Островский в Берендеевке - Виктор Бочков

Виктор Бочков

Островский в Берендеевке

© Бочков В. Н., 2013

© ООО «ООО ТД Алгоритм», 2013

Полна чудес Ярилина поляна

Есть еще, уцелели у нас, в России, вопреки всем вихрям времени, и вправду сказочные места. И одно из самых загадочных – костромское Щелыково за Волгой, в окружении темных, «сусанинских» лесов, прохладных вод петляющих речушек, крутых оврагов, косогоров, цветущих ковров разнотравья. А знаменито оно тем, что тут, в своей усадьбе, жил с семьей – женой Марьей Васильевной и четырьмя детьми – великий русский драматург Александр Николаевич Островский. Здесь написал он половину своих пьес, в том числе «Лес», «Волки и овцы», «Бесприданницу», «Дикарку», и чудо из чудес – «Снегурочку».

Однажды, в первый свой приезд, когда имение еще принадлежало отцу и мачехе А. Н. Островского, плененный дивной природой писатель услышал от местного мужика про лесную долину со Святым ключиком, о некогда явленной там иконе и старичке-монахе, срубившем на поляне часовенку-келью, в которой жил отшельником…

Тогда, в мае 1848 года, двадцатипятилетний Островский оставит взволнованную запись, еще не предполагая, во что потом выльется эта встреча с зачарованной стороной: «Первое и самое сильное чувство, которое производят на меня эти красоты природы, для меня болезненно, мне тяжело, мне надобно облегчить свою грудь, надобно поделиться с кем-нибудь этими неотступными впечатлениями, которые лезут в душу со всех сторон». Какое счастье – и творческое, и житейское – испытает он в Щелыкове спустя годы, какую трепетную силу наберет вдруг проснувшийся в нем поэтический дар!

Смотри, дитя,какое сочетаньеЦветов и трав,какие переливыЦветной игрыи запахов приятных!Один цветок,который ни возьми,Души твоейдремоту пробуждая,Зажжет в тебеодно из новых чувств…—

так прощается в Ярилиной долине Весна-красна с дочерью Снегурочкой, стараясь зажечь в ней любовь, в весенней сказке Островского…

От речки Куекши – через мостик, а там по узкой тропинке сквозь малинник, переступая мозолистые корни старых сосен, – всего рукой подать. Но кажется, зашел ты далеко в глубь леса, охваченный вдруг настороженной тишиной поляны, замкнувшейся и затененной большими, крепкими ветвями елей. И сердце замерло от неясного ожидания – чего, кого?.. Но – чу! – журчит лесной ручей. Где, по преданию, растаяла Снегурочка, ее Ярило-солнце растопило, теперь бьет ключик, серебрясь на солнце и играя песчаным дном. И будто, говорят, там бьется ее сердце… Цветы цветут, и бабочки порхают, и стрекозы. Не иначе забрел ты не в лесную глушь, а в рай земной. «Полна чудес могучая природа!»

Влечет, притягивает Щелыково однажды сюда попавшего. Среди лесных зарослей из лета в лето тут можно было встретить любимца публики актера Юрия Яковлева в неизменном для своего отдыха простом тренировочном костюме или незабываемую балерину Екатерину Максимову с заполненной доверху корзиной белых грибов… Ну а уж актеры Малого театра облюбовали здешний край со времен Островского. На стенах его дома, давно музея, в резных деревянных рамках, сделанных руками самого драматурга и схожих с наличниками местных окон, – портреты его друзей-актеров: от Прова Садовского до обожаемого им провинциального артиста Загорского, ставшего прототипом Несчастливцева в «Лесе».

Очарованные красой заповедного уголка, мы стремимся сюда душой снова и снова. И потому на дне Голубого ключика Ярилиной поляны так много посверкивающих мелких монеток – примет непременной будущей встречи с мечтой, сказкой, в которую так или иначе, а хочется верить всю жизнь.

Татьяна Маршкова

Снегуркина беседка

Костромское сельцо Щелыково – усадьба с богатой историей. И, как во всякой старинной усадьбе, бытует здесь множество преданий. А больше всего они связаны с местом, на котором стоит «Снегуркина беседка».

Если пройти от мемориального дома Александра Николаевича Островского по «горбатому» мостику, спуститься еловой аллеей в парк, свернуть по тропинке на запад, перейти еще один мостик, то справа между деревьями на высоком холме можно разглядеть силуэт легкого паркового сооружения. Это двухэтажная деревянная беседка, восьмигранная, с тесовой крышей в виде остроконечного гриба. Внизу стоит стол на одной ножке, у перил – скамейки. Наверх ведет крутая лесенка, ни стола, ни скамеек там нет.

