Живой труп - Лев Толстой
![Живой труп - Лев Толстой](https://cdn.bibliotekaonline.com/s20/2/8/6/4/4/1/286441.jpg)
- Категория: Поэзия, Драматургия / Драматургия
- Название: Живой труп
- Автор: Лев Толстой
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Лев Толстой
Живой труп
Драма в шести действиях
(Двенадцати картинах)
Действующие лица
Федор Васильевич Протасов (Федя).
Елизавета Андреевна Протасова (Лиза), его жена.
Миша, мальчик, их сын.
Анна Павловна, мать Лизы.
Саша, сестра Лизы.
Виктор Михайлович Каренин.
Анна Дмитриевна Каренина, мать его.
Марья Васильевна Крюкова, подруга Лизы.
Сергей Дмитриевич Абрезков, князь.
Маша, цыганка.
Иван Макарович, старый цыган, отец Маши.
Настасья Ивановна, старая цыганка, мать Маши.
приятели Феди.Михаил Андреевич
Афремов
Стахович
Буткевич
Коротков
Иван Петрович Александров.
Петушков, художник.
Артемьев.
Вознесенский, секретарь Каренина.
Судебный следователь.
Письмоводитель судебного следователя.
Мельников.
Петрушин, адвокат.
Молодой адвокат.
Доктор.
Офицер у цыган.
Музыкант.
цыганки.Катя
Гаша
Цыганка.
1-й цыган.
2-й цыган.
Дама в суде.
Офицер в суде.
Судейский.
Няня Протасовых.
Дуняша, горничная Протасовых.
Лакей Протасовых.
Лакей Карениных.
Женщина в трактире.
Половой в трактире.
Городовой.
Курьер.
Хозяин трактира.
Господин в суде.
Судьи, зрители, свидетели.
Цыгане и цыганки (хор).
Действие первое
Картина первая
Явление первое
Анна Павловна, полная седая дама, в корсете, сидит одна за чайным столом.
Явление второе
Анна Павловна и Няня с чайником.
Няня. Можно у вас водицы?
Анна Павловна. Можно. Что Мишечка?
Няня. Да беспокоен. Нет хуже, как сама барыня кормит. У них свои там горести, а ребеночек страдает. Какое же молоко может быть, когда ночи не спят, плачут.
Анна Павловна. Да, кажется, теперь успокоилась.
Няня. Хорошо спокойствие. Смотреть тошно. Что-то писали и плакали.
Явление третье
Те же и Саша.
Саша (входит. К няне). Лиза в детской вас ищет.
Няня. Иду, иду. (Уходит.)
Явление четвертое
Анна Павловна и Саша.
Анна Павловна. Няня говорит, что она все плачет. Как это она не может успокоиться.
Саша. Нет, вы, мама, удивительны. Оставить мужа, отца своего ребенка, и вы хотите, чтобы она была спокойна.
Анна Павловна. Не спокойна, – а что сделано, то сделано. Если я, мать, не только допустила, но радуюсь тому, что моя дочь бросает мужа, значит, стоит он того. Надо радоваться, а не печалиться, что можешь освободиться от такого дурного человека, освободиться от такого золота.
Саша. Мама, зачем вы говорите так? Ведь вы знаете, что это неправда. Он не дурной, а, напротив, удивительный, удивительный человек, несмотря на его слабости.
Анна Павловна. Ну, именно удивительный человек. Как только деньги в руках – свои ли, чужие ли…
Саша. Мама, он никогда чужих не брал.
Анна Павловна. Все равно, женины.
Саша. Да ведь он же отдал все свое состояние жене.
Анна Павловна. Еще бы не отдать, когда он сам знает, что он все промотает.
Саша. Промотает ли, не промотает, я только знаю, что нельзя разлучаться с мужем, особенно с таким, как Федя.
Анна Павловна. По-твоему, надо ждать, пока он все промотает и приведет в дом своих цыганок-любовниц?
Саша. Нет у него любовниц.
Анна Павловна. Вот то и беда, что он всех вас чем-то обворожил. Только не меня, нет, шалишь; я его вижу, и он знает это. На месте Лизы я бы не теперь, а уж год тому назад бросила его.
Саша. Как вы это говорите легко.
Анна Павловна. Нет, не легко. Мне, матери, видеть дочь разведенной не легко. Поверь, что очень не легко. Но все лучше, чем загубить молодую жизнь. Нет, я бога благодарю, что она теперь решилась и что все кончено.
