В поисках идеала - А. Москвин
![В поисках идеала - А. Москвин](https://cdn.bibliotekaonline.com/s20/2/5/2/1/3/1/252131.jpg)
- Категория: Документальные книги / Критика
- Название: В поисках идеала
- Автор: А. Москвин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
А. Москвин
В поисках идеала
Как правило, сюжеты своих произведений (а точнее, их основу или просто исходные положения) Жюль Верн брал из жизни. Нередко побудительным толчком для создания очередной книги бывали его личные впечатления. Классический тому пример — роман «Миссис Бреникен».
Пяти-шестилетним малышом Жюль вместе с братом Полем посещал в Нанте пансион для детей дошкольного возраста, принадлежавший мадам Самбен. Эта строгая дама считала себя женой капитана дальнего плавания. К несчастью, брак ее, заключенный, видимо, по большой любви, оказался трагическим. Муж мадам Самбен сразу же после свадьбы вышел в море, и всякий след его пропал. Судьба моряка оставалась неизвестной, но безутешная супруга, подобно Пенелопе, не считала любимого погибшим. В течение долгих тридцати лет она ждала его возвращения, признанного всеми невозможным. И чуда действительно не произошло.
У нас нет полной уверенности, что маленький Жюль сохранил на всю жизнь воспоминание о своей несчастной воспитательнице, хотя внук писателя Жан почти настаивает на этом, ссылаясь на исключительную память деда. Скорее всего, случай мадам Самбен все-таки отложился в душе мальчика, а позже, уже зрелым человеком, популярным писателем, Верн в деталях познакомился с этой городской легендой, положив ее в основу романа об идеальной женщине, подруге творческого, ищущего человека. Такой подруги ему самому всю жизнь недоставало.
Правда, этот собирательный образ своим обаянием во многом обязан еще и Джейн Франклин, спутнице жизни знаменитого британского полярного исследователя Джона Франклина (1786-1847). Он, будучи с юных лет военным моряком, уже в зрелые годы, тридцатилетним, увлекся арктическими путешествиями. В 1817 году Джон, лейтенант на судне «Трент», под командованием капитана Давида Бьюкена отправляется на поиски Северо-Западного прохода из Атлантического океана в Тихий. В мае 1819 года Франклин стал во главе небольшого отряда и попытался пересечь север американского материка по рекам и озерам, а в 1825-1827 годах он осуществляет новый шлюпочный поход, исследуя побережье моря Бофорта и реку Маккензи от устья до пролива Дис.
Потом судьба отрывает Франклина от Арктики. Его, исполнительного и честного офицера, назначают губернатором английской колонии на Тасмании. Именно в это время на острове закончилась «черная война», в ходе которой было практически истреблено коренное население. Оставалось лишь несколько загнанных в горы семейств — предмет постоянной охоты белых колониальных чиновников. Тогда же из метрополии на остров стали прибывать корабли с неисправимыми преступниками, пополнявшими только что отстроенную каторжную тюрьму (Жюль Верн расскажет о ней в романе «Братья Кип»), К удивлению сослуживцев, новый губернатор повел себя совсем не так, как ожидалось. Писатель Ю. Давыдов в своей короткой повести о Франклине приводит высказывание одного из осевших в Хобарте англичан об этом странном колониальном начальнике: «Когда я посетил его на корабле с осужденными, только что прибывшими из Англии… он говорил с ними с такой добротой, искренностью и твердостью…»[1]. Кроме заботы об осужденных, Д. Франклин боролся с произволом должностных лиц, пресекая всяческие злоупотребления. Примечательно, что его вторая жена Джейн, молодая и очень привлекательная женщина, полностью разделяла взгляды мужа.
Конечно, такие действия губернатора быстро привели его к конфликту с чиновничьей массой, и гуманный, прямодушный, честный моряк был со скандалом отозван в Лондон.
И тогда Франклин снова обращается к решению одной из важнейших географических задач: отысканию Северо-Западного прохода. В марте 1845 года его назначают командиром экспедиции, в состав которой вошли два корабля: «Эребус» и «Террор».
