Смерть по любви - Владимир Григорьевич Колычев

- Я хотела бы поговорить о вашем заявлении в полицию, - сказала она, с ходу отсекая все романтические поползновения, которые могли бы у него возникнуть.

Игривая улыбка мигом сошла с губ этого человека.

- Я должен его забрать? - спросил мужчина и настороженно посмотрел на нее.

- Зачем забрать? - не поняла Ксения.

- Вы кто?

- Мой сын проходит по делу об убийстве девушки, которая пропала в один день с вашей женой, из того же самого дома.

- Марк Худояров - ваш сын?

- А Марк причастен к убийству вашей жены?

- К убийству?! - Пухов вытянулся в лице.

- Насчет вашей жены не знаю. Мне известно только то, что он убил девушку моего сына. Марк Худояров - не мой сын.

- Проходите.

Мужчина открыл дверь широко, но в дом Ксению впустил неохотно. Он выглянул на лестничную площадку, поглядел, не привела ли она с собой еще кого-то.

- Вас что-то пугает? - спросила она, оглядываясь.

Квартира новая, ремонт неважный, но завершенный, мебели мало.

- Вовсе нет, - ответил Пухлов и провел Ксению на кухню.

Там у него закипал чайник, на разделочной доске лежали свежий нарезной батон и колечко краковской колбасы. Похоже, Пухлов как раз собирался ужинать, когда появилась Ксения. Он даже переодеться не успел, а чайник уже включил.

- Супруга ваша так и не объявилась? - спросила Ксения, зная ответ.

- Беспорядок у нас, да?

- Насколько я знаю, Валентина тоже работала?

- Как правило, до обеда. Но могла и задержаться. - Голос Пухлова едва заметно дрогнул.

Как будто он знал, почему могла задержаться Валентина. Ксении было известно, у какого подонка она работала.

- На этот раз она слишком задержалась, - сказала она.

- Вы что-то говорили про сына. - Пухлов достал из шкафа две чашки, потянулся к чайнику.

- Марк совратил девушку моего сына и задушил ее в своем доме. В бассейне. Ваша супруга могла стать свидетелем этого убийства.

- Вы это знаете или таково ваше предположение? - осведомился Пухлов, взял нож, занялся колбасой и батоном.

- Я знаю, что свидетелем убийства стал садовник Худоярова. Он тоже бесследно исчез. А вы что знаете?

- Ай! - От волнения у мужчины дрогнула рука, он порезал палец, сунул его в рот, облизнул.

- Вы должны понимать, что исчезновение вашей жены как-то связано с Худояровым, - сказала Ксения.

- Откуда я знаю, что она стала свидетелем убийства? - нервно спросил Пухлов.

- Почему она не вернулась с работы, не знаете?

- Почему не вернулась с работы? Полиция проводила проверку, просматривала видеозапись. Четырнадцатого июня Валентина отправилась домой в три часа дня. Это все. После этого ее никто не видел.

- Четырнадцатого июня погибла и Наташа.

- Если Валентина была свидетелем убийства, то ее отпустили.

- Но ее могли убить уже потом. По дороге домой.

- Ну да, могли. - Пухлов приложил ко лбу ладонь, потер над переносицей, как будто сдерживал слезы.

- Да и запись могли подделать, - вслух подумала Ксения.

- Как?

- Ну, может, она тринадцатого выезжала, а сделали, что четырнадцатого.

- Монтаж легко выявляется.

- Да, он легко выявляется теми, кто в этом заинтересован. А полиция на стороне Худоярова. Вы знаете, кто у него папа?

- Да знаю. Мне говорили.

- Кто?

- Ну, то, что папа у него большая лапа, я знал давно. А то, что Марка нельзя трогать… Подходили какие-то ребята, угрожали мне. Только не подумайте, что я их боюсь! - Последнюю фразу Пухлов пытался проговорить бодро, но ему не хватило уверенности в себе.

- Я тоже ничего не боюсь. Ради сына я готова на все!

Ксения поверила себе. Мать действительно готова была рискнуть собой, чтобы спасти сына. В прошлый раз она пыталась обхитрить Марка с помощью диктофона. Он раскусил ее и едва не убил.

Если он убьет ее сейчас, и это станет достоянием общественности, то следствие по делу Натальи Лапотниковой выйдет на совершенно другой уровень. В этом деле так много нестыковок, что развалить его будет не трудно. Нужно только, чтобы Хромов приложил к этому руку. Да и помощь Пухлова не будет лишней.

- Мой сын никого не убивал, Марк его подставляет. Сначала Наташу на него повесил, а теперь еще и своего садовника.

- Садовника?

- А вас обвинят в гибели вашей жены.

- Ну уж нет! - заявил Пухлов.

- Возможно, ее засыпали песком где-то в карьере.

- Вы откуда знаете?

- Но я не собираюсь ее там искать. Боюсь, что в гибели вашей жены обвинят моего сына. И вам не советую. Иначе притянут вас.

- Нет, Валентина просто уехала.

- У вас есть машина?

- Ну да.

- С регистратором?

- С регистратором.

- Я сейчас поеду к Худоярову, а вы за мной.

- Зачем?

- Будете ждать, когда я вернусь. Если не вернусь, сообщите в полицию. Пусть забирают мой труп. - Ксения говорила монотонно, уныло, но с твердым желанием отправиться к Марку.

- Труп?! - Пухлов с сомнением смотрел на нее.

Уж не тронулась ли она умом?

- Вам страшно?

- Нет.

- А мне страшно. Но я все равно поеду. Вы за мной. Если вам не страшно, конечно.

- С вами ехать?

- Нет, следом за мной. Когда Марк будет вывозить мой труп на песчаный карьер. Или еще куда-то. Ваша задача - позвонить в полицию. Если не страшно.

- Да мне-то не страшно. Просто все это глупо.

- Да, глупо, - согласилась с ним Ксения. - Но я не сумасшедшая. Просто мне нужно спасти сына.

- А если Худояров и на самом деле вас убьет?

- Это не страшно. Плохо будет, если моя смерть окажется напрасной, вы позволите ему спрятать мой труп.

- Да я-то не позволю… - Пухлов замолчал, замялся.

- Едем? - звонко спросила Ксения, резко глянув на него.

Он кивнул, соглашаясь, но все же ей понадобилось время, чтобы уговорить его окончательно.

Ксения убедила Пухлова в своей правоте, но чем ближе она подъезжала к дому Худоярова, тем тяжелее становилось у нее на душе. Женщина уже готова была бежать куда глаза глядят, когда Марк открыл калитку и взял ее за руку, чтобы она не исчезла.

- Ты пришла меня убивать? - спросил он, пропуская ее во двор.

От него пахнуло