса, затем оранжевые, синие и коричневые. Черные пояса в широких черных штанах бакома сидели в ряд вдоль дальней кромки мата. Обладатели третьего и четвертого дановсидели с видом арбитров в трех углах свободного пространства.

В ближайшем левом углу сидел на складном стуле сэнсэй,держа руки на бедрах. Он приехал из Японии дать инструкции и понаблюдать за испытанием. Бывал он здесь всего два раза в год. В айкидо, чтобы подняться выше синего пояса, необходимо пройти испытание перед сэнсэем.