Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Из рассказа водителя получалось, что неизвестный, вооруженный автоматом, держит в заложниках одну из бухгалтеров в помещении бухгалтерии. Кто-то заперся со страху в своих кабинетах, кто-то успел выйти из здания, даже главный бухгалтер и кассир. Кстати, Ратманов неподалеку заперся в своем кабинете. Он по телефону сказал, что слышит в коридоре топот ног и злобные крики налетчика. Неужели бандит не один?

– Ну что? – Крячко подошел к Гурову. – Командуй, командир. Наш спецназ, как муху, его прихлопнет в два счета.

– Это да, – согласился Лев.

– Если только это бандит, террорист или что-то подобное. Если это не имеет отношения к нашим делам, лично к Ратманову.

– Вот видишь, Стас, – проворчал Гуров, рассматривая серое кирпичное здание, – ты тоже так подумал.

К нему подошел командир группы спецназа и передал клочок бумажки с номером телефона бухгалтерии, где, предположительно, находился бандит с заложницей.

– Дай я, – загорелся Крячко. – Я ему сейчас такую лапшу развешу по всем ушам.

– Надо переговорщика подождать, – с сомнением произнес Гуров. – Черт, и времени нет, в любой момент может случиться что угодно.

И действительно, внутри помещения на втором этаже вдруг отчетливо грохнули два одиночных выстрела. Даже сквозь двойные стеклопакеты окон стало слышно, как завизжали женщины. Гуров выругался, вытащил телефон и набрал номер Ратманова:

– Глеб, что там происходит?

– Где вас носит? – высоким голосом отозвался тот. – Он бешеный какой-то. Бегает по коридорам, орет… Теперь вот стреляет. Ждете, когда он всех тут поубивает?..

И тут в телефонной трубке раздался грохот и треск. Ратманов что-то закричал, но сильный стук заставил Гурова отвести свой аппарат от уха. Потом скрежет, и хриплый голос заорал:

– Вы, там! Где ключи от сейфа? Даю минуту… Или вы мне сейф откроете, или я тут все покрошу к…

Гуров поморщился от такого напора и объема матерных слов, который выплеснулся вместе с требованием открыть непонятный сейф. Непонятый? Может, все просто? Может, его интересует сейф кассира? И что там случилось с Ратмановым? Он так вскрикнул…

Назвался груздем… Гуров скрипнул зубами. Назвался руководителем операции, принимай решение. Как иногда тяжело принимать решение! Невыносимо тяжело. Вы когда-нибудь видели трупы? Нет, не просто трупы, а именно уложенные в аккуратный ряд у стены, накрытые простынями, одеялами, куртками. Накрытые всем, что подвернулось под руку. И кровь, стекающая к твоим ногам от этих трупов. А ты стоишь и успокаиваешь себя, что сделал все, что мог, что ты вообще молодец, потому что трупов могло быть значительно больше.

Виденная не раз картина снова всплыла перед глазами. Нет, полковнику Гурову не приходилось принимать решений, в результате которых случались жертвы, но он много раз видел результаты таких решений. Кажется, сейчас настал и его черед.

– Что ты орешь, как больной слон? – рявкнул Лев в ответ. – Будут тебе ключи. Хоть прямо сейчас…

Решение пришло в голову неожиданно. Просто сыщик увидел, как одна из женщин стащила с головы парик и стала прятать его в сумку, не до красоты в такой ситуации. Но это ведь решение! А Вадик Борисов хороший артист, когда надо…

Через пять минут Вадик, в своих джинсах и кроссовках и в женской летней куртке, появился перед зданием конторы карьера, благо нашлась среди дам та, что носила пятидесятый размер. Парик формы «Блэр» темно-каштанового цвета прятал уши и сильную шею оперативника. Он старательно опускал лицо, хотя это и было излишним. У парня были правильные черты лица, подведенные брови и ресницы, яркая помада на губах не добавляла ему мужества, зато превращала Вадика в довольно симпатичную девушку. Хотя за пару минут любому идиоту станет ясно, что он не женщина и даже не трансвестит. Но этого времени должно хватить на то, чтобы обезвредить преступника.

Парик скрывал и еще одну тайну Вадика Борисова. Коммуникатор на его голове. Микрофон торчал справа возле уголка рта, поэтому Вадик чуть склонял голову, чтобы микрофон не бросался в глаза.

