Вечерние мысли о вчерашнем завтра. Его звали Мэттью / Главный бой - Никита Патрушев

Никита Патрушев

Вечерние мысли о вчерашнем завтра. Его звали Мэттью / Главный бой

Его звали Мэттью

Джек шел по длинному закручивающемуся спиралью коридору, казалось, целый час. Глубокие борозды морщин, темные мешки под глазами и легкая щетина на лице из-за бессонной ночи стали еще заметней, но его это мало волновало. Сейчас он грезил об одном – покурить. Сбыться мечте сию секунду суждено не было, и Джек решил скоротать дальнейший путь, открыв папку с делом.

Полное имя: Мэттью Бенни Портер

Дата рождения: 14 мая 2011 г.

Возраст: 20 лет

Место рождения: г. Вашингтон

Гражданство: Соединенные штаты Америки

Дата заключения под стражу: 20 часов 47 минут 29 июля 2031 г.

Дата вынесения смертного приговора: 03 часа 23 минуты 30 июля 2031 г.

Исполнить приговор в 12 часов 00 минут 30 июля 2031 г.

Внизу красовалась подпись сержанта, который доставил парнишку в центр дознания, и судьи, решившего дело уже через час после поимки. Обвинялся Мэттью сразу по нескольких статьям: «Убийство двух или более лиц общеопасным способом, в том числе несовершеннолетних», «Покушение на жизнь, в том числе несовершеннолетних» и венцом всего стало «Умышленное повреждение имущества». Какой же бред. Даже тут думают о своих треклятых машинах и вывесках магазинов. Идиоты. Джек со злостью захлопнул дело и повернул налево, оказавшись перед дверью комнаты допроса.

В полумрак коридора через мутную стеклянную вставку сочился мягкий свет. На полу играли расплывшиеся тени. Джек громко выдохнул и вошел.

Внутри помещение представляло собой крохотную бетонную каморку. По центру стоял зацементированный в пол металлический стол и два пластиковых стула. Мэттью сидел, закинув ноги выше головы. Пальцами он отбивал ритм недавнего хита, облетевшего весь мир за пару дней.

– Рано же вы решили побеседовать, мистер Пильзнер, – повернув голову к вошедшему, безэмоционально проговорил Мэттью. – Рад вас видеть.

– Не могу сказать, что взаимно, Бенни, – устало бросил Джек и присел напротив обвиняемого. – И убери «это» со стола.

Портер наигранно рассмеялся, но все же послушно опустил ноги. Не прошло и нескольких секунд, как он принялся стучать ладонями по бедрам, навывая уже другой простенький хит.

– Ты серьезно будешь себя так вести после того, что натворил, Бенни?

– А что я делаю не так? – Он вдруг замер, состроил щенячье лицо и, также неожиданно, продолжил барабанить подушечками пальцев по нержавейке.

– Грэг, отключи датчик дыма.

Из динамика донесся голос коллеги, несущего дежурство за темной стеклянной стеной:

– Развлекайся.

Тук-Тук. Джек вздохнул и достал блестящий серебряный портсигар. Бам-бам-бам. Открыв его, он выпустил в комнату прелый запах дешевого вишневого ароматизатора. Тук-таки-так. Осторожно взяв одну сигарету, Пильзнер закурил, чем заставил собеседника замахать руками и закашляться.

– А вы разве не должны спросить меня? Может быть, я против того, чтобы вы травили мое здоровье? – возмутился Портер.

Джек проигнорировал его недовольство. Он всматривался в лицо юноши, пытаясь понять, как он упустил столь сильное изменение своего соседа. Всего неделю назад мальчишка сидел в баре через несколько столиков перед ним, выпивая одну кружку эля за другой, произнося тосты за день рождения брата и жизнерадостно веселясь в окружении друзей. Сейчас же перед ним находился хищник, пытающийся спрятаться под шкурой милого парня. Глаза его были сухи и расчетливы. Лишь изредка в них проглядывалось воодушевление, когда Бенни в очередной раз приходила глупая идея по выведению дознавателя из адекватного состояния.

– Как вы «это» курите? Эй, мистер Пильзнер, я задал вопрос! – получив в ответ молчание, на мгновение вспыхнул Портер.

Неужели злость? Или всего лишь наигранный спектакль?

– Вопросы тут задаю я, Бенни. Что же до…

– Зовите меня Мэттью. Мое имя – Мэттью. – Он взял себя в руки и вновь развалился на стуле.

– По отцу ты зовешься Бенни. Так почему бы не использовать имя папани? – затянувшись последний раз, спросил Джек.

Фильтр нагрелся и обжег губу, однако он не подал вида и затушил сигарету в предварительно подготовленной коробочке.

– Оно меня раздражает. А нам обоим будет лучше, если я останусь в хорошем расположении духа.

– Как скажешь, Б… – начал было Пильзнер, но быстро исправился: – Мэттью.

– Так ответьте же. Как вы это курите?

Джек усмехнулся.

– Отвечу тебе в конце допроса, – сказал он и чуть погодя добавил: – Конечно, при условии, что мы проведем плодотворную беседу.

Пришел черед Мэттью смеяться.

– Меня же уже приговорили. Занимаемся буффонадой для галочки. – Он демонстративно ткнул пальцем в папку с делом. – Вы можете написать в своей бумажке поэму о трех арбузах, катившихся к одинокой скале, и судья подпишет ее не глядя.

– Ты прав, ты прав, – вздохнув, пробормотал Пильзнер.

– В любом случае, я готов к любым вопросам. Постараюсь ответить максимально честно. Скрывать мне нечего, – спокойно проговорил Портер. – Однако перед этим я все же хотел бы спросить вас об одной вещи.

– Если после этого ты, наконец, перестанешь делать мою работу, то валяй. – Он достал пачку сигарет без ароматизации и вновь закурил. Паренек, казалось, позеленел от стойкого запаха гнилой вишни, витавшего вокруг. – Грэг, включи вентиляцию.

В комнату заселился едва различимый далекий гул.

– Спасибо, мистер Пильзнер. Так вот. Я ожидал гнева, смятения или, на худой случай, огромного желания узнать – почему и зачем, но вы… – Мэттью поднял взгляд к потолку, видимо, подбирая подходящее слово. – Какой-то смиренный что ли. Что с вами не так?

Джек выпустил дым через нос. Крепкий табак приятно щипал слизистую.

– Ты не первый идиот, решивший пострелять по людям. Только за текущий год произошло три инцидента, а всего июль на дворе. – Он затянулся. – Во время допроса Сумасшедшего Билли, въехавшего в толпу на праздновании китайского Нового года, я, и правда, был в сильном смятении. В моей голове никак не укладывалось, что один дебилоид за несколько секунд может закончить жизнь двадцати четырех добрых законопослушных граждан и…

Сигарета подошла к концу. Джек сего не заметил и, вдохнув, почувствовал вкус жженого фильтра. Сплюнув в пепельницу, он закурил следующую и продолжил:

– Стрелок Джимми, вывел меня из себя. Я рвал и метал. Как думаешь, почему его казнили с мешком на голове? Я выбил все дерьмо из идиота. Он сидел на твоем месте и говорил: «Знаесь, че скажу? Вот ты пытаесься, что-то вызнать, а мне воопше плевать. Единственное, что меня правда волнует это то, что я не побил рекорд Билли. На моем счету всего девятнадцать», – передразнил того, бубнящего разбитыми губами, Пильзнер. – Чуть не убил