Я третий нанесла удар - Мацей Сломчинский

Джо Алекс

Я третий нанесла удар

Джо Алекс и его герой

«Работа — главное удовольствие в моей жизни», — заметил как-то Мацей Сломчиньски, известный польский писатель и литературный переводчик. Действительно, на его счету множество прозаических произведений, сценариев фильмов, литературоведческих исследований, переводов Шекспира, Мильтона, Джойса, Киплинга. Однако наибольшую популярность писателю принес цикл детективных повестей, изданных под псевдонимом Джо Алекс. М. Сломчиньски вспоминал позже, что первые восемь книг написал за один год, а затем начал предлагать их различным издательствам. Произошло это в начале 60-х годов, и с тех пор детективы выдержали более десяти изданий, а писатель… надолго замолчал. Лишь спустя двадцать лет польские читатели познакомились с его новой книгой.

Из собранных вместе остросюжетных повестей можно узнать биографию постоянного их героя — писателя, носящего то же имя, что и сам автор, и волею судьбы попадающего в ситуации трагические и непредсказуемые. Его старый приятель Бен Паркер из Скотленд-Ярда и Каролина Бикон переходят с ним из книги в книгу, оставаясь легко узнаваемыми и одновременно неуловимо меняясь.

Если бы меня попросили назвать наиболее характерные черты Джо Алекса-писателя и Джо Алекса-детектива, я бы ответил: честность и традиционализм. Джо Алекс ведет честную игру и с читателем как писатель, и с преступниками, выступая в роли добровольного следователя. Читатель видит происходящее глазами Алекса: никаких фокусов, подмен, неожиданных появлений — все предельно честно. Преступникам Алекс прямо говорит, что их преступление раскрыто. По его убеждению, человек, преступивший закон, должен иметь право сам себе вынести приговор и сам же привести его в исполнение.

Есть несколько особенностей, характерных для всех повестей Джо Алекса. Действие в них происходит в одном месте и в достаточно замкнутом пространстве: в самолете, за кулисами театра, в замке или родовом поместье. Круг действующих лиц также довольно ограничен: известные артисты, ученые с мировым именем, знаменитые писатели, бизнесмены…

Еще несколько традиционных приемов. На один из них указал сам Джо Алекс: «Он был суеверен и всегда помещал в первом предложении каждой из своих книг собственную фамилию» («Десять заповедей силы не имеют в той стране…»).

Каждой повести предшествует отрывок из какого-то классического произведения, одна из строчек которого вынесена в название. Вот как это объясняется: «…я сам перевожу эти фрагменты и совершенствуюсь при этом… Кроме того, я популяризирую знаменитых старичков, а это кое-что значит во времена, когда подавляющее большинство людей считает, что Эсхил — кличка лошади на скачках или название одной из форм ревматизма…» («Я настигла его в тихом полете»).

Так автор сформулировал свои собственные традиции. Нельзя не упомянуть еще об одной, вступающей в противоречие с традициями мировой литературы этого жанра. В ней, в мировой детективной литературе, принято показывать полицейских недалекими, коррумпированными и чванливыми. Не таков Паркер Джо Алекса: «Полицейский во мне во весь голос кричит о невозможности сокрытия правды в ходе следствия, а человек во мне затыкает ему рот. Все виновные уже наказаны… окончательно и без права апелляции. А живых мы избавим от мук, стыда и унижений…» («Тихая, словно последний вздох»). Вероятно, привлекательность образа Паркера, умного, доброго и честного полицейского, и побудила руководство Скотленд-Ярда наградить Мацея Сломчиньского двумя медалями «За литературную деятельность».

«Ад во мне» — единственная книга, не переизданная в Польше. Причины тут, очевидно, чисто идеологические. Еще совсем недавно в Польше, как и у нас, всякое упоминание о ЮАР имело право быть лишь с точки зрения борьбы черного большинства против белых расистов. Повесть дает возможность увидеть фрагменты реальной жизни африканского государства. Видимо, поэтому издатели решили держаться от греха подальше.

«Я третий нанесла удар…» — первая из книг Джо Алекса, принесшая ему настоящую популярность. Русский вариант названия несколько отличается от польского — в оригинале «Я расскажу вам, как он погиб…». Внимательный читатель без труда определит, чем это вызвано.

Несмотря на годы (родился в 1920 году), Мацей Сломчиньски бодр и энергичен. По его словам, он болел лишь однажды — после ранения во время второй мировой войны. Живет в Кракове и регулярно выступает в телевизионной передаче, посвященной любимой теме — остросюжетной прозе. Готовит к изданию книгу «Черные корабли», приключенческую повесть для молодежи, собирается выпускать журнал «Ужас», где будут публиковаться лучшие произведения авторов-детективистов.

Книги Джо Алекса известны во многих странах мира. Теперь с ними сможет познакомиться и белорусский читатель.

В. Г КУКУНЯ

Я третий нанесла удар

Вот я стою, гордясь, что дело сделано.

Убила. Отпираться я не стану, нет.

Накидкою, огромной, как рыбачья сеть, —

О злой наряд! — Атрида спеленала я.

Не мог он защищаться, убежать не мог.

Ударила я дважды. Дважды вскрикнул он

И рухнул наземь. И уже лежавшему —

В честь Зевса Подземельного, спасителя

Душ мертвецов, — я третий нанесла удар.

Так, пораженный насмерть, испустил он дух,

И с силой кровь из свежей раны брызнула,

Дождем горячим, черным оросив меня.

И радовалась я, как ливню Зевсову

Набухших почек радуется выводок.

Эсхил. «Орестея»

I

Занавес еще опущен

В этот день Джо Алексу исполнилось тридцать пять лет, но он не сказал об этом никому и сам почти забыл о своем дне рождения. Утром, когда он глянул на календарь, ему вспомнились дни детства, торт, на котором каждый год прибавлялась одна новая свечка, лица родителей, неясные очертания свертков с подарками. А затем внезапно в памяти во всех подробностях всплыл тот его полет, когда, приближаясь на заоблачной высоте к пылавшему внизу немецкому городу, увидел со стороны солнца тень истребителя с крестами на крыльях и подумал, что может погибнуть в свой день рождения. Но прошли годы. Он давно не отмечал свои личные праздники. Джо Алекс остался один во всем мире, и ничто не указывало на какие-то перемены в ближайшем будущем. Тем более сегодня.

Он невольно посмотрел на стоявший на камине поднос. На нем лежали два билета в театр на сегодняшний вечер. Он собирался пойти с Каролиной на «Макбет». Хотел этого по двум причинам. Во-первых, с некоторых пор чувствовал, что его связь с ней слабеет. Они знали друг друга давно, может, даже слишком давно. Каролина была