Плохая репутация Курочки Рябы - Донцова Дарья

Дарья Донцова

Плохая репутация Курочки Рябы

© Донцова Д.А., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Глава первая

Если любишь человека, то люби и его личных тараканов.

– Ты в свитере? – удивился Гарик. – А ничего, что на дворе август?

Я потянулась к чайнику с заваркой.

– У каждого свои странности.

– А вот у меня ни одной, – заявил Дегтярев.

Марина хихикнула.

– Ничего смешного я не сказал, – пробурчал полковник, – у меня на редкость неконфликтный характер. Я некапризен в еде, не скупаю модную одежду, всегда вежлив, уважаю чужое мнение, не хвастун, не требую от окружающих похвал и признания своих очень больших заслуг. Мне свойственны смирение и спокойствие. Да я просто бриллиант среди мужчин. А что в той голубой миске?

– Салат из белой фасоли, очень вкусный, необычный, – объяснила Марина, схватила столовую ложку и положила мужу на тарелку большую порцию закуски, – попробуй!

Полковник вскочил.

– Нет, спасибо, убери немедленно.

– Почему? – спросила наша кулинарка. – Это мной придуманный рецепт. Берем белую фасоль, которую называют жемчужной…

– Как романтично съесть жемчуг! – улыбнулась Нина и ушла на кухню.

– В этой столовой останутся или я, или сей салат, – отрезал Дегтярев.

Марина опешила.

– Милый…

– Нет, – остановил ее муж, – я совершенно некапризен в еде, но бобовые терпеть не могу!

С этими словами Александр Михайлович выбежал из столовой.

– Что с ним? – изумилась Марина.

– Просто ты до сих пор не готовила фасоль, – ответила я.

– Да что с ней не так? Объясни, – потребовал Гарик. – Дегтярев с большими тараканами, но…

Он посмотрел на свой мобильный, взял его и вышел из столовой.

Марина переместилась на пустой стул около меня.

– Нас тут теперь только трое! И все неболтливы.

– Я ничего не слышу, – тут же донеслось из кухни, – уши болят, беседуйте спокойно. И вода шумит.

– Давным-давно, – начала я, – когда Дегтярев еще не был полковником, а молодым, только что принятым на работу сотрудником, его вместе с опытным Сергеем Киселевым отправили в дачный поселок Переделкино. Там случилась кража. У одной жительницы пропало жемчужное ожерелье. Такой мелкой проблемой должно было заниматься местное отделение милиции. Но в Переделкине жили известные советские писатели, журналисты, с ними следовало вести себя почтительно, поэтому и вызвали людей аж с Петровки.

Александра Михайловича и Киселева встретила сама хозяйка, дама пенсионного возраста, жена главного редактора очень популярного в советские годы журнала. Супруг ее не только рулил печатным изданием, но еще писал романы про рабочий класс. Финансовое положение семьи было завидное, все ее члены жили в роскошном особняке в окружении прислуги. Муж постоянно вручал жене подарки, в основном ювелирные украшения, которые та нежно любила. Принято считать, что все советские люди обожали колбасу, сосиски, пельмени и ели их с утра до ночи. На самом деле большинство граждан могло себе позволить в месяц небольшое количество «Любительской» или «Докторской». Зарплаты были невелики, а за килограмм вареной радости, в зависимости от ее сорта, надо было отнести в кассу от двух до трех рублей. А «Языковая» стоила почти четыре целковых. Если семья состояла из матери, отца, бабушки, дедушки, двух детей, то часто лакомиться колбаской не приходилось. Многие хозяйки тех лет умели готовить «из ничего». За пару дней до получки кулинарная фантазия советских женщин била ключом. Пожарить из двух яиц омлет для пяти человек? Легко. Приготовить обед на субботу-воскресенье из одной тощей куриной ножки? Элементарно. Сделать к чаю печенье на рассоле от лично законсервированных огурцов? Как нечего делать. Никогда не слышали о таком? А вот моя бабушка его часто пекла, когда у нас заканчивались деньги[1]. Помню шеренги банок, которые мы привозили из деревни, в которой Афанасия Константиновна снимала сарайчик на лето. Заготовки на зиму закатывали и в семьях всех моих одноклассников. В те времена очень ценились бабушки, которые жили в Подмосковье и держали корову, коз, кур, гусей. Такая старушка-кормилица родных и летний лагерь для внуков.

