В поисках ясности. Новое понимание привычных вещей - Сергей Москалев

Сергей Москалёв

В поисках ясности: новое понимание привычных вещей

Каждая вуаль, которую мы поднимаем, дает нам ответ, но, тем не менее, это еще не ответ, ибо другой ответ все еще ждет, когда настанет его время.

Предисловие автора

Эта книга не написана, а составлена из размышлений многих людей, которые, по сути, вместе со мной принимали участие в ее написании, задавая вопросы, высвечивая новые стороны жизни, показывая неожиданные ракурсы и скрытые смыслы.

Настоящая книга есть продолжение работы, начатой в «Словаре эзотерического сленга», опубликованного издательством «Гаятри»/Livebook в 2007 году. В первой книге была собрана терминология, образовавшаяся за время существования группы «Контекст» с 1970 по 2000 год. Группу организовали Виталий Михейкин и Валентин Куклев для саморазвития и работы над переводами эзотерической литературы, которой в то время в СССР практически не было.

Лаконичный формат первой книги многим понравился, и за почти десять лет набралось достаточно материала, чтобы издать вторую.

Прошу вас, добавляйте к каждой статье или афоризму обороты «автору кажется» или «автор склонен думать». В этой книжке нет догматических утверждений, просто в данный моментто или иное пришло в голову. Любой объект или событие можно огранить смыслами и рассматривать его со множества сторон.

Благодарности

В первую очередь я хотел бы поблагодарить мою жену, Лену Москалёву, в разговорах с которой появлялись многие проблески понимания. Особая благодарность моему редактору Шаши Мартыновой и издателю Ольге Лябиной.

Мне важно поблагодарить поименно тех, кто участвовал

в создании этой книги – своими комментариями и вопросами они поддерживали меня, и о многих темах, затронутых в этой книге, мы размышляли вместе; вот кого мне удалось вспомнить в разговорах, живых и сетевых:

Игорь Калинин, Светлана Калинина, Валентин Куклев, Марат Юнусов, Андрей Лапин, Евгений Петренко, Иван Москалёв, Андрей Гетов, Иван Митин, Иван Засурский, Борис Рябов, Наталья Сидорова, Ветас Микрюков, Никита Акатов, Мадина Юнусова, Владимир Босник, Диана Кириенко, Лео Чичерин, Сергей Грабовский, Елена Базева, Назим Надиров, Сергей Константинов, Алексей Голдин, Михаил Каспер, Павел Калинников, Даша Поташева, Екатерина Домарева, Евгений Тарасов, Людмила Дмитриева, Наталья Кондратьева, Александра Босник, Ольга Шустер, Алла Гриневская, Гани Кистаутов, Святослав Понамарев, Екатерина Текунова, Аслан Татдаев, Шахода Голомуз, Галина Селиванова, Вадим Кудрявцев, Марина Несвятыпасхо, Александр Михалкович, Владимир Сазонов, Александр Пустильник, Борис Волчек, Светлана Новезенцева, Егор Рыжиков, Глеб Кемарский, Михаил Барабанов, Константин Бакулев, Марина Чаплина, Мирослав Сарбаев, Лилия Андреева, Булат Аминов, Анна Николенко, Владимир Дашевский, Екатерина Попова, Юлия Насырова, Дмитрий Матвеев, Андрей Гридасов, Ибрагим Тествер, Вадим Михайлов, Анна Благая, Анна Нысвятыпасхо, Александра Харитонова, Ирина Переметько, Наташа Исаева, Янина Бекшибаева, Вадим Дмитриев, Петр Главатских, Галина Лабковская, Валентина Сеничева, Лена Блох, Ольга Брушлинская, Олександр Танасюк, Ольга Литвинова, Петр Диденко, Инга Денюшина, Светлана Внучкова, Ксения Метлина, Станислав Вавилов, Анатолий Трумпель, Андрей Чистяков, Алишер Хасанов, Татьяна Спасоломская, Евгений Жемчугов, Виктор Солкин, Сергей Куприянов, Олег Никитин, Елена Олешкевич, Евгений Манзырев, Михаил Шалаев, Анатолий Поляков, Алексей Бекренёв, Светлана Берегулина, Анна Нелидова.

Если вы не нашли себя в этом списке, прошу простить мою ненадежную память.

Вступительная записка редактора

Мне давно – лет десять – нравится манера Сергея Москалёва делиться добытым в его умственных экспедициях. Эта книга – своего рода выставка экспонатов. Экспедиция длится всю жизнь, а представленное на выставке, в отличие от энтомологических образцов, не заспиртовано, не пришпилено

булавками к атласным задникам, не застеклено и вообще живое, дышащее. Зоопарком такую выставку тоже не назовешь, поскольку все ее содержимое привольно гуляет в наших с вами головах, иногда пушистое, временами – чешуйчатое, но, как истинный даррелл своего дела, Москалёв ко всем находкам – и лично обнаруженным, и коллективно извлеченным из-под какой-нибудь умственной или эмоциональной коряги – относится бережно и по-человечески.

