Флинн - Грегори Макдональд

— Думаю, что да, — ответил Флинн.

— Послушайте, парень действительно страдает. Чувствует себя виновным в смерти сотни людей. Он верит, что и впрямь желал Липеру смерти. Мысль об этом колом стоит в его голове. Можете вы это понять?

— Понять я могу, — ответил Флинн. — Но я и не собирался записывать Факера в подозреваемые. Он — не убийца. Скорее убийцу надо искать среди тех, кто стоит за ним, его друзей и спонсоров.

Элф вскинул подбородок.

— Вы это о ком?

— О вас. И ваших друзьях.

— Что вы такое говорите?

— Я говорю о мафии, — ответил Флинн.

— О чем вы говорите? О мафии?

— Мафии, — кивнул Флинн.

— Господи! Всякий раз, когда речь заходит о спортивном поединке, обязательно упоминается мафия. Конечно, в Факера вкладывались деньги, и мы не всегда знали, откуда они берутся. То же самое происходит в торговле недвижимостью. В банковском деле. И в полиции тоже, Флинн.

— Полагаю, вы правы.

— Тогда о чем вы толкуете?

— Допустим, Липеру заплатили за то, чтобы он проиграл, а он понял, что выигрывает у вашего Факера, и ему это понравилось. А может, он просто не смог сдержать себя и выиграл…

— Ничего такого не было! — от переполнявшего его негодования коротышка даже стал выше ростом. — Ничего!

— Дело в том, — продолжал Флинн ровным голосом, — что Перси Липер, выиграв поединок, улетел домой первым же самолетом, через четыре часа после того, как уложил на пол своего соперника, и самолет этот взорвался.

— Ничего такого не было!

— Было, — вздохнул Флинн. — Самолет взорвался.

— Послушайте. Липер просто хотел побыстрее добраться до дома, пока фэны еще праздновали его победу. В аэропорту его встретили бы, как героя. Так всегда бывает. Поддержка болельщиков укрепляет моральный дух.

— Самолет взорвался.

— Ничего такого не было. Послушайте. Вы рехнулись? Большие парни так не играют. Послушайте, сколько можно потерять на таком поединке? Полмиллиона? Возможно. Миллион? В среднем весе таких денег нет. И вы думаете, что за полмиллиона большие парни будут взрывать самолет с сотней пассажиров на борту? Ерунда.

— Я незнаком с «большими парнями».

— Мелкая сошка? Возможно. Вроде одного здешнего фармацевта, который уже задолжал сотню штук. Раньше он всегда отдавал долги, поэтому ему дали поставить еще сотню на Факера. Но он проиграл.

— Фармацевт?

— Теперь он в отчаянии. Дядя или банкир денег не дает. Что вы скажете? Сумасшедший!

— Фамилия этого фармацевта, часом, не Флеминг?

— Не знаю. Слышал об этом в здешнем баре. Чики. Фамилии не помню. Вот он мог взорвать самолет. Убить сто человек? У больших парней хватит хладнокровия не идти на такое, Флинн. А вы как думаете? Вы же знаете, что не только в Америке есть мафия. Почему вы не думаете, что английская мафия заплатила нам за поражение?

— Заплатила?

— Да нет! Никто никому не платил. Поединок был честный. Когда речь заходит о звании чемпиона мира, Флинн, в такие игры не играют. Поверьте мне. Чересчур дорого. Слишком много глаз и ушей. Может подорвать всю систему. Послушайте, — он взял газету с кофейного столика, вновь бросил ее, — я признаю. Факер победил несколько боксеров классом повыше его. И что? Звание чемпиона он завоевал честно. А вот побить Липера он никак не мог. Все это знали, за исключением одного глупого фармацевта из Бостона. Вы думаете, большие парни этого не знали? Как бы не так. Возможно, все подстроено с самого начала. Вы меня понимаете? Признаю. Кто-то хотел, чтобы мой парень выглядел лучше, чем он есть на самом деле. На протяжении длительного времени. Но Липер классом повыше. Вот он ему и вмазал.

Коротышка упал в обитое дешевым дерматином кресло.

— Со смертью Липера кто становится чемпионом? — спросил Флинн.

— Никто. Будет организован новый поединок.

— Но смерть Липера возвращает вашего парня на вершину, не так ли?

— Похоже на то.

— Даже без чемпионского звания он сохраняет прежнюю позицию: чтобы стать чемпионом, надо его побить?

— Полагаю, что да.

— Только полагаете? Вы это знаете! Иначе не сидели бы в этом дерьмовом отеле и не нянчились со своим «ребеночком». Так?

Элф Уолбридж закинул руки за голову, посмотрел на Флинна.

— Знаете, Флинн, а вы смелый парень.

