Легко ли быть человеком. Сказки для взрослых - Людмила Кузнецова-Логинова

Людмила Кузнецова-Логинова

Легко ли быть человеком. Сказки для взрослых

Моим внукам посвящается

От автора

Кто из нас в детстве не увлекался сказками, кто не имел любимых героев, не сопереживал им и не кипел праведным гневом, сталкиваясь со злом, коварством, бесчестностью и подлостью! С годами мы, к сожалению, теряем этот детский запал и уже спокойно реагируем на все проявления низких качеств человеческой души, которые, увы, нередки в нашей взрослой жизни и которые порой, к нашему стыду, демонстрируем мы сами. Мне очень бы хотелось соединить то, что в реальности почти не соединимо, а именно – детскую чистоту и непосредственность восприятия окружающего и своего отношения к нему с жесткими, а порой и жестокими законами нашего земного бытия. Форма сказок, как мне кажется, одна из лучших возможностей хоть как-то приблизиться к данной цели. Получилось у меня или нет, судить читателю, я же хочу сказать одно – писались сказки с любовью, и эту любовь я дарю всем, кто коснется страниц книги.

О волке и козе

Ах, как примитивно начиналась эта совсем не примитивная история. В обычном лесу жил-поживал обыкновенный волк. Серый, поджарый, молодой и сильный. Ничем он не выделялся в своей стае, волк как волк! И совсем не стоило о нем писать, если бы не приключившаяся с ним история, которая и сделала его героем одной романтической сказки.

Рыскал он однажды, злой и голодный, по лесу и выскочил на залитую солнышком поляну. А надо сказать, что дело было буйной весной, когда распустилась первая нежная зелень деревьев, желтели в траве головки одуванчиков, а сама трава лежала шелковистым, сочным ковром, приглашая поваляться на своем бархате. Пели соловьи, жужжали деловитые пчелы, и летали майские жуки. И если ко всему этому добавить кружащие голову запахи цветения и весенней свежести, то получится точная картина мая, узнаваемая даже без аромата ландышей.

И вот среди всего этого великолепия всевластной весны увидел волк на лесной поляне козу. Да, да, самую прозаическую и, я бы сказала, обыкновенную козу. Но это я бы сказала, а вот волк… Он сначала так же подумал и уже хотел было выскочить из кустов, считая козу своей законной добычей, но что-то его остановило. Замер он в кустах, притаился, во все глаза глядя на нее. Уж на что он коз перевидал (сколько их полегло в его желудок), но такую красоту видел в первый раз.

Коза и впрямь была хороша. Молоденькая, дивно стройненькая, с переливающейся на солнце, словно снег, кипенно-белой шелковистой шкуркой. Спокойно и неторопливо щипала она первую сочную травку, задумчиво поводя вокруг огромными сияющими глазами, опушенными стрелами ресниц, а на лбу у нее чуть выделялись маленькая, черненькая звездочка и крохотные рожки. В общем, прелесть как хороша и чудо что такое. Волк залег в кустах, прижался к земле и смотрел на нее, не отрывая глаз. А коза, ничего не подозревая, ела себе травку и спокойно переходила с одного места на другое, где та травка была повкуснее да посочнее. На шее у нее тоненько и нежно звякал крохотный колокольчик. И звон этот проникал волку в самое сердце.

Сколько времени вот так прошло, сколько волк пролежал в кустах, забыв про голод, он и сам не знал. Но вдруг на поляне появилась какая-то женщина, ласково позвала козу, и та весело и радостно к ней подбежала. Минута – и они исчезли с поляны, оставив волка лежать в кустах в великой задумчивости. И что удивительно, вместе с козочкой с поляны ушло солнце, лес погрузился в полумрак, потянуло сыростью, и волк явно ощутил, что он очень голоден. Но поживиться в этот день было абсолютно нечем, однако, как ни странно, это не испортило ему настроения, что непременно случилось бы в прежние дни. Напавшая на него задумчивость оттеснила страдания от голода, и он вернулся в свое логово в состоянии покоя и умиротворения, которое было ему прежде незнакомо.

Рано утром на следующий день он снова отправился, сам не зная зачем, на ту поляну. Козочка была уже там. Жизнерадостная и подвижная, она весело и радостно скакала по поляне, грациозно потряхивая колокольчиком, нежный перезвон которого опять проник волку в сердце. И опять ему хотелось до бесконечности смотреть на очаровательную козочку, а потому он неподвижно лежал в кустах с одним желанием, чтобы день никогда не кончался. Но, к сожалению, всему приходит конец, пришел конец и этому замечательному дню. Снова появилась женщина и увела свою козочку с поляны, а волк голодный направился к себе, но как и вчера, это не только не испортило ему настроение, но он как бы даже не замечал, что брюхо сильно подвело.