Вероятно, эта вот спокойная заинтересованность и делает Сережины тексты увлекательными, нисколько не дидактическими и не высокомерно-снисходительными, как это часто бывает с «эзотерической сгущенкой» – выжимкой опыта и знаний автора о чудесах и выкрутасах человеческого сознания. Извлекать для себя пользу из наблюдений, представленных в этой книге, приятно и удобно, узнавать своих «зверей» – интересно и даже трогательно, и в этом узнавании, как мне кажется, помимо прочего прока внутреннему хозяйству, подтверждается тихим контрапунктом всамделишная связь между всеми нами, людьми, счастливая одновременность того, что в каждом из нас уникального – и до боли похожего. А для того чтобы что-то прояснилось и стало красивее внутри, иногда достаточно знать, что кто-то уже смог это «что-то» прояснить и сделать красивее.

Шаши Мартынова

Часть 1

Разноцветные вуали

А

Абстрактные вопросы и конкретные ответы. У человека есть абстрактный интерес, но он облекает его в форму конкретного вопроса. Точный ответ предполагает последующее действие. Когда интерес абстрактный, но мы, не понимая этого, выдаем человеку план действия, его это только запутывает. Я встречал людей, которые, не понимая действия этого механизма, оказывались на грани психического или физического заболевания; равносильно спрашивать, где здесь ближайшая библиотека, но при этом вообще не иметь намерения в библиотеку идти и, получив точный адрес ближайшей, отправиться в противоположном направлении.

Aditum: островок сакрального. Последнее время часто встречаются люди растерянные, даже после того, как достигли многого: дом в Европе, собственная фирма, взрослые дети в университетах. Я заметил, что изначально в человеке присутствует неприкосновенная защищенная область, которая есть поставщик эликсира счастья. Эта область должна быть охраняема, как оберегаемы в нашем организме железы, вырабатывающие гормоны. В греческом храме имелось место – Адитум, в него могли входить только жрецы. Такое отношение к сакральным областям можно встретить не только в религиях, но и в науке, политике и экономике. Как только мы в своих бытовых целях начинаем задействовать этот волшебный эликсир счастья и вторгаемся на островок сакрального, приходит холод и теряется внутренняя теплота. Обычно человек, сокрушивший остров сакрального внутри себя, в общении кажется скучным и унылым. И даже в разговорах на темы возвышающие он выглядит так, будто у него болят зубы. Вдруг вспомнилось: «В нем не осталось ничего святого». Святое – это не только про веру и религию, это про сухой цветок в книге, про старые открытки, томик любимого романа. У тех, кого называют эксцентриками, есть нечто, отличающие их от других, у них есть оберегаемый ими островок сакрального, с которого они смотрят на мир.

Адреналиновая игра. Почему у детей – да и у некоторых взрослых – иногда встречается болезненная тяга что-то ломать и прятать или совершать проступки? Среди многих причин замечена такая схема: ребенок крутит что-то в руках, он знает, что, если испортит вещь, его будут ругать, появляется страх, выделяется адреналин, человек продолжает тискать полезную вещь. Уровень адреналина растет вместе с увеличением опасности и страхом, а затем вещь вдруг ломается, и тут уже нужно срочно прятать следы преступления – еще больший адреналин. Причем чем ценнее вещь, тем больше выделяется гормонов. Это опасная игра, в которую вовлекаются дети и родители, страх родителей утратить ту или иную вещь также участвует в процессе – и ребенок это чувствует. Если родителям материальные ценности безразличны, ребенок переносит игру в область собственного здоровья, где родитель уже не может оставаться в стороне. Это полумагическая игра, когда обмен энергиями в виде беспокойств и страхов происходит даже без прямого контакта участников. Чем больше человеку объясняют, что так делать нельзя, тем больше он вовлекается в игру, ставки растут, страх – тоже, гормоны зашкаливают. Большинство адюльтеров завершается, как только тайна выходит наружу. Нет дополнительной энергии, получаемой из страхов, что все раскроется. Получается обед из первого, второго и третьего. Суп – это страх при совершении проступка, второе – это сам проступок и его сокрытие, и третье – это разоблачение и катарсис через покаяние. С точки зрения получения энергии игра беспроигрышная. Объяснять, что вот это очень дорогая вещь, бессмысленно именно потому, что она новая и дорогая, а значит, можно начать игру, проверяя ее на прочность. Равно как, округляя глаза, рассказывать ребенку, что заниматься паркуром очень опасно.