Новогодняя авантюра, или Любовь с проблемами - Аглая Отрада

Новогодняя авантюра, или Любовь с проблемами

Аглая Отрада

Глава 1

– Встречают по одежке, о книге судят по обложке! Запомни! Завтра же едем в аутлет и одеваем тебя достойно. Между прочим, там подбирают одежду для лохушек из «Перезагрузки» и делают из них шикарных красоток. Но на передачу я тебя не могу отправить. Очередь там потому что, а у нас Новый год на носу. Нам нужны роскошные мужчины, и очень важно – на самую главную ночь. Как Новый год встретишь, так его и проведешь! И я провозглашаю – с кем встретишь, с тем и проведешь.

– Юлька! Какие мне шикарные мужчины? Бледная немочь, бледная поганка, серая мышь – ты же знаешь, какими эпитетами меня Валерик наградил! – пытаюсь возмутиться, но хлесткие, обидные до соплей слова бывшего любимого словно бледно-серой пылью присыпали всю мою жизнь, лишив возможности не только ей радоваться и думать позитивно о будущем, но и возможности сопротивляться.

– Скажи спасибо, что не наградил ничем другим! А то б ты со мной не в Сочи летела, а в кожвен. Не, ну каков козел? Я всегда тебе говорила, что чужой волос в постели может означать только одно! Это чужой волос в постели! И никакое «Я в пиджаке завалился на кровать, а на него, наверно, в лифте прицепился. Знаешь же, там как селедки в бочке!» – скопировав моську примитивно оправдывающегося Валерика, Юлька продолжила бухтеть, как «наши корабли бороздят просторы Вселенной»: – Нельзя мужикам верить совсем! Только учет и контроль! Ты в его телефон хоть раз смотрела? Хотя чего тебе проверять! Тебя ж не фиг делать убедить, что слово «стояк» в смс-ке – это всего лишь термин сантехников, главная труба.

Подруга во многом была права. И нелепые объяснения, почему черный длинный волос на пододеяльнике, и бесконечные сверхурочные, и корпоративы, на которые жен и подруг не берут, просто кричали о лжи. Я тяжко вздохнула. У меня уже была не депрессия, когда свет не мил и ничего не хочется. Я зависла в постдепрессивной стадии, которой, наверно, не бывает. Но у меня бывает то, чего у других не бывает.

Почему из всех институтских подружек одна я оказалась у зебры под хвостом, когда кончились и белые, и черные полоски?! И я зависла в стабильности.

Вселенная щедра. Она исполняет желания и реализует все наши утверждения. Даже если мы произносим их дурачась. Или это мне одной так «свезло», что на мне отрабатываются все законы Жизни? Я избранная? Слабое утешение. Я просто лузер. Неудачница, у которой бутерброд всегда падает маслом вниз. И причем не на газетку.

Кто мог подумать, что наша институтская присказка шлепнет именно по мне? Завалившись в кафешку после сессии, мы напускали на себя вид утомленных жизнью леди и томно, перефутболивая друг другу, произносили: «Жизнь прошла и не удалась». Да и так совали куда надо и куда не надо. А я, получается, запрограммировала себя, что ли? Кто – то удачно замужем и кучу детей нарожал. Маринка уже до завуча доработалась. Динка вообще в департаменте юбку протирает – влиятельный любовник постарался.

Хорошо, что я не пошла на очередную встречу нашей группы. Смотрела в одноклассниках фотки, и хотелось удавиться, потому что все сытые и довольные. А мне не то что похвастаться нечем, мне даже стыдно рассказать, до чего я дожилась! Несчастная брошенка без работы и определенных перспектив на ближайшее будущее. Тут же хотелось прямо поковыряться в душевной ране и дорисовать картину – с разбитым сердцем, неуверенностью в завтрашнем дне и подорванной верой в людей. В общем, полный бесперспективнячок.

И поэтому нужно как-то дать понять, что все Юлькины планы насчет меня просто нереальны. Хотя спорить с ней – это все равно, что пытаться танк плевком остановить. Выдаю отмазку, в которую сама не верю. Не верю, что в моей цементно – серой жизни что-то изменится.

– И вообще, мне не нужен богатый! Я хочу настоящей любви, честности, верности, заботы!

– Пфф! Ты глянь какая цаца! – предельно емко выразила свое отношение подруга. И тут же резанула правду – матку, чтоб встряхнуть тушканчика тупоголового, которым считала меня. – Не хочешь богатого? Ну-ну! Ты влюбилась в перспективного, но нищего студента, тащила его на свою жалкую зарплату, верила и вдохновляла. И что это тебе дало?

Я горько вздохнула. Какой раз она возит меня мордой лица по этому дерьму, под названием Валера. Господи! От одного имени передергивает. Valerius – означает «быть сильным, здоровым». И он точно соответствовал этой части значения.

Валерик следил за здоровьем так тщательно, словно Минздрав и Минтруд ему приплачивали за это. Он утверждал, что внешний вид и здоровье – это главный ключ к успеху.

Правильно, согласна на все сто – если свой ключ сунуть в нужное место! Вот он и сунул его в замочную скважину своей начальнице, которая старше его на десять лет. И теперь живет не в моей убогой однушке, а в престижном коттеджном поселке, на работу ездит не на метро, а на новеньком мицубиши паджеро. И фрэши по утрам ему готовит не влюбленная дурочка, а домработница. Господи, какая же я все-таки дурочка!

Я с восхищением смотрела, как этот Аполлон утром выходил из душа в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Каждая мышца так и просила потрогать ее, кубики притягивали взгляд, а уж косые мышцы живота, сверхмощным магнитом утягивающие взгляд под полотенце – это вообще м-м-м.

Хотя… Несмотря на мое подавленное настроение, я все ж злорадно фыркнула – Аполлон из Валерика был классический. В том смысле, что его мужское достоинство, как и у античного божества, тоже можно прикрыть фиговым листочком. Нет, когда безумно любишь, то на такие мелочи внимания не обращаешь. От этих неожиданно заползших мыслей, я едва не хрюкнула. Ну надо же, какая игра слов получилась – я и не обращала внимания, что то, чем он гордился, как золотым кубком, было по факту мелочью. Это мне Юлька глаза открыла, как бывает у других.

Но мне ничего не нужно было, ни умопомрачительные оргазмы, ни фантастические прелюдии. Я просто любила его и принимала все, как есть. С радостью и восторгом. Сдержанные ласки, скупые, как с барского плеча комплименты – причем не мне, а моему умению готовить, убирать, наводить порядок…

И ведь Юлька предупреждала!

Черт! Ну откуда она могла знать, что через