Глаза тьмы - Светлана Зорина

Зорина Светлана Владимировна

Глаза тьмы

Оглавление.

Глава 1. Айнагур.

Глава 2. Избранница бледной богинию

Глава 3. Сын Танамнита.

Глава 4. Секреты абеллургов.

Глава 5. Эрлин и его двойник.

Глава 6. Осень в Ингамарне.

Глава 7. Судьба изгнанников.

Глава 8. Время перемен.

Глава 9. Царство горных озёр.

Глава 10. Территория тьмы.

Глава 11. Владения каменного бога.

Глава 12. Тайна белой звезды.

Глава 13. По ту сторону гор.

Глава 14. Война.

Глава 15. Битва гигантов.

Глава 16. Небесная битва.

Глава 17. Царство мёртвых.

Глава 18. Спор с Создателем.

Глава 19. Начало нового цикла.

Эпилог.

Глава 1. Айнагур.

— Это всё из-за тебя, проклятый сын леса! Зачем я только взял тебя во дворец! Никого из вас и на десять скандиев нельзя было подпускать к Эриндорну!

— Господин, я…

— Это ты забил ему голову своими дурацкими сантарийскими сказками!

— Но господин, Пресветлый сам велел мне рассказывать, — оправдывался слуга.

Разгневанный абеллург нависал над хрупким сантарийцем, словно гигантская хищная птица над маленьким полевым зверьком.

— И вот теперь эта девчонка здесь! Да, она из тех, кто добивается своего… Сразу спелась с дочерью Ильманда. Я уверен, она что-то замышляет. Зачем её только пустили на площадку!

— Но господин, по закону во время Эрнадий любая девушка имеет право выступить перед богом…

— Он всегда презирал ваше подлое племя! Кто бы мог подумать, что ему захочется видеть среди своих абельмин эту тощую чернявую дикарку из северных дебрей!

— Она аттана, господин, — в тихом голосе слуги Айнагур уловил нотку протеста. — Она аттана из очень древнего и славного рода. Она спасла Сантару от нашествия каменных демонов. Она и её зверь спасли нас всех.

— В этом столько же правды, сколько и во всех остальных ваших россказнях. Кто ему сообщил, что это и есть та самая Гинта?

— Господин… Ты же видел — Пресветлый сам подошёл к ней и спросил, как её зовут и откуда она родом. Он сам всё понял. Ведь слухи о знаменитой аттане Гинте из Ингамарны давно уже достигли Эриндорна. Говорят, она земное воплощение лунной богини Санты…

— Я не желаю слышать эта мерзкие имена! Скоро даже здесь, во дворце бога, забудут, что божественную супругу Эрина зовут Эрна…

— Не всё ли равно, как её зовут? — прозвучал сзади насмешливый юный голос. — Главное — чтобы она нравилась богу. То есть мне. Не так ли? Айнагур, в последнее время ты слишком раздражителен.

Стройный мальчик лет шестнадцати в свободном, небрежно накинутом халате остановился в двух шагах от абеллурга. Юный бог только что искупался. На гладкой обнажённой груди блестели капельки воды, влажные пряди волос прилипли к щекам, делая его продолговатое лицо ещё более узким. Огромные прозрачно-голубые глаза сияли в полумраке спальни, словно два светлых вирилла.

Айнагур судорожно сглотнул.

— Мой повелитель, я не слышал, как ты вошёл…

— Разумеется, не слышал. Ты так кричал… Ты ругаешь Сифа за то, что он исполняет мои желания? Странно… Ступай, Сиф, и ничего не бойся. Тебя никто не накажет.

— Неужели имена так много значат, Айнагур? — спросил мальчик, когда старый слуга покинул комнату.

— Имена должны отражать суть вещей. Например, нечестиво называть смертного именем бога…

— Наверное, так же нечестиво, как и называть бога именем смертного? — маленький рот искривила лёгкая усмешка. — Ты не мог бы объяснить, что означает имя Ральд? Я никогда не слышал о таком боге.

— А где ты слышал это имя? — спросил Айнагур, стараясь казаться невозмутимым.

Похоже, ему это не удалось. Мальчик смотрел испытующе и чуть насмешливо. Он был очень проницателен, этот мальчик-бог. Да и как же иначе? Ведь это был настоящий бог. Айнагур понял это сразу. Шесть лет назад… Нет, гораздо раньше. И в другой стране. В той, которой давно уже нет. Её нет, а он есть. Бог. Настоящий. Хочешь не хочешь, а приходится верить.

— Этим именем ты называл меня. В одну из тех ужасных ночей, когда меня мучил призрак. Я долго не мог уснуть, и ты сидел со мной. Я наконец уснул, потом проснулся, а ты всё ещё сидел у моего ложа. Ты не знал, что я тебя слышу. Если честно, я немного испугался. Ты был как безумец. Бормотал что-то бессвязное и всё повторял: "Ральд, Ральд…" Что это за имя?

— Оно означает "возвышенный, светлый"…

— Так звали какого-то человека?

— Нет, — глухо сказал Айнагур. — Я всегда так звал и зову только моего бога.

— Стало быть, называя меня Ральдом, ты не оскорбляешь мою божественную сущность. Прекрасно. Значит, и Гинтa не делает ничего дурного, называя меня Эрлином. Ведь это всего лишь более древняя форма моего имени. Раньше солнечного бога называли Эрлин.

— Эр-линн… — нараспев повторил мальчик. — Звучит гораздо красивее, чем Эрин. Завтра же издам указ: отныне все должны называть меня Эрлин…

— Но повелитель…

— Я так хочу. Не делай историю из каждого пустяка, Айнагур. Всего-то одна буква прибавилась. Всего один звук — [л]. Мне нравится этот звук. Он похож на воду… Ты говорил, что все эти кошары — следствие моей чрезмерной тяги к воде. Что меня преследует мой злой двойник, водяной демон, которого я когда-то победил, а он с этим так и не смирился. Я действительно боялся его. Я перестал плавать и даже кататься на паруснике, а кошмары продолжались. Пока здесь не появилась Гинта. Теперь я могу сколько угодно плескаться в воде, и никакой водяной демон меня не тревожит. Как видишь, он тут ни при чём.

— Да, Пресветлый, на этот раз я ошибся. Я очень рад, что ты снова здоров.

— А я рад, что снова могу устраивать бои на воде. Но ты не во всём ошибся, Айнагур. Гинта считает, что мой злой двойник действительно существует, и я ещё не победил его. Она говорит, что дело не в водяном демоне, а во мне самом. И ещё… Она постоянно твердит, что я должен многое вспомнить. Странно… Это имя… Эрлин. Оно не просто мне нравится. Мне кажется, меня уже так называли. Не Эрин, а именно Эрлин. Давно… А может, не так давно? Как будто в другой жизни…

— Повелитель, ты прожил множество жизней, и кое-что из них тебе время от времени вспоминается.

— Но почему я не помню всего?

— Это невозможно.

— Даже для бога?

— Да.

— Откуда ты это знаешь? Откуда тебе известны пределы возможного для меня, если из нас двоих бог — я?

— Ты бог, а я вечный слуга бога, который из цикла в цикл видит его пробуждение, временную смерть и вновь пробуждение…

— А почему я должен умирать?

— Чтобы снова родиться отроком и достигнуть цветущей юности…