Утерянные горизонты - Антуан Обен

Обен Антуан

Утерянные горизонты

Антуан Обен

Утерянные горизонты

...Было огромным и бесформенным, издавало отвратительный запах, на зеленой коже пузырились гнойники, щупальца с клешнями лениво шевелились. Под шестью мутными глазами на подвижных ножках открывалось и закрывалось отверстие с острыми, как бритва клыками...

-- Можете одеваться, Вильтур, -- сказал доктор де Кеер, отрывая ленту с колонками цифр, которая выползала из печатающего устройства. Он еще раз бросил взгляд на данные. Присоски автоматически оторвались от тела пациента, и электроды вернулись на свои места. -- Вы совершенно здоровы. Поменьше курева, побольше еды, не помешают физические упражнения. Другого прописать не могу... Не знаю, как вы отнесетесь, скажем, к недельке... отдыха?

Вильтур молча пожал плечами, и врач уселся за маленький столик из прозрачной пластали. Убранство кабинета с голубыми стенами было скромным -- застекленный шкаф, на полках которого лежали микрофильмы и кассеты, несколько никелированных медицинских инструментов и стояла дюжина флаконов с лекарствами, складной стул, рядом с которым высился массивный медблок с многочисленными приставками и внушительным столом для проведения операций и обследований.

Приземистый, темнокожий и темноволосый врач с симпатичным лицом, хотя неправильные резкие черты делали его почти уродливым, славился мрачным характером. Де Кеер ощущал себя лишним рядом с огромной машиной, могущей без посторонней помощи и вмешательства взять и выполнить любой анализ, поставить диагноз, осуществить лечение известных болезней, оказать первую помощь в случае ранения, перелома, ожога, асфиксии, инфаркта, а при необходимости принять роды или удалить аппендицит, если программу операции не придется изменять из-за какого-либо осложнения. Его считали неплохим терапевтом, а он понимал, что является неплохим кибернетиком и программистом, способным наладить медблок и ввести в него нужную программу, а также использовать его память, если предстояло серьезное хирургическое вмешательство. Врач задумчиво перечитал медицинскую карту худого и раздраженного молодого человека, застегивающего пуговицы туники. "Вильтур, Ден М. Родился на Земле в 3027 году..." Значит, двадцать три года. "Евроафриканец немецкого происхождения,.. 1,75 м, 65 кг, глаза карие, шатен, и прочая, и прочая. Холост, мичман 1-ого класса. Закончил в числе первых Школу астронавтов в Террапорте на Венере. Третий полет, считая нынешний. Все на "Забияке". Детские болезни... недавние заболевания..." Все в норме. Дисциплинарных взысканий нет..." скоро поступит отчет II, а пока добрый доктор де Кеер постарается превзойти своего всезнающего механического ассистента... Он внимательно оглядел пациента, машинально расправил складки формы, и вздохнул.

-- Ну ладно, -- произнес он и звучно шлепнул по блестящему боку машины, -- теперь, когда Большой Босс рассеял все сомнения, вы, быть может, поделитесь со мною своими проблемами? Присаживайтесь... И помните, если командир послал вас ко мне, значит, он не хотел направлять вас к психушнику, но, к величайшему сожалению, буду вынужден вас ему передоверить, если вы не согласитесь... сотрудничать со мной. Три путешествия, никаких отклонений от нормы, а теперь вы рискуете нарваться на доклад, который перечеркнет все ваши надежды на дальнейшую службу, если не будете вести себя поосторожнее. Начальство не шутит с психическими заболеваниями. И к тому же не учитывает способностей человека...

-- Знаю (четкий, резкий ответ. Открытый взгляд). И отдаю должное поступку командира. Но спрашиваю себя, а не лучше бы было сразу послать меня к психушнику. Не знаю, подхожу ли я к этой профессии...

-- Черт возьми! Так долго учиться, чтобы стать астронавтом, а теперь задавать подобные вопросы? Что с вами происходит, Вильтур?

-- Доктор, вы, случаем, не библиофил?

Вопрос застал де Кеера врасплох. У него мелькнула мысль, что его собеседник в самом деле страдает каким-то психическим расстройством, а потому ответил не сразу.

-- Эээ... Видите ли, у меня много книг, в основном технических. Все они на микрофильмах, содержатся в должном порядке. Я люблю читать, конечно с видеофоном, поэтому, думаю, меня можно причислить... к библиофилам. Но я не вижу связи?...

-- В таком случае вам удастся лучше понять меня. Видите ли, на Земле я собрал отменную коллекцию книг, именно книг, а не микрофильмов. У меня настоящие книги, отпечатанные на бумаге, они нередко имеют кожаный переплет и издают чудесный запах. Я их скупал у антикваров буквально на вес золота. И весьма горжусь этим. Я берегу свои книги, как зеницу ока. Часами реставрирую их, расставляю по полкам, иногда беру одну из них и с неослабленным восторгом перечитываю, заново открывая идеи и события. Я читаю до тех пор, пока не переверну последнюю страницу, читаю с жадностью и меланхолией, которую вам вряд ли понять... Так я понимаю слово "библиофил". И если открываюсь перед вами, то только потому, что мир представляется мне обширнейшей библиотекой, где каждая планета является отдельным томом. Эти тома составляют полную библиотеку, в которой содержится все, что было когда-то написано или будет написано как людьми, так и известными и неизвестными гуманоидами... Как бы я назвал такую библиотеку? Полным собранием сочинений с малым количеством шедевров -- в соответствующей пропорции. Большинство произведений средние или посредственные, некоторые книги откровенно плохи, но их больше, чем шедевров. Вы согласны со мной? Теперь представьте, кто-то прогуливается по этой чудесной, стаинственным образом организованной библиотеке без списка, без каталога, без алфавитного справочника... И что происходит, когда вы выбираете книгу наугад?

-- Начинаю понимать, куда вы клоните. Велик шанс извлечь немало посредственных или пустых книг прежде, чем удаться наткнуться на хорошую, не так ли?

-- А какова будет, по-вашему, реакция библиофила, когда у него из рук вырывают -- а он едва успел перелистать их -лучшие книги, чтобы передать их представителям так называемым элиты? Более того он вынужден удовлетвориться тем, что бросит беглый взгляд на остальные, но так и не прикоснется к ним! Вы следите за ходом моих рассуждений?

-- Так вот в чем ваша проблема?.. Вас разочаровала технология изучения пространства... вы ощущаете комплекс неполноценности...

Вильтур заерзал на стуле, даже застонал от разочарования.

-- Своего рода эвфемизм! Боже, доктор, мы посылаем наудачу или почти на удачу зонды-роботы, чтобы расставить вехи. Когда они возвращаются с координатами новых солнечных систем, отправляемся в путь мы, неделями скучаем в подпространстве, затем месяцами наблюдаем, изучаем, классифицируем, заносим в картотеки самые невозможные миры, куда после нас не ступит нога человека, да и мы-то зачастую ступаем на нее всего на несколько часов, чтобы провести официальную церемонию присоединения к земным владениям. Вместо нас всю работу выполняют проклятые роботы, а мы сидим в тепле в надоевшем нам до тошноты звездолете! Но если при невероятном стечении обстоятельств мы натыкаемся на планету земного типа, мы оставляем ее специалистам из страха повредить своими грубыми сапожищами. Комплекс неполноценности. Тут впору с ума сойти!