Сказки белой вороны - Ирина Краснова

Сказки белой вороны

Ирина Краснова

Иллюстратор Анастасия Просветова

Фотограф Ирина Краснова

© Ирина Краснова, 2017

© Анастасия Просветова, иллюстрации, 2017

© Ирина Краснова, фотографии, 2017

ISBN 978-5-4483-9647-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Однажды в детстве, я придумала себе игру во взрослую жизнь. В ней я писатель-сказочник, пишу истории, которые потом сбываются.

Пока я собирала свои истории под одну обложку, я успела вырасти, поработать инженером-проектировщиком (в какой-то степени тоже сказочницей), стать мамой и обрасти жизненным опытом. Время от времени, записывала уже непридуманное, – сюжеты возникали рядом.

Часть этих историй собрались вместе в книгу-настроение во многом благодаря моим друзьям – первым читателям и критикам. Они говорили мне: «Пиши!» Я съёживалась и думала: «А чего писать-то?» Прислушивалась, наблюдала и находила. Показывала им свои находки и в глазах замечала искорки, слышала нотки в голосе, ради которых оказывается я и примеряла слова одно к другому.

Свои короткие тексты я называю городскими сказками или сказками для взрослых. Они своеобразные тесты на настройку возможности чувствовать, слышать. Сюжет, длина текста позволяют остановиться и прислушаться, уловить то, что откликается во время погружения в простые на первый взгляд истории. Но так ли всё просто?

Девочек с крылышками, которые прогуливаются по страничкам этой книги, нарисовала Анастасия Просветова. Эти образы тоже своего рода провокация. Знакомство с ними, диалоги-истории у каждого сложатся свои, в зависимости от личного опыта, настроения, способности улыбаться и верить в чудеса.

Замечали, как иногда всего пара слов или даже… пауз могут раздвинуть реальность и погрузить в мир эмоций, в сказочный мир? Предлагаю проверить это на следующих страницах… Приятного погружения!

Вдохновение

Сесть и написать эссе. Выстроить цепочку. Связать мысли. Что может быть проще, когда есть направление, стиль и время? Однако.

Пауза.

Происходит ожидание вдохновения, которое окрасит, свяжет, придаст законченность и вовремя поставит точку.

Желание. Оно проявилось чередованием глаголов:

«хочу», «надо», «могу» навести порядок, обозначить свои мысли, перестать растекаться всё принимая и отмалчиваясь кивая, за улыбкой скрывая… безразличие, равнодушие-малодушие, а может элементарную экономию своих душевных сил, энергии. Ведь для того, чтоб иметь свое мнение нужно его сформулировать, соскрести, затратить какие-никакие силёнки.

Хватит. Пора выходить из экономичного режима на прямую ясности, зоркости, искромётности мысли.

И так. Вдох. Мгновение… и вот оно – вдохновение.

Если каждому дню, действию, поступку, делу присвоить имя, цвет, форму, запах, какой выложится рисунок, как это не пафосно прозвучит, на страничке книги жизни?

Рисование с натуры, эскизно, на ходу… что может быть проще и сложнее. Нужно уловить суть, подчеркнуть основное… и сделать нужно так, чтоб произведение случилось законченным. Точка.

Я вспомнила, я умею летать

Нет, не на самолёте и крылья тоже не вырастают,

только вдруг тело становится невесомым:

взмах рук

и уже отрываешься от земли.

И всё, никаких нелепых движений.

Лишь желанием движешься: захотел вперёд – пожалуйста!!! Назад, вверх – пожалуйста!!!

Поднимаешься

высоко-высоко,

а внизу остаются макушки людей и деревьев, антенны и звуки.

Всё уменьшается и становится неважным.

Плавно перемещаешься и удивляешь других:

«Как, разве люди…?»

И учить их так летать бесполезно. Это есть или нет.

Бывают, встречаются, такие же, так же летающие…

И тогда, просто молча протягиваешь руку

и дальше летишь вместе, думая:

«Ты не один. Рядом кто-то есть. Тебя понимают».

Можно посмотреть в глаза, услышать:

«Тебе хорошо? Мне тоже!» – и продолжать парить.

А ещё можно увидеть солнце за горизонтом и дотронуться до звёзд.

Я помню: я умела летать.

И метла мне была не нужна.

Впрочем, наверное, каждый умеет летать:

кто на самолёте и др. агрегатах,

кто на метле,

кто на игле,

кто просто от того, что невесом, – это грустно и уже совсем другая история…

Тут ветер вырвал лист бумаги и у него началась

своя, личная жизнь.

