Опасная профессия - Кирилл Николаевич Берендеев

Опасная профессия

Кирилл Берендеев

Корректор Александр Барсуков

Корректор Павел Амнуэль

Фотограф «Коттонбро» Студия

Дизайнер обложки Кирилл Берендеев

© Кирилл Берендеев, 2023

© "Коттонбро" Студия, фотографии, 2023

© Кирилл Берендеев, дизайн обложки, 2023

ISBN 978-5-0060-3677-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие автора

Детективный жанр литературы уникален. Вряд ли человек будет читать иное произведение, в котором так мало значит финал. Конечно, всегда любопытно узнать ответ на загадку, обозначенную в начале, но сам процесс ее распутывания подчас значит куда больше, нежели последующая расстановка всех точек над i. И это вовсе не прихоть какого-то одного автора, но, по сути, основа жанра. Взять хотя бы самые известные произведения Дамы Агаты. Кто сейчас вспомнит, в чем заключалась вина Роджера Экройда? Однако, сама история, поданная от лица убийцы, безусловно, запомнилась всем. Смутно можно припомнить, за что двенадцать пассажиров «Восточного экспресса» казнили преступника, спасшегося от суда, кажется, была какая-то убитая девочка… Зато все прекрасно помнят фееричную идею коллективной мести эдаким жюри присяжных, когда сообщники самых разных возрастов, сословий и наций сплотились, чтоб наказать виновного. И безусловно, не так важно, каким образом судья решил устроить феноменально запутанное преступление на Негритянском острове, главное, сам процесс безрезультатного, именно такого, поиска виновника и фееричных смертей преступников, ускользнувших от правосудия, но не от человека, объявившего себя перстом судьбы и дланью всевышнего.

Так же можно припомнить истории о комиссаре Мегрэ или патере Брауне, о Холмсе или Мейсоне, не суть важно. В детективной истории читателя заманивает и привлекает нетривиальная завязка и тайна, которую интересно распутывать вместе с сыщиком, пытаясь обогнать того в догадках. Но вопрос «а почему все это произошло?» – он при этом уже не так важен. Главное, эта игра в загадку. И тут важно, чтоб автор честно играл с читателем, не припрятывая тузов в рукаве и не утаивая от внимательного взора особо важных деталей; право же, иные детективщики часто грешат подобным, что, конечно, никак не играет им на руку. Хотя благодушный читатель и не такое способен простить. Что обычно спускается с рук – это мотивы преступления, чаще всего, они выпаливаются скороговоркой в самом конце произведения, одним большим абзацем, до которого удовлетворенному ходом расследования читателю уже нет особого дела – если автор расстарался и предоставил внимательному зрителю все необходимое для получения удовольствия. А именно: запутанный сюжет, неожиданные повороты, и, конечно, знаменитую формулу: «подозреваются все». Иначе произведение ждет незавидная участь проходного, прочитав которое, его тотчас безоговорочно забывают.

Но это я о классическом детективе. В нуарном все немного иначе. Прежде всего, важна не только и не столько запутанность сюжета, сколько вовлеченность главного героя в самые невероятные, подчас, невероятные приключения, и чем опаснее они для его здоровья, а чаще, жизни, тем интересней следить за расследованием. Да иногда и само дознание оборачивается против него – когда герой находится по другую сторону закона, но при этом все равно вызывает сочувствие. Это сложно воплотить, непросто не скатиться в пошлость, выписывая часто аморальные поступки сочувственного преступника, но в этом и есть прелесть подобного произведения. Когда система ценностей вывернута наизнанку, когда главное не торжество закона, а его слепота, куда сложнее следовать каноническим моральным ориентирам. И тем более, описывать следствие в следствии, если правоохранительные органы заняты поимкой того, кого они считают преступником, а тот в это же время пытается наказать подлинных виновных. Это высший пилотаж. Как тут ни вспомнить лучшие романы Чейза или Хэммета.

После такого сравнения трудно переходить на собственные произведения. Однако, ни в коей мере не возвышая достоинств и не принижая недостатки данного сборника, коротко расскажу о том, что предстоит прочесть вам в этой книге.

