Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– И что? – снова с подозрением посмотрел на него начальник.

– И теперь я хочу, чтобы вы дали мне возможность взять несколько интервью у жертв развода и написать серию статей на эту злободневную тему.

– А смысл?

– Э-э-э, хороший вопрос, – замялся Викентий. – Ну, во‐первых, если первая статья была столь резонансной, что привлекла к нам дополнительный читательский потенциал, то представляете, сколько людей зайдет, чтобы прочесть другие подобные истории?

– Ты хотел сказать, сколько женщин зайдет на сайт нашей газеты? – вопросительно посмотрел на него главред.

– А какая разница? – выпрямил спину Викентий. – Нам ведь главное – собрать аудиторию. За женщинами, глядишь, и мужчины заинтересуются газетой.

– А во‐вторых? – не унимался главный редактор.

– Что «во-вторых»? – сделал наивное лицо Викентий.

– Ну, ты сказал «во-первых», имея в виду пополнение аудитории газеты. А что во‐вторых?

– А во‐вторых…

Викентий задумался, судорожно соображая, что бы такое веское сказать главреду, чтобы тот ему поверил. Не будет же он, Викентий Соловьев, говорить, что все эти статьи должны привлечь к нему, Викентию, внимание столичных изданий, как к перспективному журналисту. Быть спецкором в Иванове – это конечно, неплохо, но быть журналистом в столице – это совсем другой уровень.

– А во‐вторых, Михаил Петрович, мы сможем добавить в нашу газету раздел криминальной хроники, – брякнул первое, что пришло на ум, Викентий.

– Он уже у нас есть, – усмехнулся шеф. – Теплинская ее редактор.

– Да? – сделал удивленно-озадаченное лицо Викентий. Он почесал небритую щеку и согласился: – Ну да, он у нас уже есть. Это я запамятовал. Так что, Михаил Петрович, вы разрешаете мне заняться расследованием некоторых эпизодов развода? Обещаю, статьи будут не просто бомбой, а водородной бомбой.

– Ну и выражения у тебя, Соловьев, – проворчал главред и, немного подумав, добавил: – На расследование нужны дотации и выделение денег. Ты ведь, как я понял, собираешься встретиться с дамами вживую.

– Желательно… – осторожно заметил Викентий.

– Нет, не желательно. У меня все расходы на квартал вперед расписаны, – нахмурился шеф. – А никак нельзя взять интервью по интернету? У нас ведь все-таки сетевое издание. Возможностей море.

– Можно и по интернету, конечно, связаться, – скис Викентий. – Но эффект будет не тот.

– Почему это не тот? Свои фотографии эти дамочки все равно не позволят вставлять в статью, так к чему все лишние телодвижения и передвижения? Задал вопросы, записал ответы, написал статью, и все сидя на месте. Слава техническому прогрессу, – усмехнулся главред.

– Вы ведь прекрасно знаете, Михаил Петрович, что у всякой женщины своя психология. Не все возьмут и вот так запросто откроются неизвестно кому. А при личной встрече мое обаяние и мое умение общаться с женщинами разных возрастов сделают их открытыми для диалогов, – терпеливо стал объяснять свою точку зрения начальнику Викентий. – Домашняя обстановка или тихое кафе, интимное откровение – все это раскроет в женщине ее сущность. Писать мертвые статьи может и наш Паша Петров. Вон сколько наклепал, а кто их читает? А вот такие, чтобы задели за живое, чтобы ими прониклись и они нашли отклик в душе аудитории… К таким статьям нужен особый подход. Живое, так сказать, общение с героями историй.

Викентий говорил бы еще долго, но шеф стукнул ладонью по столу и прервал его эпитеты.

– Я все понял. И вот мое тебе решение – даю добро на журналистское расследование, но только в пределах нашего города… – Он немного подумал и добавил: – Ну еще можешь в пару соседних областей смотаться. Но не более двух раз. Понял? И за свой счет. Потом предоставишь мне калькуляцию о затратах, и я половину твоей командировки оплачу. Деньги получишь в виде премиальных за статьи. Договорились?

