Кем я одержим - Генри Каттнер

Генри Каттнер

Кем я одержим

Человек бежал сквозь лесную тьму. Каждый жгучий глоток воздуха, входящий в его легкие, вызывал мучения, дикая боль раздирала ему грудь. Под ногами бегущего простиралась сеть бледных ползучих растений. Много раз он спотыкался о них и падал, но неизменно вставал снова.

У него не хватало дыхания, чтобы кричать, он только рыдал, его горящие глаза пытались пробиться взором сквозь темноту. Над головой – бормочущий шум. Когда густая листва раздвигалась над ним, по-ужасному блестящие звезды расцвечивали агатовое небо. Оно было холодным, черным, и человек, знал, что он находится не на Земле.

Они следили за ним даже здесь.

Силуэт желтого коренастого типа с огромными нечеловеческими глазами, одного из обитателей юной Венеры, появился на его пути. Человек нанес этой фигуре жестокий удар кулаком, но встретил только пустоту. Существо исчезло. Позади появился гигантский одноног, марсианин, пористый, громко хохочущий, из племени Красной планеты. Человек покачнулся, споткнулся и тяжело упал. Мягкие шаги приближались. Он страшным усилием воли пытался встать, но не смог. Марсианин наклонился к нему… нет, это вовсе не марсианин. Землянин, с лицом какого-то давно мертвого демона, уклончиво и медленно двигался к нему. Зубы-клыки, на низком лбу выступают рога. Приближаясь, существо подняло руки – кривые, узловатые – и обхватило ими горло человека.

Темноту леса прорезал металлический звук бронзового рога. Звук разнес призрак вдребезги, как молот разбивает стекло. Человек остался один. Из его горла вырвался хриплый звук, он встал, пошатываясь, и поплелся по направлению звука. Но он слишком ослаб, и потому скоро упал, чтобы уже не подняться. Его руки слабо шевельнулись и замерли. Человек уснул.

Откуда-то, очень издалека, он услышал голос… два голоса. Нечеловеческих. Принадлежащие другому миру, однако одаренные теплотой и жизненностью, они что-то пробудили в глубинах его существа.

– Он прошел наши испытания.

Другой голос, более громкий и властный, ответил:

– Другие тоже прошли наши испытания, но Айзир их убил.

– Иного средства нет. В этом человеке я чувствую что-то, отличное от других. Он может ненавидеть… Он ненавидел.

– Ему понадобится нечто большее, чем ненависть, – сказал более строгий голос. – Даже с нашей помощью. А времени мало. Освободите его от воспоминаний, которые могут ослабить его…

– Да помогут ему боги.

– Но ведь он как раз с богами и сразится. С единственными богами, которых знают люди в эти роковые дни…

Человек проснулся…

В его черепе, казалось, били молоты. Он открыл глаза и тут же закрыл, чтобы защитить их от красного света, падавшего сверху. Он лежал неподвижно, собираясь с силами.

Что произошло?

Он этого не знал. Такой возврат к сознанию его встревожил и бросил в панику.

«Я Дерек Стюарт, – думал он. – По крайней мере, хоть не полная амнезия. Я знаю, кто я, но не знаю, где я».

На этот раз, открыв глаза, он не закрыл их. Над его головой развесистая крона дерева образовала свод. Сквозь ветки он видел темное, звездное небо и очень далеко блестящий диск Сатурна с его кольцами.

Значит, не Земля. Луна Сатурна? Нет, Сатурн не затмевает большую часть неба. Может быть, пояс астероидов? Он переместил немного голову и увидел красную луну.

– Айзир!

Известие пробежало по его нервам и проникло в мозг. Стюарт немедленно отреагировал. Его крепкое мощное тело выпрямилось, он привстал, согнулся и быстро поднес руку к поясу, в то время как глаза обыскивали молчаливую пустоту леса.

Его лоб покрылся потом, и он нетерпеливо вытер его. Загорелое лицо было покрыто морщинами и выражало беспомощное отчаяние. За поясом не было лучевого пистолета, да это и не имело значения. Здесь, на Айзире, оружие не принесло бы ему никакой пользы.

Красная луна дала ему ответ. Он был в системе одного мира, и люди добровольно не приезжали на этот искусственный астероид. Они приезжали, да, но только для того, чтобы бить осужденными и проклятыми. От Венеры до Каллисто люди космоса говорили об Айзире, понизив голос. Айзир, где жил Айзир и правил мирами Человека.

Ни одно космическое судно не уходило с Айзира, кроме длинных черных крейсеров, экипаж которых состоял из жрецов Айзира. Ни один человек никогда не возвращался с Айзира.

