Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Ну, тогда давай решай, как тебе поступить, – сказал Гуров. – Или иди буди друга Бориса, пусть садится на свое место, а ты отвезешь меня в санаторий, или давай ключи от машины, я сам поеду.

– Нет, машину я доверить не могу, она не моя, – ответил Жилкин. – Сейчас Бориса позову, сам вас отвезу.

Спустя несколько минут они уже ехали по направлению к санаторию.

– Ну, что, ты еще не созрел, чтобы рассказать мне все, что знаешь? – спросил Гуров у водителя.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – пожал тот плечами. – Ничего такого особенного я не знаю.

– Ну-ну, значит, еще не созрел. Смотри только – когда созреешь, не было бы поздно…

Приехав в санаторий, Гуров отпустил водителя и взял у него номер его телефона – теперь он уже не рассчитывал на Кривулина и хотел иметь прямую связь с Жилкиным. Водитель покатил назад на виллу, а Гуров отправился в столовую – обедать, а заодно, как он выразился в разговоре в капитаном, и ужинать.

Он как раз приканчивал третье по счету второе блюдо, когда появился Синичкин.

– Есть будешь? – без долгих предисловий спросил Лев.

– Да не откажусь, – ответил капитан. – Я домой так и не успел заскочить, и в отделении есть было некогда.

– Тогда я сейчас попрошу, чтобы тебе принесли всего, и побольше, – улыбнулся Гуров и, подозвав директора ресторана, попросил накормить капитана.

– Но товарищ капитан – не наш постоялец, – попробовал возразить директор.

– А вы накормите его в счет всего того, что я, как ваш постоялец, не съел за последние три дня, – сказал Гуров. – Или вы скажете, что я тут у вас исправно питался?

На это директор ничего отвечать не стал и удалился. Вскоре перед Синичкиным стояла такая же груда тарелок, как и перед Гуровым.

Когда наконец с едой было покончено, сыщики вышли в парк и сели на скамейку.

– Ну, давай рассказывай, – кивнул Лев.

– С чего начинать – с результатов экспертизы или с моей проверки Вишнякова?

– Давай начинай с Вишнякова, – решил Гуров. – Тем более что, как я чувствую, долго тебе об этом рассказывать нечего.

– Тут вы правы, – подтвердил Синичкин. – Я побывал у садовника дома, побеседовал с женой, с другими домашними. Все они дружно утверждают, что Вишняков вчера вернулся домой около шести вечера и больше не отлучался. Я интересовался, чем он занимался до самой ночи, и мне рассказали, причем детали не расходятся, совпадают во всех мелочах. И соседи подтверждают, что Вишняков был дома. Его видели, с ним разговаривали. Одна соседка общалась с ним еще в десять часов вечера. И утром видели, как он вышел из дома и отправился на виллу. Так что алиби у него безупречное.

– Так, хорошо, с этим вроде все ясно. А что с результатами экспертизы?

– Врачебное заключение нам ничего нового не дает. Врач подтверждает, что смерть наступила в промежутке между пятью и шестью часами утра от удушья. На шее убитой видны отчетливые следы веревки – ну, это мы и сами видели. Следы борьбы отсутствуют, как и в предыдущих случаях.

– Так, а что говорит криминалист?

– А вот он говорит кое-что новое. И весьма интересное! Тут нам очень помог дождь – помните, ночью гроза была?

– Следы?

– Не то чтобы следы, но частицы почвы. Поскольку убийца шел по мокрой земле, он неизбежно должен был занести в дом частицы этой земли.

– Только в том случае, если он вообще шел по земле, – заметил Гуров, – а не вышел, скажем, из соседней комнаты.

– Совершенно верно! Так вот, наш эксперт обнаружил в комнате частицы почвы, каких нет на территории виллы. Зато такой земли довольно много в лесах, окружающих поселок.

– То есть это лесная почва?

– Да, лесная! Мало того, наш специалист обнаружил крохотные растительные волокна и сумел их идентифицировать. Это кусочки листьев рододендрона и кавказской липы!

– А почему ты говоришь об этом, как о важном открытии? – удивился Гуров.

– Потому что я уже связался по телефону с виллой и попросил пригласить садовника Вишнякова, – ответил капитан. – Это было уже после вашего отъезда. Я спросил его, растут ли эти растения у них в парке. И знаете, что он мне ответил?