– Ага, договорились, шеф. – Викентий вскочил со стула и радостно протянул главреду руку на прощание. – Спасибо, Михаил Петрович, за доверие. Все сделаю в лучшем виде.

Викентий выбежал из кабинета возбужденный и весьма довольный тем, как прошла его встреча с начальством. Он был рад и такому, довольно скудному финансовому предложению шефа. Вообще-то Вик еще первоначально не надеялся на какую бы то ни было компенсацию своих затрат на расследование. И даже готов был взять отпуск за свой счет, если бы главред не разрешил ему заняться изысканиями официально. Но теперь он просто как на крыльях спускался по лестнице и был счастлив, что наконец-то имеет возможность написать что-то свое, свежее, остроактуальное и, конечно же, гениальное. Что обязательно будут перепечатывать другие издания, ссылаясь на его, Викентия Соловьева, статью. А значит, и на него самого.

И тогда, когда его, как популярного журналиста, заметят ведущие издания России, тогда-то он, Викентий Соловьев… Впрочем, о том, что будет потом, Вик пока предпочитал не задумываться. Чтобы, значит, не сглазить, как учили его когда-то мама и бабушка.

3

С первого дня своей работы в сетевой газете «Есть инфоповод» Викентий мечтал провести собственное журналистское расследование. Но прошло уже целых семь лет, а ему все никак не подворачивался удобный случай. Вначале ему, как молодому и начинающему корреспонденту, давали совсем простые (как он их сам для себя определял) задания. Затем, когда он обозначил себя как хороший и читаемый медиаавтор, редактор стала давать ему целые полосы в колонке, и Вик заслужил право выбирать темы для своих статей. Но едва он пробовал заикаться непосредственной начальнице о серьезных и актуальных вещах, его били по макушке. Причем и в прямом, и в переносном смысле.

– Вик, эта тема никому не будет интересна, – резюмировала редакторша, и разговор на этом считался законченным.

У начальницы Викентия вообще было странное представление о том, что такое журналистское расследование. Однажды она вызвала его к себе и сказала торжественным голосом:

– Вик, ты давно хочешь что-нибудь расследовать. Я нашла для тебя отличную тему.

Вик поначалу затаил дыхание и приготовился излить на начальницу восхищение и кучу благодарностей, но когда услышал, о чем идет речь, – сник. Его задание заключалось в том, чтобы на основании опроса женской половины города Иваново написать статью, в которой бы говорилось, почему одни женщины предпочитают заводить в качестве домашних любимцев собачек, а другие – кошечек. Похоже, что редакторше было совершенно невдомек, чем обычный сбор статистики по тому или иному вопросу отличается от настоящего журналистского расследования.

Статью Викентий написал, но больше к редакторше с просьбой дать серьезное задание не подходил. Теперь же, когда ему так удачно подвернулся случай провести настоящее расследование, он решил вообще ничего не говорить своей начальнице, а сразу же прорваться со своей идеей фикс к главреду. А получив добро, с энтузиазмом принялся за осуществление задуманного.

В теории Викентий Соловьев знал, что в журналистском расследовании, как и во всяком другом расследовании, для начала нужно систематизировать всю имеющуюся в наличии информацию, а потом из потока этой информации выделить главное и продолжать раскручивать «главное», пока не выйдешь на виновника всех бед. Ведь именно ради этого – ради выявления и последующего наказания преступления (не важно какого – бытового, экономического, политического или уголовного) – и затевались всегда такие расследования. Викентию нравилась мысль, что из просто корреспондента он, пускай даже на короткое время, переквалифицируется в этакого Шерлока Холмса, в частного детектива, задачей которого будет восстановление справедливости.

Викентий никогда не увлекался детективами, но в детстве, как и многие мальчишки, читал и о Пинкертоне, и о Ниро Вульфе, и о Пуаро, поэтому знал, что именно сбор информации и последующая его обработка должны стоять во главе всякого расследования. А информации по делу брачных афер у Викентия накопилось довольно много. Писем от обманутых дам к нему на почту пришло более полусотни. Из них в двух десятках были описаны случаи обмана не через интернет, а, так сказать, вживую.