Дама, у которой пропало ожерелье, тоже хотела получать к завтраку все свежее не из магазина. Поэтому у нее был хозяйственный двор, где жили куры. Ухаживала за птицей специально нанятая женщина, и она в конце концов рассказала правду.

Незадолго до пропажи колье хозяйка велела пригласить в гости пятилетнюю внучку домработницы, чтобы надеть на нее ожерелье. Зачем? Настоящий жемчуг умирает, если долго не соприкасается с телом человека. А дама давно не надевала бусы, они потускнели. Лучший способ возродить жемчуг, украсить им какого-то малыша. Шебутная девочка гуляла в дорогом колье под наблюдением бабушки, но ту что-то отвлекло. Поняв, что за ней не следят, внучка удрала из особняка. Нашли ее в курятнике, где крошка играла с птицей. Жемчугов на ребенке не было.

Перепуганные женщины, домработница и та, что следила за курами, обнаружили в курятнике замочек от ювелирного украшения.

– Куры склевали жемчужины, – плакала помощница по хозяйству, – только не выдавайте нас.

– Обеих уволят, – рыдала куриная «няня».

Сергею стало жалко тетушек, он сообщил жене главного редактора, что… в открытое окно ее спальни влетела сорока. Как известно, эта птица обожает все блестящее. Незваная гостья украла ожерелье, направилась в свое гнездо и по дороге уронила добычу прямо у домика с курами. А те по своей глупости приняли жемчужинки за какие-то зерна и склевали их.

Фантастичность версии зашкаливала за все пределы, но дама поверила в разбойницу-сороку и ахнула:

– Что теперь делать?

Помня приказ начальства во что бы то ни стало угодить супруге важного человека, Киселев пообещал:

– Саша найдет жемчужины, он внимательный, трудолюбивый.

Дегтяреву вручили совочек, крохотные грабельки из детского набора «Садовод-огородник» и велели тщательно перерыть все отходы жизнедеятельности кур. Дегтярев копался в гуано до вечера и собрал-таки перлы. Но с тех пор он не ест яйца и терпеть не может женщин, которые носят ювелирные украшения с жемчугом. Правда, омлет толстяк любит и от пирогов не откажется. Ненависть полковника распространяется только на настоящий жемчуг, искусственный не вызывает у него отторжения.

Нина высунулась из кухни.

– Неужели Александр Михайлович способен отличить эрзац-жемчуг от настоящего? Я никакой разницы не вижу.

– Если бы ты целый день в куриных какашках прокопалась, выуживая жемчуг, то могла бы стать экспертом по вопросу его фейков, – заявила Марина. – Поеду в аптеку.

– Ты заболела? – спросила я.

– Нет, у Саши шея плохо поворачивается, – объяснила Марина, – он только прямо смотреть может.

– Наверное, его продуло, – предположила я.

– Самая лучшая растирка – скипидарно-анисовая, ею еще мой дедушка пользовался, – сообщила Нина. – Дашенька, у вас телефон мигает. Наверное, звук выключен.

Я схватила трубку и услышала голос Собачкина:

– Ты где? Приехала клиентка.

Глава вторая

– Мою сестру отравили, – закричала стройная женщина.

– Но вы минуту назад сказали: «Надя умерла от инсульта», – напомнил Кузя, глядя в один из своих ноутбуков, – врачи причиной смерти тоже назвали острое нарушение мозгового кровообращения.

– Они все идиоты, – отрезала Косина, – не могут диагноз правильно поставить. Люди дохнут, как мухи, потому что из мединститутов выпускают недоучек.

Экран на стене засветился, я увидела изображение очень полной женщины.

– При взгляде на снимок, – заявил Кузьмин, – становится понятно, что Надежда Викторовна не совсем здоровый человек.

– Почему вы пришли к такому выводу? – покраснела посетительница.