Плачущие тени (СИ) - Бузакина Юлия

Плачущие тени

…Это был самый настоящий бал. По случаю праздника зал в кампусе украсили гирляндами цветов и подсветкой. Гостей у входа встречал камерный оркестр. Всюду сновали юноши во фраках и девушки в бальных платьях. День студенчества праздновали помпезно и ярко.

На бал съехались студенты и преподаватели почти со всех подразделений университета. Представители местной власти чинно раздавали интервью средствам массовой информации, руководители подразделений снисходительно улыбались мелькающим юношам и девушкам в красивых нарядах.

А в будуарах, среди смеющихся и пробующих безалкогольную медовуху преподавателей пронесся робкий шепот о предстоящих сокращениях…

Новоявленный заместитель декана по воспитательной работе придирчиво осматривал студентов на входе в институт. Рыжеватые волосы без устали падали ему на широкий лоб и он небрежно отбрасывал их назад.

Наталья Петровна показала охраннику пропуск и проскользнула мимо.

— Доброе утро, Наталья Петровна! — дружелюбно заулыбался заместитель и услужливо пропустил ее вперед.

— И вам того же… — натянуто улыбнулась она в ответ, на ходу стягивая с головы противную шерстяную шапку. Почему-то жизнь научила ее не доверять такому типу мужчин. Таким всегда достаются выгодные должности и для них открываются самые труднодоступные двери.

Юридический факультет гудел. Казалось, здание развалится на части от такого шума и суеты. Студенты сновали туда-сюда, норовя сбить с ног, лаборанты с папками носились по лестницам, а преподаватели чинно сбивались в кучки, рассуждая между собой на тему предстоящего заседания в актовом зале. Ничего удивительного в таком ажиотаже не было. Февраль — официальное начало второго семестра.

Наталья Петровна запрятала шапку в объемную светлую сумку, до верха забитую нужными и ненужными книгами, распечатками текстов, и бодро шагала к родной кафедре.

Лаборантка Марьяша вскинула голову на скрип открывающейся двери. Ее симпатичное личико засияло улыбкой.

— Наталья Петровна! Доброго утречка! — подскочила она со своего места. — Как хорошо, что Вы сегодня пораньше! Студенты так и бегают с вопросом, когда Вы будете!

— Да, да… — устало взмахнула рукой Наталья Петровна и начала снимать с себя пальто и сапоги. Бережно упрятав верхнюю одежду в шкаф, она расправила складки на своей черной в белую полоску юбке и стряхнула невидимую пыль с черной блузки строгого покроя. Поправила перед зеркалом выцветшие светлые волосы, состриженные лесенкой, ободряюще улыбнулась первым морщинкам, с недавних пор поселившихся под глазами и шагнула в сторону полочки с чаем и кофе.

Благополучно устроившись возле окна с чашкой горячего кофе, Наталья Петровна рассеянно осматривала окрестности. Пейзаж за окном по суетливости ничем не уступал шуму в коридоре. Люди сновали туда-сюда под раскрытыми зонтиками, трамваи стучали по рельсам. Она вдруг подумала, что устала от всей этой суеты. Что жизнь безнадежно проходит мимо, что весь ее смысл сосредоточен здесь, на кафедре уголовного права, и нет никакой возможности от этого отойти, нет времени даже поднять голову и осознать, как много времени уже утекло сквозь пальцы. Но оставить кафедру, которой она заведовала последние шесть лет, не было никакого шанса, потому что в этом году ее сын, единственный и дорогой мальчик, закончит школу. Он обязательно будет поступать на юридический факультет. С его врожденным физическим недостатком — Платон прихрамывал на одну ногу из-за деформации стопы — ему будет сложнее, чем здоровым сверстникам, но тут уж Наталья Петровна встанет грудью и сын пройдет конкурс. Иначе для чего еще она отдает все свои силы факультету?

Хлопнула дверь, и на пороге замаячил очередной студент.

— Здрасьте… А Наталья Петровна подошла уже?

— Наталья Петровна Вас пригласит! — отчеканила Марьяша, отчего ее длинные, тщательно вытянутые утюжком волосы медного цвета возмущенно подпрыгнули. Студент стыдливо прикрыл дверь с обратной стороны.

— Вот никакого спасения от них нет! — участливо развернулась Марьяша к Наталье Петровне.

