Икона ведьмы - Антон Александрович Глазунов

Антон Глазунов

Икона ведьмы

Когда Филипп в детстве мечтал стать кладоискателем, он и представить себе не мог на сколько это грязная и лишенная всякой романтики работа.  В мечтах всегда возникали образы, навеянные произведениями Стивенсона. Там были и пиратские карты, и старинные замки, усыпальницы, и готические склепы, набитые золотыми монетами старинные сундуки, и даже хитроумные ловушки в запутанных лабиринтах.

  Вот и в это раннее майское утро, ступая на порог давно заброшенного деревенского дома, ему вспомнилось название одной из книг – “Владетель Баллантрэ”. А чего вспомнилось? Да он и сам не понял. Вспомнилось и всё тут.

– Эх, ну нету в Псковской области замков! – Задумчиво произнёс Филипп вслух.

– Ну ты и размечтался, – ответил его товарищ и счастливый обладатель металлоискателя Жека. – Даже если бы и были, перекопаны они все давно.

  Женя вошел следом за ним и начал расчехлять свой металлоискатель. С неудобной конструкцией этого внушительного аппарата Евгения мирило то, что он имел достаточно большую глубину поиска. На покупку этого чуда техники у Жеки ушла вся его зарплата, а потому он его холил и лелеял, носил словно хрустальную вазу. Собирал очень аккуратно, боясь перетянуть зажимные элементы конструкции.

  Пока Жека занимался сборкой, Филипп включил фонарик и прошелся по пыльному полу пристройки, осторожно ступая по скрипучим ступенькам поднялся ко входу в саму избу и толкнул старую деревянную дверь. Осветил фонариком небольшую комнату и почти сразу увидел лаз на чердак, точнее, это был не лаз, а потолок специально был кем-то разобран прямо над старой кроватью.

-Похоже кто-то не нашел вход на чердак и тупо разобрал потолок. – Сказал Фил, поднимающемуся по ступенькам Жеке.

  А тот уже включил свой аппарат, Фил это понял так как монохромный дисплей металлоискателя издавал слабый звук.

-Да, вероятно они использовали эту кровать, чтобы по ней забираться на чердак. –  задумчиво произнес Жека.

  Дом был деревянный довоенной постройки. На стенах ещё сохранились выцветшие зеленоватые узорчатые обои, пол был усыпан мелкими осколками кирпича, повсюду валялись старые, но, увы, уже никому не нужные вещи. Фил пнул ногой пыльный коричневый чемодан, лежащий на полу, в нем зазвенели фунфырики. Это был очень старый советский чемодан с металлическими уголками.

-Хорошая вещь для хранения инструмента, но, если там бутылки, то чемодан ужасно провонял – деловито заметил Жека. – Ты когда-нибудь находил закладные монеты? –  Спросил он Филиппа, водя металлоискателем по полу. Филипп пожал плечами, разглядывая чемодан.

– Находить монеты находил, а вот закладные ли они? Но ты и не там ищешь, надо смотреть между подушкой фундамента и первым венцом дома.

– Не учи ученого … – проворчал Жека. – Надо подняться на чердак. Давай я залезу по спинке кровати, а ты подашь мне металлоискатель, грабли и фомку.

 Жека с невероятным трудом залез в дырку на потолке, Филипп протянул ему аппарат, а затем подал инструменты, в этот момент он краем глаза заметил нечто: в углу над кроватью стояла икона. Увидев её, Филипп вспомнил, что иногда закладные монеты прятали именно под “красный угол”. Он подошел к иконе и руки сами потянулись к ней. Филипп стер влажной салфеткой пыль с лика, он оказался нарисованный красками и, во всяком случае Филипп был в этом уверен в тот момент, это была икона Богородицы. Но без младенца Исуса.

 Филипп не очень-то разбирался в иконах, нет, он их любил, любил и дорожил, дома у него был настоящий иконостас из самых разных икон, за них не предлагали много на скупках антиквариата. Это были копии, не представляющие особую культурную ценность, но имеющие безусловно ценность духовную. И расставаться с ними Филиппу не хотелось. За несколько лет кладоискательства их накопилось штук сорок, имелась в коллекции даже одна старообрядческая икона, икона святого Христофора. На ней был изображён воин в доспехах с головой волка. Таких называли псеглавцами. Это был, пожалуй, самый ценный предмет в его коллекции. И единственная икона, которую он не нашел, а купил. В Питере на “Перинных рядах”, в лавке антиквариата на втором этаже. Старинные иконы там лежали как дрова, перебирая “поленницу” Фил почти сразу заметил новодел на старинной рубленной доске. Пришлось дома стереть скипидаром образ святого Трифона, а под ним оказался святой Христофор. Эта же икона, которую сейчас держал в руках Филипп, состояла из двух досок, без следов ручной обработки, явно распиленных. Однако, она была написана красками, а значит, могла чего-то стоить на черном рынке.

– Удивительно, как её до сих пор не забрали? – сказал Филипп вслух.

– Ну, может кладоискатели до нас были набожными и не посмели. – услышал он над головой голос Жеки и чуть не выронил от испуга находку.  –  Ты не слышишь? Я тебя зову помочь мне мусор поднять, а ты тут стоишь как зачарованный. Дай икону посмотреть!

 Жека взял у Филиппа из рук икону, посветил фонариком телефона на её лик, повернул тыльной стороной, в надежде найти подпись автора, а потом небрежно кинул на кровать со словами:

– Новодел, ничего ценного, уж поверь бывалому…

  Работать металлоискателем на чердаке было невероятно сложно, Жека не мог встать в полный рост, сказалась также и длинна штанги самого аппарата. Фил убирал граблями мусор, а Жека проходился радаром металлоискателя по пыльной поверхности пола. Стоял густой и неприветливый запах потревоженной древности, вековая паутина прилипала к одежде, повисая на ней грязными серыми лохмотьями рваной ветоши. За два часа работы парни обнаружили только несколько мельхиоровых ложек, пару солдатских пуговиц и заводную ручку от патефона.

– Только зря время убили, бери икону и пошли, – с явным разочарованием в голосе сказал Жека, – Здесь пусто. Излазили дом до нас какие-то прохвосты…

   Фил завернул икону в сухую мешковину, которую нашел на чердаке и сунул находку в рюкзак.

   Выбравшись из дома, парни направились в сторону шоссе, где стояла их машина. Они шли среди полуразвалившихся изб и заросших кустарником цветущих садов.  Ботинки оставляли узорчатые следы на разбитой трактором, но сухой песчаной дороге. Большинство домов имели совсем печальный вид, но некоторые выглядели ещё пригодными для деревенского быта.

  Солнце грело спину, оно уже поднялось над горизонтом аж на две фаланги пальцев. Фил очень опасался, что их заметят. При виде чужаков с металлоискателем, местные реагировали,