Беседка поставлена как бы на мысу, образованном двумя оврагами. Можно догадаться, что прежде из нее открывался красочный вид далеко окрест, теперь же обзор закрыт разросшимися внизу разлапистыми соснами. От беседки можно пройти по тропке через парк и к прогулочной аллее. Тогда на пути будут заметны справа большие ямы. Откуда они тут?

Внучка великого драматурга Мария Михайловна Шателен, родившаяся в 1895 году, в своих неизданных воспоминаниях пишет: «В верхней, северной части парка, среди деревьев между оврагами было много поросших малинником ям от когда-то стоявших там строений. У «Снегуркиной беседки», вокруг нее и по дороге к ней было много остатков старинного кирпича, следы кирпичной кладки оснований круглых больших колонн, слева под слоем земли и уже обросшие старыми толстыми соснами были остатки подвалов с бутовой кладкой. По устным преданиям, пока еще никакими архивными документами не подтвержденным, там во время оно стоял основной барский дом громадного кутузовского имения, поодаль, где остались ямы, – избы дворовых крестьян. Потом дом сгорел, овраги разрушили площадку…»

Щелыково, в XVIII веке принадлежавшее знатному роду Кутузовых, действительно, было одной из богатейших костромских усадеб. Большой каменный барский дом, огромные службы из красного кирпича, оранжереи с тропическими растениями, пруды с экзотическими рыбами… Отставной гвардейский генерал Федор Михайлович Кутузов, проживший долгие годы в столице, при пышном дворе Екатерины II, умел показать себя и в провинции. К нему, богачу, двенадцать лет кряду избиравшемуся костромским предводителем дворянства, съезжалась на празднества вся губернская знать.

Увы, не щадили Щелыкова и пожары. Самый первый и самый страшный – в 1770-е годы. После него господский дом на прежнем месте не восстанавливался.

Значит, предание, запомнившееся внучке драматурга, в основе своей достоверно. В таком случае возникает вопрос – что же увидел на месте сгоревшего кутузовского дома Александр Николаевич Островский, когда в мае 1848 года впервые приехал в Щелыково? Руины, сползающие в образовавшийся в конце XVIII века овраг? Или уже беседку?

Ответ на этот вопрос неожиданно дали сотрудники Всесоюзного объединения «Леспроект» в 1971–1972 годах. Чтобы разработать перспективный план лесопарковосстановительных работ в Щелыкове, им пришлось стать и археологами, а результаты своих изысканий они изложили в документе, написанном даже не слишком сухо. По их заключению, на перешейке между оврагами был «построен большой декоративный павильон. Произведенные обследования территории, анализ рельефа, обмеры сохранившихся ям от фундаментов и оснований круглых колонн позволяют сделать такое предположение. Характер кладки из большемерного кирпича на известковом растворе соответствует середине – концу XVIII века. Можно полагать, это были два квадратных в плане здания, соединенные галереей с двумя декоративными беседками в виде двух десятиколонных ротонд. Причем колонны ротонд, имеющие в основании 75 и 60 см, чередовались между собою».

В этом тоже нет ничего удивительного. После пожара рачительный Кутузов, не желая оставлять развалины и учитывая, что отсюда открывается красивый вид, возвел на месте сгоревшего дома внушительное парковое сооружение, использовав пригодный кирпич. Там хозяева и гости, гуляя по тогда же разбитому парку, отдыхали, укрывались от дождя. Павильон просуществовал где-то до 1820-х годов – во всяком случае, ко времени появления в усадьбе Островского его уже не было. Уцелели одни руины.

Но одно из строений на мысу между оврагами, стоящее там с кутузовских времен, Александр Николаевич все же застал. При разделе имения Кутузовых в 1813 году между наследниками, в описи построек значится каменная кладовая, доставшаяся младшей дочери генерала Прасковье. Но где находилась кладовая, когда была сломана – об этом в позднейших документах сведений нет.

У драматурга была сестра Надежда Николаевна, на 19 лет моложе, учительница и общественная деятельница. Совсем ребенком она жила с родителями в Щелыкове, и детские впечатления глубоко врезались в ее память. Надежда Николаевна еще при жизни брата начала писать повести и рассказы для юношества, широко пользуясь воспоминаниями собственного щелыковского детства. Так, в 1901 году она опубликовала повесть «Жизнь прожить – не поле перейти». Из нее мы узнаем об играх младших Островских «у каменной кладовой, стоящей неподалеку от оврага. Кладовая имела очень оригинальный вид – круглой формы, с крутой высокой крышей, с крепкой железной дверью, небольшие окна, пробитые в толстых стенах, защищались железными ставнями». Отмечается и то, что кладовую построили Кутузовы.