– Что там? – спросил Гуров из-за машины, когда Вадик преодолел половину пути до здания.

– В окнах второго этажа вижу три женских лица… Все явно напуганы. Не пойму, есть ли за ними еще кто-то. Не исключено, что в каком-то окне за спиной женщины бандит. Не дергайтесь.

Старательно изображая женскую походку, Вадик шел к главному входу. Тишина во дворе возле здания стояла почти как на кладбище. В руках оперативник держал не просто связку ключей. Гуров настоял, чтобы кассир бухгалтерии отдала настоящие ключи от сейфа, в котором были деньги. Если что-то не получится у Борисова, если преступник или преступники не смогут открыть сейф, они могут в состоянии злобы начать убивать заложников. Пусть лучше откроется сейф, пусть они возьмут деньги. Все равно им далеко не уйти.

– Я иду, – стараясь говорить негромко и высоким голосом, повторял Борисов, – не стреляйте, дяденька. Я уже по лестнице поднимаюсь…

Эту игру придумал Крячко. Он посоветовал изображать крайне взволнованную, испуганную молодую женщину, которая не столько пытается предупредить преступника о своем приближении, сколько успокоить саму себя своим же голосом. Многие люди, когда им страшно, просто не могут молчать, и это вполне естественная реакция.

Был и второй важный плюс. Гуров слышал голос Борисова в коммуникаторе и знал, где сейчас тот идет, какова обстановка вокруг.

– Эй, мужчина! – фальцетом крикнул уже в здании Вадик. – Я иду с ключами, вы не стреляйте… пожалуйста… Я и так боюсь… Я поднимаюсь по лестнице!

Молодец, думал Гуров, только переигрывает. Заподозрит бандит игру и даст одну-единственную очередь… Авантюра! Нет, не авантюра! У нас Ратманов чуть ли не узловая фигура в двух делах. Не факт, что Курвихина убили не из-за дел Ратманова, не из-за его отца, не факт, что те, кто выкрал у него документы, не пойдут дальше, чтобы добить Ратманова. Все правильно, надо торопиться. Надо брать живым, обязательно живым этого бандита или псевдобандита. И надо, чтобы не пострадал Ратманов. Спешить надо.

– Вот ты где, – раздался в коммуникаторе голос Вадика, – а я тебя ищу, ищу. Меня с ключами послали. Я кассир… ша. Мне к тебе идти, по коридору?

Молодец, Вадик! Гуров мысленно аж расплылся в улыбке. Ясно, что Борисов в начале коридора у лестницы, а бандит дальше. И не в какой-то комнате, а именно в коридоре, раз Вадик произнес эту заранее оговоренную уточняющую фразу.

– Вперед! – махнул он рукой командиру омоновцев.

Спецназовцы, стоявшие в одной линии, прижавшись к ограждению территории справа, бросились гуськом в сторону здания. Десять человек в касках и бронежилетах, прикрывающихся щитом из титанового сплава в руках направляющего. Сейчас они находились в менее видимой зоне и вполне успевали пересечь двор и оказаться в «мертвой» зоне относительно смотрящих со второго этажа.

– Да стою, стою, – проворчал почти девичьим фальцетом Вадик. – Вот они, твои ключи… Чего? Стою. Не двигаюсь.

Гуров снова махнул рукой. Ясно, что преступник идет по коридору к лестнице. Значит, по крайней мере, две комнаты в противоположной части коридора могут быть свободными. И еще он очень надеялся, что преступник в самом деле один. Четверо спецназовцев замерли у главного входа, прислушиваясь к звукам, доносившимся сверху. Еще четверо разбежались с длинным гибким шестом и дали возможность своему товарищу буквально взбежать по стене на второй этаж. Через секунду боец скрылся в окне. Еще двое бойцов контролировали ситуацию под окнами на случай выпрыгивания бандитов через окна или для помощи заложникам, если те начнут в панике покидать здание.

Снаружи никто не только не видел, но даже по звукам голосов и шуму не понял, что там произошло. И только Вадик Борисов потом, прижимая окровавленный тампон к голове, морщившись и посмеиваясь, рассказывал о событиях на втором этаже. Посмеивался и бодро рассказывал он большей частью для Леночки, медсестры «Скорой помощи», и для ее бездонных серых глаз.