Огонь, вода и шишки - Светлана Леонидовна Виллем

Светлана Виллем

Огонь, вода и шишки

Глава 1

Давным-давно, когда деревья ещё были большими, реки и озёра полноводными и глубокими, берега крутыми и неприступными в одной небольшой, но по-своему красивой деревне жил да был купец по имени Фёдор Матвеевич. Он занимался торговлей пушниной, рыбой, лесозаготовками, содержал большой двор и своё многочисленное семейство. Фёдор Матвеевич слыл строгим, крутым на расправу, не терпящим непорядка в своём огромном хозяйстве. Не только работников, но и жену, и пятерых детей он держал в ежовых рукавицах и требовал беспрекословно выполнять все его распоряжения. За любое непослушание провинившегося ждало неминуемое наказание. И совсем неважно простой работник это был или кто-нибудь из семьи. Фёдор Матвеевич пребывал в полной уверенности в том, что только ему одному и ведомо как нужно правильно жить и считал, что все абсолютно довольны такой вот «правильной» жизнью. Иными словами, строгость и догляд за всеми и во всём. И никак иначе.

Марфа, так звали жену Фёдора Матвеевича, покорно соглашалась со своим мужем и никогда ему не перечила. Едва достигнув восемнадцатилетия, Марфушку сразу же выдали замуж за Фёдора Матвеевича, который к тому времени был намного старше своей невесты и имел от первых двух жён четверых сыновей. Наверное, подсознательно, Фёдор Матвеевич мечтал о дочери, поэтому и женился в третий раз на совсем молоденькой девушке, которая ему как раз в дочери и годилась, и которая могла ему родить долгожданную девочку, но судьбе было угодно распорядиться по-другому. Через положенный срок Марфа благополучно разрешилась здоровеньким мальчиком, которого нарекли Иваном.

В деревне, где проживало семейство Фёдора Матвеевича поговаривали, что первые две жены хозяина большого двора умерли не столько от болезней, сколько от того, что на их хрупкие плечи была взвалена слишком непосильная ноша в виде работы по дому, по хозяйству, по уходу за детьми и суровым мужем. Конечно, у Фёдора Матвеевича было достаточно слуг и работников, но он не делал никаких исключений для своих жён и также, как и от других требовал трудиться почти что круглосуточно. В итоге, бедные женщины чахли, болели и в скорости умирали. Неудивительно, что местные деревенские жители искренне сочувствовали третьей молодой жене купца, жалели её и были уверенны в том, что вскоре Марфушку постигнет та же участь, что и первых двух жён Фёдора Матвеевича.

Но шли годы, а ничего подобного не происходило. Наоборот: из юной девушки Марфа превратилась в статную, крепкую, молодую женщину, которая, казалась всем довольной и даже счастливой. Местные жители удивлялись такому факту и в недоумении пожимали плечами. «Что-то здесь не так», — между собой говорили они. «Может быть купец где-то достал какое-нибудь волшебное зелье, которое наполняло силами не только его самого, но и его молодую жену», — так считали

некоторые жители деревни. Правда это было или нет, но истина скрыта за высоким забором и семью замками. Большое хозяйство и семейство Фёдора Матвеевича пребывало в полном достатке и благополучии.

Шло время, сыновья подрастали, Фёдор Матвеевич постепенно приучал их к своему делу, никто не роптал и не противился, кроме… самого младшего сына — Ивана. С малолетства мальчишка отличался от своих названных братьев своим непосредственным характером и своеобразным взглядом на всё, что его окружает, что видит и что слышит. Одна беда: не с кем было поделиться Ивану своим мнением и разумением. Названные братья считали его малолетним недоумком или по-простому дураком, отца своего Ваня боялся как огня и при виде его старался куда-нибудь спрятаться, а если не получалось, то так сжимался и окаменевал, что и сам ни ног своих, ни рук, ни вообще, тела не чувствовал. Матушку, Ваня наоборот, очень любил и всегда старался во всём ей помогать, потому что Марфушка была с ним нежна и ласкова, утешала и защищала его от нападок названных братьев, объясняла непонятное, а если и сама чего не знала, так говорила, что, мол, когда вырастешь, сам во всём разберёшься. «Эх, поскорей бы уже вырасти», — частенько вздыхая, грустно думал Ваня.

Однажды, ранним осенним утречком матушка попросила своего ненаглядного Ванечку сходить в ближайший лесок за шишками. Марфушке они были необходимы для её поделок, которыми она очень увлекалась в свободные, редкие часы отдыха от тяжёлой работы по огромному хозяйству. В руках мастерицы шишки чудесным образом превращались в забавные детские игрушки, рождественские венки, корзины, украшения и многое, многое другое. Своими искусными поделками Марфушка украшала дом и многочисленные пристройки, а чаще всего просто раздавала их всем желающим жителям деревеньки. Фёдор Матвеевич поначалу ругался и даже запрещал своей молодой жене заниматься, как он выражался: «чёрт знает чем». Но постепенно, видя, что странная прихоть Марфушки никак не мешает ей справно исполнять свои многочисленные обязанности, Фёдор Матвеевич махнул рукой и больше не обращал внимания на «выкрутасы» молодой жены. Да и с годами он стал как-то мягче, не таким грозным что ли… В округе поговаривали, что всё это опять колдовство и никак иначе.

Десятилетнему Ивану неинтересны были «дурацкие» слухи и сплетни, он старался не обращать на них никакого внимания, но ушки держал на макушке. Мало ли, что может пригодиться…

— Матушка, тебе каких шишек больше принести? Больших или маленьких? — уточнил Ваня, повесив на плечо холщовую котомку.

— А поровну. — Улыбнулась Марфушка и погладила по голове Иванушку. — Смотри только, далеко в лес не ходи. Не дай бог заблудишься.

— Ну что ты, матушка?! — сердито возмутился Иван. — Что я маленький что ли… — буркнул напоследок и, выскочив за ворота, резво побежал сначала по дороге, затем, через поле и вот он и лес.

Ранним солнечным сентябрьским утром лес выглядел приветливым и совсем не страшным, каким иногда про него поговаривали местные кумушки. До любопытного Ваниного уха не раз долетали разговоры о том, что в их лесу кто-то там непонятный завёлся, заманивает в самые глухие чащи домашних животных, которые потом исчезают без следа. А на днях Иван слышал, как две старые бабки, которые стояли возле колодца, переговаривались о том, что какая-то Варька ушла давеча за грибами и до сих пор не вернулась. Её уже и искали, искали, а всё бес толку. Ванечка тогда спросил матушку, мол, правда всё это или нет, а матушка почему-то сильно рассердилась и закричала, чтобы Ваня не слушал всякие глупые разговоры, а лучше помогал ей побольше по хозяйству, вон, мол, иди и помоги конюху деду Грине лошадей