Категории
Лучшие книги » Детективы и Триллеры » Крутой детектив » Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

15.03.2026 - 02:0200
Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович Библиотека книг бесплатно  – читать онлайн! | BibliotekaOnline.com18+
Описание Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович
Настоящим томом начинаем издание романов цикла  Николая Леонова Полковник Гуров Алексеем Макеевым, продолжившим работу над данным проектом. Приятного чтения, уважаемый читатель!                    
Читать онлайн Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
Перейти на страницу:

– Гони! – коротко сказал он. – Все последствия беру на себя.

Крячко нажал на газ и одновременно на клаксон. С тревожным воем они покатили вперед. Автомобилисты, не выдерживая психической атаки, прижимались к бордюрам. Черный мотоцикл петлял уже метрах в ста впереди них.

– Зуб даю, он сейчас направо свернет и будет уходить переулками, – сказал Крячко. – Послушай, Лева, а может, нам гонки не устраивать? У парня явно рыло в пуху. Дать его в розыск, и бог с ним, с его заслуженным папой и его драгоценным здоровьем… У нас тоже здоровье не железное.

– Может, ты и прав, – сказал Гуров. – Но все-таки давай попробуем. Если у него рыло действительно в пуху, то потом нам придется слишком долго его искать.

Мотоциклист перестроился в крайний правый ряд и нервно оглянулся через плечо.

– На маневр пошел, – сказал Крячко. – Что плохо, тут его нигде не объедешь, а он мобильнее, конечно.

«Харлей» прошмыгнул перед самым носом у каких-то «Жигулей» и скрылся за углом. Крячко, чертыхаясь сквозь зубы, вертел баранку, пробираясь среди потока транспорта.

– Что за тупоголовые водители! – ворчал он. – Неужели нельзя сообразить, что, если человек торопится, значит, на то есть причины?

Они свернули в переулок и поняли, что «Харлей» уходит от них. Он был уже у следующего перекрестка и вот-вот должен был исчезнуть из поля зрения. Но вдруг впереди произошло что-то непонятное.

Гуров и Крячко увидели, что тяжелый «Харлей» будто подпрыгнул, вильнул в сторону и врезался в столб у бордюра. Мотоциклист вылетел из седла и, совершив в воздухе непроизвольный кульбит, шлепнулся на тротуар и, прокатившись по нему до стены ближайшего дома, распластался, раскинув по сторонам руки. Мотоцикл с неприятным скрежетом вспахал асфальт, распугал нескольких прохожих и тоже остановился метрах в пятнадцати дальше. К упавшему со всех сторон побежали люди.

Крячко подъехал ближе, и они поняли, в чем было дело. На том самом месте, где перевернулся мотоцикл, собралась толпа, в центре которой оперативники обнаружили совершенно окаменевшую молодую женщину в белом обтягивающем платье. Лицо у нее было точно такого же белого цвета. Перед ней стояла детская коляска, в которой мирно посапывал младенец. Публика выражала женщине сочувствие и нелестно высказывалась о чокнутых байкерах. Высказывалось пожелание, чтобы все они как можно скорее переломали себе шеи.

Такая перспектива для парня с «Харлея» была сейчас вполне реальна, и Гуров всерьез был этим обеспокоен. Они с Крячко протолкались поближе к распростертому на тротуаре телу. Кадошкин не шевелился. Пластиковое забрало на его шлеме было пополам перерезано трещиной. Люди в толпе казались растерянными. Какая-то женщина повторяла, что нужно вызвать «Скорую».

– Звони «ноль-три», – сказал Гуров Крячко и присел рядом с парнем.

Он осторожно снял с его головы шлем и нашел пальцами артерию на шее. Она слабо пульсировала. Кадошкин был жив, но находился без сознания. Удар оказался слишком силен.

«На убийцу он, судя по всему, не тянет, – с облегчением подумал Гуров. – Тот бы не стал отворачивать, когда бы перед ним на мостовую выскочила мамаша с коляской. Совесть у парня на месте, только, похоже, не совсем чиста – иначе зачем бы он задал от нас такого стрекача?»

У Кадошкина было круглое, ничем не примечательное лицо, нос картошкой и коротко стриженные рыжеватые волосы. Когда он открыл глаза, оказалось, что они у него разного цвета – один карий, а другой зеленоватого оттенка. Увидев Гурова, Кадошкин непонимающе уставился на него и хрипло спросил:

– Вот черт, что это было?

– Все нормально, – сказал ему Гуров. – Просто ты слишком быстро ехал. Сейчас тебя отвезут в больницу и приведут в порядок. Главное, не волноваться и не делать резких движений. Похоже, у тебя сотрясение мозга.