– Что?

– Что ни липа, ни рододендрон у них не растут. Рододендрон, объяснил он мне, – это вообще вроде сорняка, все садовники с ним борются.

– Значит, наш убийца пришел из леса… – задумчиво произнес Гуров.

– Совершенно верно! Что, кстати, подтверждает ваше мнение о невиновности Жилкина и Глушакова. Я, правда, для верности послал своего специалиста на виллу – забрать их обувь на проверку. Если на ней указанных частиц не обнаружится – значит, в комнате был кто-то третий. И он, вполне вероятно, и убил Осипову.

– Да, это действительно важные сведения, – согласился Лев. – И вывод твой вполне обоснованный. Что ж, у нас с тобой фактически остались только двое подозреваемых…

– Кривулин и Муртазин, – кивнул капитан.

– Правильно. Значит, надо заняться обоими как можно плотнее.

– И с кого вы думаете начать?

– С хозяина виллы, – решительно заявил Гуров. – У него имелся мотив для убийства Осиповой. Она рылась в его документах – об этом нам рассказал Петриченко, потом копировала их и хранила на своем компьютере. Я обнаружил несколько файлов. Вполне вероятно, Осипова шантажировала своего покровителя. Или задумала шантажировать, а он об этом узнал.

– Но пока что это одни лишь предположения, – возразил капитан. – А Кривулин здесь – человек известный и весьма влиятельный. Я уже направил судье заключение с просьбой разрешить провести в отношении Кривулина некоторые следственные действия, в частности, обыскать его офис. Но она приняла мое заявление без восторга, и пока что решения нет.

– Обратись в прокуратуру, пусть они, со своей стороны, обратятся к судье, – посоветовал Гуров. – И когда будешь составлять документы для прокуратуры, обязательно упомяни все, о чем я сейчас сказал: и показания Петриченко, и ксерокс, найденный в кабинете Осиповой, и файлы у нее на компьютере.

– Но пока разрешения судьи нет, мы ничего сделать не можем… – заметил капитан.

– Почему же, кое-что можем. Надо как можно тщательнее проверить все его заявления о том, где он был и что делал в последние три дня. Прямо по часам. Ничего не принимать на веру! Действительно ли он ночевал вчера в отеле? Не мог ли вылезти через окно? Или подкупить портье и выйти у него под носом, а потом войти? Для такой проверки нам разрешение судьи не нужно. Давай, капитан, действуй!

– А вы что собираетесь делать? – поинтересовался Синичкин.

– А я вернусь на виллу. Хочу там переночевать. Мне кажется, сегодня ночью должны разыграться решающие события. И я хочу быть к ним поближе.

Глава 19

Капитан отправился в отель, где ночевал Кривулин, а Гуров позвонил водителю Сергею Жилкину и попросил его подъехать, чтобы отвезти его на виллу.

– Сейчас буду, – пообещал водитель.

Действительно, прошло не больше пятнадцати минут, как машина Сергея остановилась у ворот санатория. Гуров сел рядом с ним, и они отправились в путь.

– Что, будете дальнейшие поиски у нас проводить? – поинтересовался водитель.

– Нет, искать у вас мне больше нечего, – ответил Гуров. – Все, что нужно, я уже нашел. Теперь пусть меня ищут.

– Что-то я вас не понимаю, – озадаченно произнес Жилкин. – Тогда зачем же вы едете?

– Хочу, чтобы убийца совсем голову потерял, – объяснил Лев, – и совершил ошибку.

– А почему он должен голову потерять?

– Потому что мы тебя отпустили и этим расстроили все его планы. Теперь он не знает, что нам известно наверняка, о чем мы только догадываемся, а чего не знаем совсем. А когда я приеду на виллу и останусь там ночевать, он испугается. Решит, что я обо всем догадался, а заодно подумает, что ему представился удобный случай.

– Случай для чего?

– Покончить разом со всеми проблемами.

– Это каким же образом?

– А ты сам подумай, – предложил Гуров. – Если все дело во мне – догадаюсь я о нем или не догадаюсь, и если я сегодня останусь ночевать на вилле – как он может покончить с проблемой?