Стюарт невесело улыбнулся. Он получил хороший урок…

До сих пор он всегда был уверен в своей способности выпить больше любого человека его роста и веса. И конечно, этот маленький щуплый человечек в «Поющей Звезде» в Нью-Востоке в нормальных обстоятельствах должен был свалиться мертвецки пьяным куда раньше Стюарта.

Но обстоятельства были не совсем нормальными. Это был направленный удар. Коварный удар, безошибочный, потому что он никогда не вернется и не пожалуется. С Айзира никогда не возвращаются.

Он слегка вздрогнул и осторожно огляделся вокруг. Конечно, это были легенды. Следящие, которые беспрерывно патрулировали над астероидом, говорят, были роботами на службе Айзира. Собственно, в каком-то смысле все люди были на службе у Айзира.

Стюарт произвел инвентаризацию своей одежды. Униформа из искусственной кожи, полагающаяся космонавту – хоть ее ему оставили. Он ничего не помнил из того, что случилось с ним после пятого стаканчика, выпитого с тем человеком. Он смутно помнил, что он бежал, видел что-то неприятное и слышал два каких-то нереальных голоса, но больше ничего не помнил.

К дьяволу все это. Он был на Айзире. И это означало… нечто худшее, чем смерть, если верить легендам.

Стюарт подобрал тяжелую ветку, которая могла служить дубиной, пожал плечами, повернулся к западу и углубился в лес. Нет смысла ждать прибытия Следящих. По крайней мере, он сможет драться, как делал это всегда.

Осталось не так уж много места для людей, любящих сражаться, тем более под властью Айзира. Естественно, существовали нации, короли и президенты, но все это были марионетки, которые никогда не осмеливались ослушаться приказов, приходящих с таинственного астероида на орбите Марса, крошечного мужественного мирка, правящего системой уже тысячу лет.

Айзир. Нечеловеческое существо, скрывающееся, которое, если верить легенде, когда-то было человеком. Стюарт нахмурился, пытаясь вспомнить.

Ускоритель… ускоритель энтропии, вот что это было. Прибор, метод, чудовищно ускоривший эволюцию. С этого начались трения. Машина, которая могла ускорить эволюцию человека на миллион лет.

Некоторые воспользовались этим методом и сделались Айзирами, существами, настолько далеко шагнувшими в эволюцию, что перестали быть людьми. Многое потерялось в тумане прошлого, но Стюарт помнил тот факт, что Айзир был человеком, что теперь он не человек и что он уже тысячу лет правит Системой. И правление его ужасно.

Тот человек, наверное, был жрецом Айзира, ищущим жертв. Никто другой не осмелился бы посадить корабль на Айзире. Стюарт продолжал осматривать пустое небо, и в нем вдруг стала развиваться странная экзальтация. По крайней мере, хоть перед смертью он увидит, на что похож Айзир. Вряд ли это будет приятным открытием, но все-таки даст некоторое удовлетворение. И это удовлетворение будет еще больше, если представится случай хорошенько заехать в морду какому-нибудь жрецу Айзира, а может быть…

Черт побери, а почему нет? Ему нечего терять. С той минуты, как он вступил на Айзир, он в любом случае осужден. Но Стюарт был убежден в одном: его не поведут на смерть, как беззащитного барана. Он будет сражаться.

Лес перед ним просветлел, что-то быстро перемещалось. Стюарт остановился, крепко сжимая дубину.

Между прямыми, как колонны, деревьями протянулись сияющие облачка. «Паутина света, – подумал Стюарт, – такая сияющая, что больно смотреть».

Неощутимые звездные лучи остановились над его головой. Сотни сверкающих игл дрожали своими остриями. Да, паутина, сотканная из света, протянулась в спокойном черном воздухе – полотно богини судьбы!

И каждая группа звезд… смотрела. Звезды были одновременно и глазами.

Когда вся эта штука остановилась из ее ядра, состоящего из звезд, раздался низкий звук. Острия задвигались и задрожали. А звук повторился – более низкий, более угрожающий.

Неужели это был один из Следящих?

Колебания паутины резко прекратились, она спустилась на Стюарта. Он инстинктивно взмахнул дубиной, чтобы нанести сокрушительный удар. Он не встретил никакого сопротивления: существо-звезда было неощутимо, как звук.

Однако Стюарт не был неощутим. Сверкающая сеть окутала его огненным плащом, и по телу Стюарта тут же пробежала дрожь леденящего ужаса. Пусть эта штука не имела тела, но она была опасна, бесконечно опасна!

Давление, движение – вот и все, что он чувствовал вокруг себя. Холод незаметно пробирался в его тело и кости, в его мозг. Задыхаясь, Стюарт выпрямился и выронил дубинку. Он хотел поднять ее, но не видел ничего, кроме бриллиантовой вуали, которая растекалась потоком повсюду.