Возвращение Матарезе - Роберт Ладлэм

Сказать, что два поместья в Бахрейне имеют запутанную историю смены владельцев, было бы большим преуменьшением. Добытые Консидайном данные были фамилиями поверенных и названиями различных международных компаний и конгломератов; не был назван ни один конкретный человек, которому принадлежали бы эти виллы. Даже готовые помочь ближневосточные адвокаты не смогли разобраться в этом хитросплетении. Договоры о продаже пересылались по электронной почте, таким же путем возвращался ответ, подтверждения оплаты отправлялись инкогнито из таких разных мест, как Мадрид, Лондон, Лиссабон и Бонн. Деньги попадали к продавцу, и никто не задавал никаких вопросов.

Однако было во всем этом одно из ряда вон выходящее исключение: бахрейнский адвокат, заключавший сделку, получил лишний миллион американских долларов сверх указанной стоимости. В распоряжение на перевод денег закрался один дополнительный нолик. Бахрейнский адвокат, памятуя о строгих законах своей страны, карающих мошенничество, прилежно доложил об ошибке властям, а также покупателю, которым оказалась никому не известная финансовая компания из Амстердама.

Амстердам.

Щуплый лысеющий мужчина, сидевший в центре обработки информации Центрального разведывательного управления, поднялся из-за стола и потер пальцами виски. Шатаясь, он подошел к соседнему столу.

– Слушай, Джексон, – обратился он к своему коллеге, – у меня опять страшно разболелась голова. Господи, я больше не в силах терпеть!

– Сходи в комнату отдыха, Бобби. Я переключу твою машину на себя и прикрою тебя. Знаешь, тебе надо бы обратиться к врачу.

– Да обращался. Он сказал, это следствие стресса.

– Так уходи отсюда. Ты сможешь найти себе место получше.

– Мне здесь нравится.

– Чушь какая! Ладно, иди. Я тебя прикрою.

Покинув центр, Бобби Линдстрем не пошел в комнату отдыха, а вместо этого направился к телефонам-автоматам, установленным вдоль стены. Вставив в щель одну за другой четыре четвертьдолларовых монетки, он набрал семь нулей. В трубке послышались гудки, после пятого Бобби набрал еще восемь нулей и стал ждать.

– Включается запись, – произнес металлический голос. – Говорите.

– Докладывает Орел. Расшифровал разговоры заместителя директора Шилдса. Цели находятся в Северной Каролине, в поселке Соколиное Гнездо. Передайте сообщение в Марсель. Конец связи.

Стояла ночь, непроницаемый мрак; свет луны терялся в густом тумане, затянувшем склоны гор. На дороге, поднимающейся к въездным воротам в Соколиное Гнездо, показалось яркое пятно, которое по мере приближения превратилось в сдвоенный свет фар. Наконец машина остановилась перед шлагбаумом, которым была перегорожена идущая через лес дорога. Только теперь стало видно, что это коричневый седан с двумя военными флажками над капотом. Флажки сообщали, что в машине находится генерал, генерал-лейтенант с двумя звездочками на погонах.

Из будки вышел часовой. Заглянув в салон, он увидел внутри четверых в форме: за рулем майор, рядом с ним генерал, и два капитана сзади.

– Генерал Лоренс Суинборн, приятель, – представился генерал, протягивая документы через водителя в открытое окно. – Вот разрешение от ЦРУ и Министерства обороны.

– Прошу прощения, сэр, – ответил сержант отряда «Гамма», – все необходимые документы должны поступать к нам не позднее чем за двенадцать часов до прибытия гостей. Ничем не могу вам помочь. Вы должны возвращаться назад. Можете развернуться вон в том «кармане».

– Жаль, сержант, – ответил генерал.

Чуть склонив голову влево, он кивнул. По этому сигналу капитан, сидевший слева сзади, поднял пистолет с глушителем и выстрелил часовому в лоб. Увидев, как его товарищ упал, второй часовой выбежал из будки, но был тотчас же сражен наповал двумя пулями, выпущенными тем же капитаном, которые также попали ему в лоб. Оба погибших не успели издать ни звука.

– Выходите, – приказал генерал. – Оттащите трупы в заросли и поднимите шлагбаум.

– Слушаюсь, сэр!

– Майор, погаси фары.

– Будет исполнено! «Лоренс» – красивое имя.

– Надеюсь, тебе не придется его запоминать.

В темноте поднялся стальной шлагбаум; капитаны вернулись в машину, и коричневый седан медленно тронулся вперед. В затянутом туманом мраке показался третий часовой, который изумился, увидев приближающуюся машину.

– Это еще что за чертовщина? – строго спросил он. – Вы кто такие?

– Комиссия из Пентагона, солдат, проверяем меры безопасности, – ответил генерал. – Надеюсь, флажки ты можешь рассмотреть.

