Библиотека Ошо: Притчи старого города - Бхагаван Раджниш

Библиотека Ошо: Притчи старого города

Введение. Парабола поиска мудрости

Дерево, ствол которого с трудом можно обхватить, вырастает из крошечного ростка.

Девятиэтажная башня возводится из комка земли.

Путешествие в десять тысяч верст начинается с одного шага.

ДаоДэЦзин

Один из великих поэтов сравнил притчу с каплей воды, в которой отражается целый мир. Не случайно этот изящный жанр устного творчества вот уже на протяжении нескольких тысячелетий пользуется неизменной популярностью как у мыслителей всех рангов и категорий, так и у нас, простых смертных, заботящихся о чистоте души своей и сердца.

Что такое притча? Откуда пошла традиция излагать истину не обычным языком, а в завуалированном виде — с помощью образов, смысловых загадок и интеллектуальных ребусов?

Обратимся для начала к словарю. Притча, или парабола (от греч. pardbole), — краткая иносказательная история поучительного содержания. Кстати говоря, как литературный прием парабола до сих пор применяется в поэтическом творчестве.

Образным языком притчи пользовались практически все религии мира. Отталкиваясь от привычных образов и ситуаций, притча выводит слушающего ее в другое измерение реальности — к постижению вещей, на первый взгляд неизвестных, а на самом деле присущих глубинам человеческой души.

Для этого используются многообразные приемы. Обращаясь к совершенно различным уровням разума и духа, притча стимулирует воображение, требует проницательности и побуждает к размышлению. По мере того как вы вслушиваетесь в повествование, вы обнаруживаете в нем множество нюансов. И каждый раз это требует от вас новых усилий, новой зрелости, перехода на очередную ступень духовного роста...

Необходимое условие при этом — суметь отрешиться на какое-то мгновение от окружающей суеты и попытаться хотя бы краем глаза заглянуть за завесу, скрывающую от нас тайну.

Задачу эту можно значительно облегчить, если на время забыть о собственной взрослости и значительности. Вспомните, как слушают сказки, легенды и мифы дети. Они способны воспринять эти истории как нечто живое и динамичное, как нечто, что происходит здесь и сейчас. Становясь непосредственными участниками процесса, дети обретают бесценный опыт постижения истины. Истины без всяких теоретических выкладок и доказательств.

Давайте хотя бы на время попробуем стать детьми. Давайте приготовимся к маленькому чуду, которое может родиться в нашем сердце, если мы впустим в него мир с его светом и тьмой, с его радугой полутонов, с его вечными «да» и «нет».

ПТИЦА И МОРЕ.  

О человеке и душе его

Утешение в горестях

Однажды ученик спросил мастера:

— Учитель, мир полон горестей! В чем же найти утешение человеку?

— Смотря о каком человеке идет речь, — ответил мастер. — Мудрец утешает себя мыслью: «Что случилось, то и должно было случиться». Глупец же ищет утешение в ином: «Такое случалось и с другими. Но со мной этого больше не случится!»

Камень

Большой и красивый камень, недавно извлеченный из воды, лежал на небольшом возвышении над вымощенной мостовой, в обществе растений разных сортов и цветов. И видел он великое множество других камней, которые были собраны на лежавшей под ним мостовой.

И вот захотел он податься со своего места вниз, говоря себе так

— Что делать мне здесь с этими растениями? Хочу жить вместе со своими братьями.

И, устремившись вниз, достиг он желаемого. Но прошло совсем немного времени, и камень перелил радоваться своей участи. Вокруг непрестанно мельтешили колеса повозок, подкованные железом копыта лошадей, ноги путников: тот его перевернет, этот потопчет, иногда покроет его грязь или отбросы. И по сию пору тщетно взирает бедный камень на то место, откуда ушел, на место уединенного и спокойного мира.

Так случается с теми, кто стремится от жизни созерцательной уйти в суетный мир, в мир людей, полный нескончаемых бед и разочарований.

Павлин и шея

Однажды юноша решил покинуть свой родной город, чтобы отправиться на поиски великого знания. Его учитель посоветовал ему идти на юг и сказал:

— Встретишь павлина и змею — узнай их значение.

Всю дорогу юноша размышлял о словах своего учителя. И вот в конце пути он увидел змею и павлина. Юноша заговорил с ними.