Клюква в сахаре

8.12.2000

Я сижу в кафе, затерявшемся среди переулков со старинными названиями. Конечно, я могла бы перекусить за стойкой какой-нибудь привокзальной забегаловки, но сегодня я могу (и хочу!) позволить посидеть за столиком у окна, в уютном, тихом кафе, наблюдая за голубями на улице.

Передо мной чашечка чёрного кофе, мороженое в вазочке и в такой же вазочке розовая масса чего-то, похожего на мусс, что готовила мама в детстве. Клюквенный и полезный. Как сказал официант: «У них сегодня какой-то повод и они угощают». Пустячок, а приятно. В рюкзачке, который висит на спинке стула:

а) кошелёк, с суммой честно заработанной головой, и мне нисколько не жаль, оставить какую-то её часть (суммы) здесь в кафе.

б) записная книжка, с кипой визиток, записочек, телефонных карточек (вы помните, были такие, с магнитными полосками, для каждого города нужна своя), и ещё масса различных по форме носителей информации,

в) паспорт, с двумя вклеенными фотографиями, наглядно демонстрирующими, какой была, какой стала.

и г) билет на поезд, который через несколько часов отчалит от перрона этого города.

А пока время есть. Я сижу в кафе и пью кофе с мороженым.

Вообще-то я не курю. Я действительно считаю, что это вредит здоровью, особенно тех, кто оказывается рядом. Но иногда, жалею, что эта привычка мне чужда.

Я представляю, как нелепые, пустые, тяжёлые паузы можно заполнить этим ритуалом. Не спеша, а быть может наоборот, нервно, со множеством лишних движений, достаю сигареты и зажигалку, демонстрируя вкус и полное поглощение этим. Если бы я курила, у меня бы были длинные дорогие сигареты и эксклюзивная зажигалка. Подношу сигарету к губам. Освещаю лицо огоньком. Почти свеча, почти интим. Говорят, что это успокаивает нервы, даёт время подумать, но это всего лишь маска. Это игра в «замирание», попытка почувствовать себя выше ситуации, быть вне её, посмотреть со стороны.

Прищурив глаза, смотрю куда-то вдаль и держу паузу. Очень медленно выпускаю дым и окутываю себя облаком загадочности. Небрежно стряхивая пепел, можно произнести: «Ну и…», если кто-то рядом, но это большой роли не играет. Это «Ну и…» и так парит в воздухе. Это будет продолжаться ровно столько, насколько хватит сигареты.

И если за окном идёт снег хлопьями, а под конусами света фонарей спешат редкие прохожие… можно и нужно слушать в тишине, в паузе, в дымке, момент и абсурд происходящего. Можно. Но я не курю. Быть может, поэтому мне не хватает времени, чтобы остановится и осмотреться. Я пью кофе и смотрю в окно.

По сюжету ко мне сейчас должен подсесть мужчинка средних лет, незаурядной внешности. Ведь в книгах, а в прочем и в жизни, именно в кафе, к красивым и одиноким девушкам подсаживаются и начинают разговор.

А я сейчас красива и если кто-то с этим не согласен, я пронзю его таким взглядом, что слова свои он заберет назад ещё и извинится. А на счёт «одинока». Почему-то считается, что если на соседнем стуле сейчас не присутствует мужчина – женщина одинока. Хотя, как мне кажется, состояние одиночества выдают только глаза. Но мои сейчас этого сделать не могут – они наблюдают за голубями. И так, если бы ко мне сейчас всё же подсели… Сначала он, конечно, просто возникнет и спросит:

– У вас свободно?

Я кивну. Он начнет усаживаться. И вот ему уже удобно. Я оторву свой взгляд от окна и томно направлю его, на того, кто рядом. Он уже виновато улыбается и делает глоток своего кофе. Тут я нарушу паузу:

– Я слушаю…

– Кого? – он напрягает слух и оглядывается по сторонам.

– Я Вас слушаю. Вся во внимании. Вокруг полно свободных мест, а Вы ко мне подсели. Наверное, хотите о чем-то поговорить? Кстати, меня зовут…

– Давайте без имён. Как будто мы уже знакомы. – Он включается в игру со своими правилами.

– Хорошо, тогда я на правах знакомой интересуюсь, а почему, по какому поводу мы сидим напротив друг друга и ведем этот разговор?

Возможно, мне доверится история про тяжёлую жизнь, про жену, работу, друга, собаку – не важно. Я буду вставлять «надо же», «бывает же», «вот с…», «ну что же»…

Последние глотки кофе будут неприятно прохладными.

Голуби за окном улетят – проедет снегоуборочная машина.