Вот так и повелось. Кое-как проглотив по дороге на поляну какую-нибудь мелкую живность, еле-еле заморив червячка, волк целыми днями, сам того не замечая, любовался козой. И вскоре он уже и вовсе не мог без этих, таких необычных встреч. Хотя встречи – это громко сказано. Коза даже не подозревала, что весь волшебный месяц май, когда такая необыкновенно вкусная трава и столько чудес вокруг (и первоцвет деревьев и кустов, и полезность желтеньких головок будущих шаров – одуванчиков, и младенческая сочность подорожника), за ней пристально и неотрывно наблюдает самое страшное для нее животное из всех живущих на свете – серый волк. Вот уж точно по пословице: чем меньше знаешь, тем крепче спишь. А потому молоденькая козочка и спала крепко, и ела на славу.

Волк же совсем извелся. Ему уже мало было просто, лежа в кустах, любоваться козой. Ему необходимо было с ней общаться. И что удивительно, непроизвольно повторяя жевательные движения козы, волк наперекор всей волчьей природе, не замечая того, сам начал есть траву. Он жил уже в каком-то угаре, различая смену дня и ночи только тогда, когда козочку то уводила женщина и, значит, надо было ложиться спать, то она появлялась на поляне и, значит, был полный невообразимого счастья день. Наблюдая за ним, даже самый последний недотепа догадался бы, что волк отчаянно влюбился. Сам же он очень удивился бы, если бы кто-то ему об этом сказал.

Все на свете подвластно любви, все знают о ее страшной силе и коварстве, но кто может этому противостоять, кто видит невидимые сети и способен в них не попасть? А тут еще и май с его колдовской силой, май – месяц влюбленных. В общем, волк оказался не исключением. Вот уж кто точно теперь мог подтвердить, что любовь зла, полюбишь и козла, в нашем случае – козу. Но однажды, привычно прибежав к поляне, волк не увидел прелестницу. Он так и эдак менял позицию в кустах, но, увы, это не было обманом зрения, козы действительно не оказалось на поляне. Что тут началось! Волк выл, рычал, рвал зубами траву и рыл когтями землю. Почему, ну почему он за все это время не познакомился с козой, а теперь она исчезла и ему никогда ее больше не увидеть. От этой мысли у волка чуть не остановилось сердце, и он серьезно испугался, что сейчас просто умрет от горя. А что это горе из горя, он вдруг мгновенно понял, вот почему ему стало страшно за будущее. Надо было найти козу во что бы то ни стало.

Уговорив себя, что завтра он ее обязательно отыщет, волк побрел в свое логово. Всю ночь оттуда раздавался протяжный и надрывный вой, видимо, волк за все это время не сомкнул глаз. А едва забрезжил рассвет, он уже был на ногах и крадучись приближался к деревеньке, что прилегала к самому лесу.

Маленькая, чистенькая, зажиточная – она веселила сердце и радовала душу ровными рядами богатых изб, возделанными огородами, прочными хозяйственными постройками и плодовитыми садами. Но все это мало радовало волка. Он неутомимо рыскал вокруг в надежде повстречать свою чаровницу. Казалось бы, дело совсем безнадежное, но влюбленным помогают Небеса. За одним из бесчисленных огородов (кто бы мог подумать?) он приметил белоснежное пятнышко. Рванувшись к нему, волк нос к носу столкнулся с предметом своих грез.

От испуга и неожиданности коза сомлела, ножки ее подкосились, глаза закатились, и почти без чувств рухнула она на траву. Волку тоже было очень и очень не по себе. Впервые видеть свою мечту так близко – это не для слабонервного. Волк закачался, но устоял на ногах. Да ему в эти минуты не до себя и было: козочка нуждалась в помощи, и нужно было действовать без промедления. Волк смотался к прудику, что, к счастью, находился рядом, набрал в пасть воды и вылил ее на козу. Козочка вздрогнула, вздохнула и открыла глаза. Волчья морда, склонившаяся над ней, чуть снова не повергла ее в беспамятство, но что-то было в этой морде, а главное, в глазах, горящих от сочувствия и жалости к ней, и ей почему-то стало спокойно.

Как прошли эти первые минуты – оба до конца своих дней не могли вспомнить, но по прошествии их коза уже веселилась от дурачеств волка. А он развернулся вовсю: кувыркался на траве, прыгал через канаву и пулей влетал на мостик, с которого вмиг исчезла стая гусей, чего наши герои даже не заметили. Но, как мы уже говорили ранее, всему приходит конец, а потому и этот замечательный день не мог длиться вечно. Волк исчез за плетнем и залег в высокой траве, когда услышал шаркающие по тропинке шаги. Женщина спешила за своей козочкой, но в этот вечер та не так радостно и весело бросилась к ней, а по дороге до дому все время почему-то оглядывалась, чем привела хозяйку в совершенное недоумение. Оно еще больше возросло, когда сцена начала повторяться. Козочка каждый вечер шла домой грустно и неохотно. Она уже не бежала, радостно блея, навстречу хозяйке, не позвякивал звонко и нежно ее колокольчик. Наоборот, она стала прятаться, когда издали видела идущую за ней женщину, упиралась всеми копытами, а однажды случилось непредвиденное.