— Я хотел бы сравнить ваши достоинства, — сказал он.

— Я думаю, что я гораздо важнее змеи, — начал павлин. — Я олицетворяю вдохновение, устремленность к небесам, небесную красоту, иными словами — знание высоких вещей. Мое предназначение — напоминать человеку о его собственных качествах, скрытых в нем.

— Мое предназначение таково же, — прошипела змея. — Подобно человеку, я привязана к земле и этим напоминаю ему его самого. Я такая же гибкая, как он, потому что ползаю по земле извиваясь.

Человек об этом часто забывает. По преданию я — страж подземных сокровищ.

— Ноты вызываешь отвращение! — воскликнул павлин. — Ты лукава, скрытна, ядовита.

— Ты перечисляешь мои человеческие черты, — ответила змея, — между тем я лишь хочу указать на мое назначение, которое только что описала. Но взгляни на себя самого. Ты тщеславен, отвратительно толст, твой голос противен и скрипуч, ноги твои непомерно велики, а перья слишком длинны.

Тут юноша вмешался в беседу:

— Наблюдая за вами, я понял — ни один из вас не прав полностью. И все же, если отбросить личные предубеждения, вы ясно можете видеть, что вместе вы являетесь поучительным примером для человечества.

И он объяснил им, в чем их назначение:

— Человек привязан к земле, как змея. У него есть возможность подняться ввысь, подобно птице. Но, имея в себе что-то от жадной змеи, он остается эгоистичным даже в этом высоком стремлении и становится похожим на надутого гордостью павлина. В павлине мы видим большие возможности человека, которые так и не смогли развиться правильно. Сверкающая чешуя змеи говорит о возможной красоте, а в павлине эта возможность проявляется в кричащей пестроте хвоста.

Только юноша это произнес, как услышал внутри себя голос, сказавший ему:

— Но и это еще не все. Два существа, которых ты видишь перед собой, наделены жизнью. Это в основном, и представляет их свойства. Они спорят друг с другом потому, что каждый из них привязан к своему собственному образу жизни, полагая, что своим существованием он сотворяет нечто истинное. Однако змея охраняет сокровища, но не может воспользоваться ими. Павлин, отражая красоту, напоминает о сокровищах, но это нисколько не помогает ему измениться. Хотя сами они не способны извлечь какую-либо пользу из того, чем они обладают, их пример служит назиданием для тех, кто может видеть и слышать.

Об умении быть благодарным

На полке стоял маленький глиняный кувшинчик для воды. В углу комнаты на кровати лежал больной, томимый жаждой. «Пить! Пить!..» — поминутно просил он. Но он был совсем один, и некому было помочь ему. Мольба больного была так жалобна, что кувшинчик не выдержал. Сострадание переполняло его. Прилагая невероятные усилия, он подкатился к постели больного, остановившись возле самой его руки. Больной открыл глаза, и взгляд его упал на кувшинчик. Собрав все свои силы, человек взял кувшинчик и прижал его к горячим от жара губам. И только теперь он понял, что кувшин пуст! Собрав последние силы, больной швырнул кувшинчик об стену. Тот разлетелся на бесполезные куски глины.

Помните о благодарности — никогда не превращайте в куски глины тех, кто стремится вам помочь, даже если их попытки тщетны.

Скупой, еще скупее...

Скупой как-то раз услышал, что живет на земле человек еще более скупой, чем он сам. Скупой решил отправиться на его поиски. И вот поздней ночью он дошел до дома этого человека. Он заглянул в окно и увидел, как хозяин дома прикрутил фитиль керосиновой лампы и при скудном свете проверяет свои дневные расходы, что-то пишет и перечеркивает. Как оказалось, у него не хватало одной копейки, и он не знал, на что ее израсходовал.

Скупой постучался в дверь. Хозяин открыл ее и пригласил гостя в дом, а сам снова стал считать. Скупой спросил у хозяина:

— Почему ты так сильно прикрутил фитиль лампы?

— Чтобы уменьшить расход керосина.

Гость подивился скупости хозяина и, сняв штаны, сел на кровать.

Рассвет уже наступил, а хозяин дома все проверял свои расходы. И вот он поднял голову от своих записей и заметил, что гость сидит без штанов.