— Да, да… — все также рассеянно закивала хорошенькой Марьяше заведующая и снова отвернулась к окну. Ей хотелось еще немного побыть в одиночестве.

Дверь снова открылась. Марьяша открыла рот, чтобы осадить очередного нагловатого посетителя, но осеклась на полуслове. На кафедру пожаловал заместитель декана по воспитательной работе. Он вальяжно окинул взглядом почти пустое помещение, отбросил со лба рыжую челку и расплылся в улыбке.

— Марьяночка, какой сегодня день суетливый. Не найдется ли у вас чашечки кофе для меня?

— Конечно, конечно, Сергей Владимирович… — засуетилась Марьяша.

Наталья Петровна с удивлением повернулась.

— А с каких это пор в деканате закончился кофе? — поинтересовалась она у цветущего баловня судьбы.

— Ну-у, Наталья Петровна, в деканате он не обладает таким насыщенным ароматом… — весело хмыкнул заместитель декана и снова одарил улыбкой Марьяшу.

Улыбка Сергея Владимировича не вызывала у Натальи Петровны никакого оптимизма. Но Марьяша, видимо, считала по-иному. Кофе в пластиковом стаканчике был готов в мгновение ока.

«Наверное, я начинаю стареть. Сдаю позиции, если не понимаю щенячьего восторга нашей юной лаборантки…» — подумала Наталья Петровна.

— Наталья Петровна, Вы слышали про срочное совещание у декана сегодня? — прервал ее размышления Сергей Владимирович.

— Нет еще. А по какому вопросу? — отозвалась она.

— По вопросам нагрузки на следующий год.

— А… Ну, так это обычное дело. Во сколько совещание?

— В двенадцать.

Прозвенел звонок на пару. Заместитель декана спешно допил кофе и ушел. На кафедру толпой повалили студенты. Наталья Петровна загрузила ноутбук и окунулась в работу.

— Нет, это невыносимо! — путаясь в длинном платье, по окончанию пары влетела на кафедру психолог Юлия Викторовна, добродушная пышечка с объемной шевелюрой рыжих кудрявых волос. Она вела у студентов предмет «Психология общения», изо всех сил стараясь привить будущим юристам основы этикета. Юные дарования правила общения усваивали из рук вон плохо, и это вызывало шквал возмущения у ответственного преподавателя. — Они совсем не хотят соблюдать дисциплину! Волкова весь семинар высовывала голову в открытое окно и кому-то пыталась передать информацию! На мое требование выйти вон она отказалась подчиняться! Ей, видите ли, все равно, что я о ней думаю! Она не обязана уважать преподавателей! Все, я пишу докладную заместителю декана по воспитательной работе!

Толстая книга под названием «Психологический практикум» и папка с лекциями громыхнули о стол.

— На нашем факультете такого не должно быть. — Нахмурилась Наталья Петровна. — Пишите докладную, я возьму ее с собой на совещание. Там и передам Сергею Владимировичу.

— Это та блондиночка с первого курса, у которой губы чрезмерно ботэксом накачаны? — участливо повернулась к психологу Марьяша.

— Совершенно верно! — выдернула пластиковый стаканчик у кулера Юлия Викторовна. — Только накачивают губы не ботексом. Ботекс колют в лицо, чтобы морщины разгладить.

— Она и в деканате себя некорректно ведет. Вчера оттолкнула меня и вошла первой. — Пропустив замечание насчет ботекса, согласилась Марьяша с Юлией Викторовной.

— Родители избалуют своих отпрысков, а потом суют их к нам на факультет, надеясь, что мы сможем привить им чувство долга и ответственности! — наливая в пластиковый стаканчик кипяток, продолжала жаловаться Юлия Викторовна. — А главное, мальчишки себя так не ведут, как размалеванные девицы!

— Остыньте. Они же вчерашние школьники. Еще не привыкли к дисциплине, — снисходительно заулыбалась Наталья Петровна. — Но это так оставлять нельзя. Я сегодня же поговорю с заместителем декана. Надо обязательно провести воспитательную работу.

Тут ее взгляд упал на настенные часы.

— Мне уже пора на совещание. С докладной не успеваем. Но Вы пишите, Юлия Викторовна, пишите. А Марьяша Вам поможет. Отнесем чуть позже. — С некоторым сожалением улыбнулась она психологу и вышла в коридор.