Моряки — народ суеверный. Каждый из них знает до мелочей, чего не надо делать, чтобы не накликать беды. В отношении Франклина сохранилась следующая история: в один из вечеров, когда приготовления к выходу в море уже заканчивались, капитан уютно расположился у себя дома на кушетке, перечитывая Шекспира. Джейн дошивала мужу форменную куртку. Закончив работу, она, опасаясь, возможно, что Джон озяб, легонько набросила ее ему на плечи. Джон в испуге посмотрел на жену, и бедной женщине сразу припомнился строгий моряцкий запрет: нельзя набрасывать форменку на уходящего в море, иначе он не вернется…
19 мая 1845 года корабли оставили родные берега, как позже выяснилось — навсегда. Вскоре они бросили якорь у гренландских берегов, в заливе Диско. Там их видели в последний раз: в ноябре об этом сообщили британские газеты. В письме с острова Диско к одному из лондонских друзей Франклин заботится о своей горячо любимой Джейн: «В отношении жены я больше всего боюсь, что, если мы будем отсутствовать очень долго, она станет волноваться. И жену и дочь надо настроить так, чтобы они не особенно ждали нашего возвращения, пока запасы на борту не иссякнут»[2]. Поэтому первые две зимы о судьбе экспедиции особенно не беспокоились — разумеется, кроме Джейн, тревога которой все возрастала, временами доводя молодую женщину до отчаяния.
Время шло, и ее мрачное предположение переросло в уверенность: случилась трагедия. Джейн беспрестанно тормошила друзей и морские авторитеты, настаивая на немедленной организации спасательной экспедиции. В пользу таковой высказались известные полярники Парри, Ричардсон, Росс. Их поддержала пресса, а вслед за нею и все английское общество. Когда встал вопрос о финансировании спасателей, леди Джейн пожертвовала для этой цели свое состояние. Увы! — к благоприятному результату работы не привели: капитану Мак-Клинтоку удалось обнаружить на северо-западном побережье Земли Короля Уильяма лишь шлюпку с двумя обглоданными скелетами, ружья, карманные часы, тарелку с инициалами Джона Франклина, несколько книжек да кое-какой более мелкий скарб.
Ход экспедиций, открывших новую главу в истории американского Севера, очень широко освещался прессой. Разумеется. Жюль Верн внимательно следил за событиями, за мужественной борьбой человека с природой. Не случайно ведь один из его первых знаменитых романов был посвящен полярной Одиссее — «Приключения капитана Гаттераса». А мужество и самоотверженность Джейн Франклин вдохновили его на создание пленительного образа дочери капитана Гранта.
Задумав в 1889 году новый роман, писатель вспомнил о героях арктической эпопеи середины века. Главный герой получает, как и Франклин, имя Джон; автор наделяет его всеми привлекательными чертами знаменитого исследователя. Естественно, супруга героя не только сравнима с ним в добродетелях, но даже и превосходит их. Вот как Верн описывает миссис Бреникен: «Среднего роста, со смуглым, живым лицом, с огоньком в больших глубоких черных глазах и пышными темными волосами… Поступь твердая, но грациозная; внешность выдает волевой характер и вместе с тем душевную доброту… В любых обстоятельствах, пусть даже самых трудных, Долли… сумела бы выполнить свой долг. На жизнь она смотрела реально, а вовсе не сквозь розовые очки, душою обладала возвышенной… Случись надобность, она пожертвовала бы жизнью ради Джона…»
Сам Ж. Верн такой преданности не знал. Но мечтать о ней, в том числе и на страницах собственных произведений, никогда не переставал. Интересно, что, требуя безусловной самоотверженности от подруги жизни, писатель вовсе не собирался платить ей тем же, хотя в романе его герой, Джон Бреникен, готов на ответные жертвы ради жены и сына.
Итак, героиня романа вобрала в себя черты мадам Самбен и Джейн Франклин. В первой части повествования больше мотивов, связанных с обстоятельствами жизни нантской вдовы, причем, чтобы не объяснять изменения в характере и поступках героини, Ж. Верн прибегает к оригинальному решению: временно лишает ее рассудка. Этот ход дает возможность провести тонкий анализ помраченного разума, а вопрос сей очень занимал амьенского мэтра на склоне лет…
Придя в себя, Долли первым делом берется за поиски погибшего мужа (это уже прямое сходство с Джейн Франклин) и одновременно организует детский приют (последнее совпадение с судьбой мадам Самбен).
Итак, вдохновившись примером супруги английского капитана, Долли возвращается к прежней активной жизни и готова потратить состояние, чтобы только найти следы мужа и его товарищей. Но, к сожалению, все ее усилия тщетны. Безрезультатно проходит месяц за месяцем, а «надежда не может бесконечно противостоять разрушительному действию времени». Неужели Долли ожидает судьба Джейн или мадам Самбен?
Но роман — не жизнь. К тому же верновские читатели свыклись со счастливой концовкой его произведений, и автор не собирался нарушать эту традицию. Но, кажется, впервые в своем творчестве убежденный материалист Ж. Верн не может найти выход из ситуации, в которую попала Долли, без помощи Всевышнего: «То, что не под силу людям, всегда под силу Господу Богу. На него должен уповать человек, когда его собственные возможности исчерпаны». Подобные мысли, очевидно,— след острейшего физического и психологического кризиса, пережитого литератором в конце восьмидесятых годов.