Здесь собрано немного классических детективных рассказов, написанных от лица полицейских, бывших или нынешних, еще несколько нуарных из тех, о которых я поговорил чуть подробнее немного выше. И целый цикл приключенческих историй под названием «Высокое искусство взлома и проникновения», повествующих в ироничном ключе о похождениях не слишком удачливого, но все равно хорошо известного в определенных кругах медвежатника Власа Копейкина. А еще повесть «Ежедневник на этот год», написанная на стыке детектива классического и нуарного и рассказавшая оборотную сторону одного преступления. И несколько рассказов, которых можно отнести к триллерам. Надеюсь, в этом сборнике каждый да найдет произведение на свой вкус и настроение, а может быть, и не одно.

Приятного вам чтения!

С уважением,

Кирилл Берендеев

Опасная профессия

– Будь внимателен, но не тормози, – продолжал напутствовать меня Шатун. – Быстро разберись и к стороне. А потом дела передашь сыну, он твое заключение оформит, как полагается.

Я дал отбой и обернулся. Старик стал сдавать, прежде за Кондратом Козельцевым, вором в законе по прозвищу Шатун, подобного не водилось. Давил авторитетом, если надо, грубой силой. Впервые услышал что-то вроде просьбы, пусть и замаскированной под приказ. Стареет. Или в долг взял, поди пойми. Но тоже не просто так, раз напомнил про «уважаемых людей, которые у меня играются».

– Батя все подробно обсказал? – спросил Шрам. Я кивнул. – Пойдем, посмотришь, что да как.

Дело виделось простым до невозможности, странно, что Шатун потребовал моего участия. Может, вспомнил, как мне удавалось расследовать дела подобного рода, так это не моя заслуга, скорее, статистики – большая часть преступлений, попадающих на стол оперативнику, раскрывается в течении суток. Немудрено, что в той жизни у меня случались и премии, и почетные грамоты и звездочки. Пока не заловили на смешном – превышении полномочий при задержании. Смеялись, верно, те, кто не попался. И сам Шатун, раз в отработку четырехлетней давности события я до сих пор на него ишачу.

Подпольное казино старика обкрадывал кто-то из персонала, скорее всего, один из кассиров. Этого нечистоплотного пытался вывести на чистую воду бухгалтер Шатуна, Алексей Свириденко, по прозвищу Счетовод, для чего вызвал троих, работавших в особо подозрительную смену, и по очереди проводил беседы. Вот только вызнать не успел, после окончания разговоров Счетовода нашли с простреленным легким. Свириденко скончался на месте, врача вызвать не успели.

Старик решил бучу не поднимать, он вообще очень осторожно отнесся к случившемуся. Мне долго рассказывал про «обстоятельства» и «уважаемых людей, игравшихся в казино», все это было совершенно не похоже на прежнего Шатуна, проходившего в мою бытность работы в полиции, по десятку дел, но лишь свидетелем. Ни тогда, ни сейчас привлечь Козельцева не удавалось, настолько он был и осторожен и беспощаден как к своим, так и к чужим. Достаточно вспомнить, что после свидетельств того же Свириденко, он на полдня подвесил за руки своего сына, да, вот этого самого Шрама, когда только заподозрил того в присвоении денег. С той поры Аркадий пусть заматерел, но лишь с еще большим пиететом стал к отцу относиться. Шатуна боялись все, что там говорить, я не исключение. А его сынка и подавно, с ним лучше одной дорожкой не ходить, недаром даже сейчас, собираясь на мокрое дело, оружия никакого не взял, кроме ножа-бабочки, специально затупленного, чтоб резать, уродуя лицо или тело. За что отморозок, за которым числилось с полдюжины предполагаемых убийств, и получил это погонялово. А сейчас сопровождал меня к месту преступления, на окраину города, где находился офис Свириденко.

Бухгалтер работал в компании «Национальный интерес», выискивавшей лазейки в законе, чтоб скостить налоги или получить субсидии. Ничего особенного, если не считать, что Свириденко работал на Шатуна уже лет десять. Слыл честным малым, точным и строгим, многие небезосновательно боялись его появления в неурочный час на своих подпольных предприятиях, завязанных в семейный бизнес