– Я в такой темноте ни хрена не могу рассмотреть, но это не важно. В инструкции не сказано ни про какие проверки.

– Капрал, у нас есть все необходимые разрешения, мы въехали сюда, а я – генерал Лоренс Суинборн.

– Генерал или нет, сэр, но наша инструкция требует открывать огонь по всем транспортным средствам, о которых мы не были заранее предупреждены.

– Вероятно, солдат, ты сегодня пропустил мимо ушей то, что было на вечернем разводе. Так, а теперь выкладывай, где прячутся остальные? Я не хочу, чтобы меня останавливали через каждые тридцать шагов.

Мускулистый, широкоплечий капрал отряда «Гамма» подозрительно оглядел машину и ее пассажиров и медленно попятился назад. Его правая рука легла на кобуру, расстегивая ее, левая достала из кармана куртки рацию. Вдруг капрал увидел, как стекло в задней двери опустилось, и за ним показался пистолет.

– Не ваше дело, мистер! – Отскочив влево, часовой упал на землю и покатился в сторону в окружении фонтанчиков земли, поднимаемых пулями. Исхитрившись включить рацию, он закричал: – Сектор три, незаконное проникновение автотранспорта! Неизвестные открыли огонь!

– Переходим к плану Б! – распорядился человек, который назвал себя генералом Суинборном.

Все четверо террористов выскочили из машины влево от дороги и начали раздеваться. Капрал, раненный в ногу, отполз в заросли и открыл ответный огонь. Используя седан в качестве прикрытия, террористы сняли армейские мундиры, под которыми оказалась камуфляжная форма, в точности такая же, в какую были одеты бойцы отряда «Гамма».

– Рассыпаться! – приказал лжегенерал. – Объект находится в первом строении справа, ярдах в двухстах дальше по дороге. Продвигаемся лесом, встречаемся на месте.

Последовал кровавый хаос, порожденный смятением. Лучи мощных прожекторов вспороли распластавшийся вдоль земли туман. Камуфляжная форма оказалась чем-то вроде опознавательных знаков, и часовые опускали оружие, увидев «своих». Тем, кто так поступал, приходилось расплачиваться кровью за свою ошибку.

При первых звуках отрывистой перестрелки, характерной для действий партизанских групп, Скофилд погасил весь свет и приказал Антонии и Фрэнку Шилдсу оставаться в темной комнате. Достав из шкафчика два пистолета-пулемета «МАС-10», он протянул их жене и заместителю директора ЦРУ, приказав без предупреждения открывать ураганный огонь по каждому, кто появится в дверях или за окном.

– А ты сам куда, Брэй? – спросила Тони.

– Собираюсь заняться тем, что получается у меня неплохо, старушка, – ответил Скофилд.

Натянув свой комбинезон армейского образца, он прихватил «кольт» 45-го калибра с шестью запасными обоймами и прошел на кухню. Выскользнув на улицу через дверь черного входа, он побежал к лесу. Чутье подсказывало ему, что скорее всего неизвестные убийцы пришли за ним. Скофилд начал осторожно пробираться сквозь заросли – разъяренная пантера, защищающая свое логово. Прошло немного времени, и его конечности стали протестующе ныть; костям, мышцам и легким уже недоставало той силы, какая у них была двадцать пять лет назад. Но зрение оставалось приличным, и слух по-прежнему сохранял былую остроту, а сейчас главным был именно слух.

И вот он услышал! Треск сухой ветки под тяжестью ноги. Затем шорох опавшей листвы, сдвинутой ботинком. Беовульф Агата отступил в кустарник, скрываясь в густых зарослях. То, что он увидел сквозь листву, не только озадачило его, но и привело в ярость. Трое, одетые в камуфляжные куртки отряда «Гамма», береты, брюки с накладными карманами и высокие ботинки, совершили непростительную ошибку. Волосы у всех троих были короткие, но не «ежик», излюбленная прическа бойцов подразделений специального назначения. Торчащие из-под беретов пряди закрывали затылки, что было неслыханно для часовых, охранявших Соколиное Гнездо. Бойцы отряда «Гамма» стригли волосы практически наголо, особенно на затылке, ибо именно там в жару и при физических нагрузках в первую очередь образуется пот. Незначительная мелочь, тем не менее отвлекающая внимание, чего не могли позволить себе те, кто нес службу в Соколином Гнезде.

Из леса появился четвертый – судя по всему, это было условленное место встречи.

– Крикнув: «Веду преследование», я отправил наших бойскаутов в сектор семь, – негромко рассмеявшись, сказал лже-командир «Гаммы». – Это самая удаленная часть поселка. Наши объекты находятся вот в этом здании… Убить всех! Пошли!