Путешественник Книга 1 - Олег Ефремов

ситуацию. Парни кряхтели и матерились, пару раз даже роняли самых тяжелых. Девчонки тащили девчонок, их было в разы меньше парней. После чего похитители зажгли свечи и накинули плащи с капюшонами. Вероятно, для антуража, или чтобы мы не видели лиц. Одна из девчонок обладала целительской магией, быстро приводила в чувства засонь. Мы спросонья таращились во все стороны, не совсем понимая, где сейчас оказались.

— Ну, что перваки, пришло время для посвящения. Все должны пройти испытания по старой традиции. Кто попробует отказаться, тот не сможет дальше учиться, — а вот это предложение мне показалось заманчивым, оно явно могло сократить мое время учебы. Я поднял руку, дабы задать свой вопрос.

— Если я не захочу проходить испытание, то меня завтра отчислят? — а что, мне нужны были гарантии, вот и спросил.

— Какой наивный. Нет, но житья дальше не будет, станешь целью номер один для издевок, — надежда умерла в зародыше, так и не окрепнув.

— Испытание пройдет в три этапа. Для начала вам нужно припомнить стрёмную ситуацию про любого здесь находящегося и поведать ее в нашем узком кругу. Про второй и третий этап узнаете позже. Время пошло, до утра никто отсюда не выйдет, — Орлов посмотрел на часы, потом на ребят, переводивших взгляды друг на друга. Судя по тому, как многие на мне притормаживали, догадался, что сегодня стану примой нон-гранд. Тяжело вздохнул, приготовившись слушать. Первым вызвался Серега Ефимовский.

— В нашей группе есть один недомаг, которого папочка пристроил по блату. Оболенский во всем прогибается под волю отца, видно, он его часто лупит ремнем, — сука, это был удар ниже пояса. Вот только отец меня не порол, перекладывал обязанность на учителя. Откуда Ефимовский мог знать про мои отношения с отцом? Как есть, напридумывал. Хотя, если рассуждать с точки зрения психологии, каждый в другом видит именно то, что есть у него самого. Значит, Сереге несладко живется.

— Оболенский у нас еще девственник, шарахается от баб, словно от прокаженных. А сам дрочит по ночам в сладких грезах, мечтая о той, кто ему даст, — ну, это была наглая ложь, я давно не был девственником с толпой пассий, проникающих в мою комнату. А вот про свечку, которую Петр Татищев не держал надо мной, он все выдумал. Женщин обхожу стороной не оттого, что боюсь, просто жизни хочу спокойной.

— Представьте, Оболенский возомнил сегодня себя целым царем зверей, подкатывал яйца к одной из девушек. Чуть за это не набил ему морду, — вспомнил разговор в столовой Максимилиан, посмотрев в сторону Лопухиной.

— Могу открыть страшную тайну. Оболенский в меня давно влюблен, но боится признаться, — вот и Верка Сердючка выдала свои фантазии за правду. Она вообще не в моем вкусе, таких стерв я на дух не переношу, старясь близко не приближаться. Лишь сегодня стечение обстоятельств столкнуло нас дважды.

Многие прошлись по мне всеми правдами и неправдами, почувствовав во мне козла отпущения. Я молча слушал и наматывал на ус предположения моих однокурсников.

У одного я постоянно списываю, хотя сидим на разных рядах. У другого, денег прошу в долг, так как отец меня обделяет в финансах. Еще с трех девчонок не свожу своих глаз во время уроков и даже провожаю до корпуса. Одной предложил недавно встречаться, но мне отказали. Много нового узнал про себя, внутри закипая от гнева. Не все выбрали жертвой бедного Оболенского, возможно, у них просто не хватило фантазии. Я вел скрытный образ жизни, поэтому какой-либо достоверной информации не было. Когда очередь дошла до меня, я демонстративно отказался от участия в испытании. Наказание для меня было нестрашным, издевок я не боюсь, даже привык за первый триместр.

Старшекурсники смотрели на меня с жалостью, видно было, что не такого результата они ожидали. Потом посовещались между собой, постоянно косясь в мою сторону.

— Мы тут посоветовались и решили, что каждому клички придумает тот, на кого и наговорили. Это будет по справедливости. А Оболенский, который бегает от таких красоток, явно какой-то ненормальный. Пусть будет Психом. Так, с него и начнем. Дадим шанс отомстить за свое унижение, — устроил себе фейспалм, не ожидая такой подставы от старшекурсников. Теперь меня ждут не только издевки, но и объявят войну практически полным курсом. Но в душе мне идея понравилась, отказываться от задачи не стал.

Начал я по порядку с графа Ефимовского, внимательно на него посмотрев. Он отвел глаза в сторону, сжал кулаки, скрипнув зубами. Не раз замечал, что он часто вжимает голову в плечи, когда кто-то рядом махает руками. Значит, про ремень и отца придумал не зря, порет его папашка за шалости. — Пусть будет Шалун, — увидел, как тот содрогнулся.

У Петра Татищева вечный спермотоксикоз. Он раздевает глазами каждую особь женского пола, вот и придумал про ночные влажные грезы. — Пусть будет Драчун, — через «а», он еще и неплохо дерется. Увидел, как офигел парень и покраснел.

Трубецкой что-то говорил про царя зверей и подкатывания яиц к Лопухиной, тут нужно подумать. У него болезненно задрано ЧСВ, сразу видно, что старшие братья отбирали игрушки. — Пусть будет Вожак, — но не стал добавлять какой стаи, думаю, теперь он и сам обо всем догадается. Ведь львы не тявкают на других, в отличие от шакалов.

Лопухина наврала обо мне из-за того, что боялась собственного разоблачения. Ей почти удается не смотреть в сторону графа Орлова. — Пусть будет просто Ворона, — она девочка высокого полета. Может и до Орла долетит. А если не удастся, то у нее всегда есть способ получить желаемое благодаря своей магии.

Тому, кто обвинил меня в списывании, дал кличку — Фантазер. У кого просил якобы денег взаймы — Бухгалтер, любит он считать чужие деньги. Трем девчонкам из моего цветника — Ромашка, Фиалка и Незабудка, последней я даже предложил встречаться. Просто такого не помню, а значит, она обладает провалами в памяти, Незабудка ей подойдет. Сейчас все на меня смотрели обиженно, словно не они первыми начали. Догадался, этого мне не простят, пора подумать о смене двери в мою комнату. Завтра закажу металлическую, чтобы ночью не придушили в страстных объятьях гнева. У меня с детства пунктик по этому поводу, потому что отец игнорировал мои просьбы сменить хотя бы замок.

Когда все клички были розданы, старшекурсники вытащили огромную бутыль с крепкой бурдой и стаканы. Теперь предстояло выпить всем тем,