– Башка гудит, – согласился Кадошкин, облизывая сухие губы, и тут же попытался встать. – Мне нужно… Тут…

Ноги не слушались его, и он с размаху опять сел на тротуар. Лицо исказилось гримасой боли.

– О твоем велосипеде позаботятся, – пообещал Гуров. – Кому позвонить, чтобы сказать, в какой ты больнице?

Кадошкин с ужасом посмотрел на него. Соображал он плохо и медленно подбирал слова.

– Зачем звонить? – сказал он. – Не надо… Я сам… Мне нужно идти…

– Куда тебе идти? – рассердился Гуров. – Ты на мотоцикле разбился. Если ты опять от нас бежать собрался, то это бессмысленно – мы уже здесь.

По лицу Кадошкина пробежала судорога.

– Вы… с той бабой… – убежденно пробормотал он и снова потерял сознание.

Глава 4

Одежде Владимир Николаевич Гладилин придавал особенное значение. «По одежке встречают, по ней же и провожают, – любил повторять он, цинично при этом улыбаясь. – Никого не волнует ваш ум и таланты. Вообще эти качества скорее вызывают в окружающих раздражение. Ни ума, ни таланта купить нельзя. Это недостижимая мечта, мираж. Люди любят успех. Успеха может добиться каждый. А первый признак успеха – хорошая одежда. Видя на вас отлично сшитый пиджак, люди понимают, что вам палец в рот не клади».

Сам он всегда был одет безукоризненно, стригся в первоклассной парикмахерской и пользовался настоящим английским одеколоном для истинных джентльменов. Из соображений престижа он счел нужным обзавестись новенькой «БМВ», хотя такое решение далось ему нелегко – Владимиру Николаевичу были больше по душе миниатюрные японские машины, недорогие и надежные. Но если бы он не пускал пыль в глаза, окружающие могли подумать, что его дела идут не слишком удачно. В столице на такие штуки у людей глаз наметан.

Владимир Николаевич занимался исцелением болезней. Это не имело ничего общего с вульгарным «лечением», которым занимались задерганные терапевты в тесных районных поликлиниках, и к изматывающим ночным бдениям в белоснежных операционных это тоже не имело никакого отношения. Откровенно говоря, Владимир Николаевич вообще не имел медицинского образования. В свое время он окончил филологический, благодаря чему при необходимости мог поддержать любой поверхностный разговор о прекрасном. На его клиентов – а ими являлись в основном женщины за тридцать – это производило неизгладимое впечатление.

Владимир Николаевич легко сходился с людьми, был стихийным, но тонким психологом и сумел раздобыть себе лицензию на осуществление нетрадиционной медицинской помощи. Расчет у него был простой – в нынешние тяжелые времена мало кто из граждан мог чувствовать себя по-настоящему здоровым и счастливым, а значит, почти каждый нуждался в помощи. К традиционной медицине в народе давно выработалось стойкое недоверие – следовательно, предлагать ему нужно было нечто нетрадиционное. И чем нетрадиционнее, тем лучше. Перебрав в уме разные варианты, Владимир Николаевич решил остановиться на квантовой терапии. Что это такое, он вряд ли мог объяснить даже самому себе, но звучало это солидно и научно, почти космически. Женщинам, от которых уходит молодость, только и остается надеяться на тайные космические силы. Если взяться за дело с умом, многие должны были клюнуть.

Так оно и вышло. Через два года у Владимира Николаевича уже был собственный центр, расположенный в помещении, где ранее размещался магазин скобяных изделий. Из торгового зала Владимир Николаевич сделал просторный холл с мягкой мебелью, расслабляющей музыкой и большим подсвеченным аквариумом, в котором плавали золотые рыбки. Подсобки он объединил в одну комнату и устроил из них лечебный кабинет, мрачновато-торжественный, с замысловатой аппаратурой, озонатором и замаскированными светильниками, источавшими приглушенный таинственный свет. Пациентов он усаживал в специальное стоматологическое кресло, выписанное из Голландии. Оно было удивительно удобным, многофункциональным и с виду напоминало космический корабль.

Со временем Владимир Николаевич сумел даже взять себе помощницу, ухоженную стильную женщину лет сорока пяти, обладавшую завораживающим убедительным голосом. До этого она работала преподавателем в школе и стойко сносила издевательства многих поколений учеников. В конце концов, заработав тяжелый невроз, она какими-то путями вышла на Гладилина, а тот сразу углядел в ней служительницу квантовой медицины. Теперь они оба не могли нарадоваться друг на друга. Кстати, и учительский невроз был побежден.

Перейти на страницу:
Комментарии