Саша. Может быть, и не кончено.
Анна Павловна. Только бы он дал развод.
Саша. Что же будет хорошего?
Анна Павловна. Будет то, что она молода и еще может быть счастлива.
Саша. Ах, мама, это ужасно, что вы говорите; не может Лиза полюбить другого.
Анна Павловна. Отчего не может? если она будет свободна. Найдутся люди в тысячу раз лучше вашего Феди и будут счастливы жениться на Лизе.
Саша. Мама, это нехорошо. Вы ведь, я знаю, думаете про Виктóра Каренина.
Анна Павловна. Отчего же не думать про него? Он любит ее десять лет, и она любит его.
Саша. Любит, но не так, как мужа. Это дружба с детства.
Анна Павловна. Знаем мы эту дружбу. Только бы не было препятствий.
Явление пятое
Те же. Входит Горничная.
Анна Павловна. Что вы?
Горничная. Барыня посылали дворника с запиской к Виктору Михайловичу.
Анна Павловна. Какая барыня?
Горничная. Лизавета Андреевна, барыня.
Анна Павловна. Ну так что ж?
Горничная. Виктор Михайлович приказали сказать, что сейчас сами будут.
Анна Павловна (удивленно). Только что о нем говорили. Не понимаю только зачем? (Саше.) Ты не знаешь?
Саша. Может быть, знаю, а может быть, не знаю.
Анна Павловна. Все секреты.
Саша. Лиза придет, она вам скажет.
Анна Павловна (качая головой, к горничной). А самовар подогреть надо. Возьми, Дуняша.
Горничная берет самовар и уходит.
Явление шестое
Анна Павловна и Саша.
Анна Павловна (к Саше, которая встала и хочет идти). Вышло, как я говорила. Сейчас же и послала за ним.
Саша. Послала, может быть, совсем не за тем.
Анна Павловна. Так за чем же?
Саша. Теперь, в эту минуту, Каренин для нее все равно что Трифоновна.
Анна Павловна. А вот увидишь. Ведь я ее знаю. Она зовет его, ищет утешения.
Саша. Ах, мама, как вы мало ее знаете, что можете думать это.
Анна Павловна. Да вот увидишь. И я очень, очень рада.
Саша. Увидим. (Напевает и уходит.)
Явление седьмое
Анна Павловна одна.
Анна Павловна (покачивает головой и бормочет). И прекрасно. И пускай… И прекрасно, и пускай… Да…
Явление восьмое
Анна Павловна и Горничная.
Горничная (входит). Виктор Михайлович приехали.
Анна Павловна. Ну что же. Проси, да скажи барыне.
Горничная проходит во внутреннюю дверь.Явление девятое
Анна Павловна и Виктор Каренин.
Каренин (входит, здоровается с Анной Павловной). Лизавета Андреевна прислала мне записку, чтобы я приехал. А я и так собирался к вам нынче вечером, так что очень рад… Лизавета Андреевна здорова?
Анна Павловна. Она здорова, ребенок немножко беспокоится. Она сейчас придет. (Грустно.) Да, да, тяжелое время… Вы ведь все знаете…
Каренин. Знаю. Ведь я тут был третьего дня, когда было получено от него письмо. Но неужели это так и решено бесповоротно?
Анна Павловна. Еще бы, разумеется. Переживать все, что было, еще раз, было бы ужасно.
Каренин. Да, вот где десять раз примерь, а раз отрежь. Резать по живому очень трудно.
Анна Павловна. Разумеется, трудно. Но ведь их брак уже давно был надрезан. Так что разорвать было менее трудно, чем кажется. Он сам понимает, что после всего, что было, ему уже самому нельзя вернуться.
Каренин. Отчего же?
Анна Павловна. Ну как же вы хотите после всех его гадостей, после того, как он клялся, что этого не будет и что если это будет, то он сам лишает себя всех прав мужа и дает ей полную свободу?
Каренин. Да, но какая же может быть свобода женщины, связанной браком?
Анна Павловна. Развод. Он обещал развод, и мы настоим.
Каренин. Да, но Лизавета Андреевна так любила его…
Анна Павловна. Ах, ее любовь подверглась таким испытаниям, что едва ли от нее остается что-нибудь. Тут и пьянство, и обманы, и неверности. Разве можно любить такого мужа?