— Вполне вероятно, что кому-то не хотелось, чтобы титул чемпиона мира в среднем весе покинул Соединенные Штаты. Если прикинуть, какие тут открываются возможности, станет ясно, что речь идет о миллионах и миллионах долларов, а не о каких-то сотнях тысяч.

— Вы на ложном пути, Флинн. Послушайте меня: вы на ложном пути.

— Ой ли?

— Абсолютно на ложном. — Коротышка наклонился вперед. На лбу выступил пот. — А если нет, заверяю вас, мы с Факером ничего не знаем.

— Это понятно. Но у меня нет уверенности в том, что парень, который сидит сейчас в темной спальне, не думает о том же теми остатками мозга, что еще могут соображать.

— Говорю вам, причина его вины чисто психологическая.

— Позвоните мне, если один из вас захочет назвать мне какие-нибудь фамилии.

— Да, да, — покивал Элф Уолбридж. — Мы с вами свяжемся.

Глава 22

— Пока не очень, — Флинн говорил в микрофон телефонной трубки. — Есть интересные местные ниточки, но до настоящего прорыва дело не дошло.

На другом конце провода Джон Рой Придди, Б. Н. Зеро, молча ждал продолжения.

В кабинете Флинн развернулся на своем кресле к окну, положил ноги на батарею, оглядел залив.

— К примеру, английский актер, Дэрил Коновер, после первого спектакля со скандалом отказался играть в дорогостоящей постановке Гамлета, оставив продюсера Бейрда Хастингса один на один со стаей мяукающих котов, требующих ужина. Еще будучи Робертом Калленом Хастингсом, наш продюсер служил в армии Соединенных Штатов сапером, и что-нибудь взорвать для него пара пустяков. Нам также известно, что он купил динамит, чтобы убрать что-то лишнее из своего сада.

— Звучит неплохо, — ответил Б. Н. Зеро.

— Действительно, неплохо. Мы знаем, что он покупал динамит не для того, чтобы взорвать самолет, ни о какой преднамеренности речи нет, но в понедельник вечером, когда Коновер сделал ему ручкой, разорив полностью и окончательно, динамит у него мог быть. А пообщавшись с ним, я понял, что он — человек настроения.

— Надо бы копнуть глубже.

— Да. Мы постараемся узнать, где был Хастингс с одиннадцати тридцати до трех часов ночи с понедельника на вторник. Это просто.

— Ты еще не узнал?

— Есть Лига лишних людей, которая радостно взяла на себя ответственность за фейерверк в воздухе. Никто и пальцем о палец не ударил, чтобы найти их. Как я вам и говорил, я направил по их следу моих сыновей, Тодда и Рэнди. Пока они не дали о себе знать.

— Понятно.

— Есть еще один вариант. Как я вам говорил, этим рейсом улетел английский боксер, Перси Липер. Он только что выиграл звание чемпиона мира в среднем весе.

— А он тут при чем?

— Сейчас объясню. Ходит слух, что за его соперником, Факером Генри, экс-чемпионом, стоит мафия. Липер мог их обмануть, выиграть бой, получив деньги за проигрыш. Или они просто не хотели, чтобы эта сторона Атлантического океана лишилась титула чемпиона мира. В любом случае на текущий момент на вершине снова Факер. Именно его надо побить, чтобы стать чемпионом. А контроль над следующими матчами за этот титул может принести миллионы долларов, не говоря уже о незаконных прибылях, получаемых от тотализатора.

— Факер? Такое, значит, его настоящее прозвище?

— Да.

— В газетах пишут «Фокер».

— Я знаю.

— А у меня даже мысли такой не возникло.

— Газеты еще не печатают абсолютной правды. Хоть каких-то норм приличия они придерживаются.

— Я, правда, всегда задавался вопросом, а что означает «Фокер».

— Факер, — ответил Флинн.

— Что еще, Френк? Не уходи в сторону.

— Натан Баумберг. Вице-президент «Зефир эйруэйз». Шеф предполетной подготовки. Так или иначе связан с Лигой защиты евреев.

— Ух ты.

— Именно так. Однако, вроде бы тут концы с концами не сходятся. Мотив, возможность, средства у него были. Однако у нас еще нет доказательств того, что Баумберг знал, мог знать, что Рашин-аль-Хатид, министр иностранных дел Ифада, полетит этим рейсом, под чужим именем, с американским паспортом, закупив для Республики Ифад оружия на двести пятьдесят миллионов долларов.

— Разведка у ЛЗЕ не так уж хороша, Френк.

— Я думаю о том же.

— Более того, ЛЗЕ никогда не пойдет на такое. Убить более ста невинных людей…

— Согласен, не пойдет. Уверен, что не пойдет. Но вот некоторые ее члены, особенно бывшие, могут пойти. Беда таких групп в том, что руководство не может контролировать действия своих подчиненных. Особенно экс-подчиненных. Людей, которые вышли из ЛЗЕ, недовольные теми или иными действиями лиги.