Экстрасенс. Битва - Юрий Корчевский

Юрий Корчевский

Экстрасенс. Битва

Глава 1. Удар

Конечно, Питер значительно меньше Москвы, но тоже город немаленький. Особенно это чувствуется по утрам, когда спешишь на работу. Многие его улицы, особенно в центре, узкие, и правильно делали наши предки, селясь ближе к месту работы. Целые слободы были – Кузнечная, Мельничная. Утром проснулся – и ты уже на рабочем месте, стоит только спуститься со второго этажа на первый или перейти в соседнее здание.

Володя сидел в маршрутке. Он предпочитал выезжать немного раньше, за полчаса до того, как на улицах наступал коллапс. Больница, где он работал, была почти в центре, а жил он на окраине, в новых спальных районах, и дорога к месту работы занимала без малого час. Зато приезжал загодя, переодевался неспешно, успевал просмотреть истории болезни сложных пациентов, а случалось – и осмотреть их до начала трудового дня. Иногда это выручало: на профессорском обходе вопросы не ставили в тупик.

Больница их была клинической, говоря понятным языком – на её базе находились кафедры медицинской академии. Понятно, студенты создавали определённые неудобства, но и плюсы были. Сильный состав кафедр внедрял новинки и позволял всё время быть на острие медицинской практики.

Володя был простым ординатором хирургического отделения. Между кафедрой и отделением была некоторая напряжённость, каждый тянул одеяло на себя. Да и как ей не быть, если оперировать интересный случай выпадало профессору или доценту, а выхаживать больного приходилось сотрудникам отделения? Для тех, кто не знает, половина успеха – в том, чтобы выходить, поднять на ноги пациента после операции. Неквалифицированный уход может свести на нет любую блестящую операцию. Благо состав отделения формировался годами, и сотрудники были ответственные, поскольку заведующий отделением был человеком требовательным и расхлябанности, лени в своей епархии не терпел.

Володя переоделся в зелёную хирургическую форму и только взял на сестринском посту папки с историями болезни, как подошла операционная сестра Лидочка. Почему-то её называли не как многих, по имени-отчеству, а именем уменьшительным. Наверное, потому, что улыбка не сходила с её губ, а сама она была человеком добрым и солнечным.

– Владимир Анатольевич, вы стоите в плане во второй операционной, а там электронож барахлит.

– Вызывай медтехника.

– Уже, будет завтра. Мне кажется, дело не в аппарате, а в вилке. Как включишь, в ней потрескивает. Может, простого электрика вызвать?

Вызвать сантехника, электрика или просто обслуживающий персонал – дело муторное. Надо писать заявку заму по АХЧ, и в лучшем случае электрик придёт вечером. Да что он, не мужик, что ли?

– Отвёртка есть?

– Есть.

– Пойдём, я посмотрю.

Володя раскрутил вилку. Слава богу, электронож был не последней модели, где вилки неразборные. Один из проводов имел слабый контакт и даже слегка обуглился.

Он прикрутил провод, затянув винт от души, и собрал вилку.

– Пробуем! – и воткнул вилку в розетку.

В следующую секунду его ударило током, да так, что клацнули зубы, сразу занемела левая рука, помутилось в глазах.

Очнулся он от противного, резкого запаха нашатырного спирта. Помотав головой, открыл глаза: над ним склонилась испуганная Лидочка.

– Владимир Анатольевич, с вами всё в порядке?

– Ватку с нашатырём из-под носа убери.

Володя вдохнул полной грудью. Кой чёрт понёс его делать эту вилку? Он сел на полу. Левая рука слушалась плохо, как будто её отбили.

Лидочка показала на электронож:

– Работает.

Лампочка на электроноже светилась зелёным светом.

Володя встал.

– Не говори никому, что меня током шарахнуло.

– Не буду. Хорошо, что обошлось, – Лидочка заулыбалась.

Володя вернулся к себе в ординаторскую, попробовал помассировать кисть. Чувствительность понемногу возвращалась, но координация тонких движений – нет. Однако у него ещё было время до операции, и он надеялся, что рука отойдёт.

На планёрке дежурный хирург доложил врачу о прошедшей ночи. Всё как обычно: двое вновь поступивших, один экстренно прооперирован, второй нуждается в дообследовании и наблюдении. Потом по распорядку профессорский обход. Каждый ординатор докладывал ход лечения пациентов своих палат.

Подходило время идти в оперблок, но рука не отошла, и Володя заглянул в кабинет заведующего:

– Виктор Кузьмич, на пару минут можно?

– Заходи. Что у тебя?

Володя решил не говорить об ударе током, иначе ему же и влетит. Ведь могло обойтись не лёгким испугом, а ожогом или вообще смертельным поражением.

– Да с левой рукой что-то. Вроде как пальцы онемели, а у меня сегодня операционный день.

– Да? А с сердцем всё в порядке?

– Не беспокоит.

– Пациент плановый?

– Плановый, паховая грыжа.

– Отложи на завтра. Обход делал?

– С профессором.

– Заполни истории и можешь идти домой, отлежись.

– Спасибо, понял.

Володя заполнил истории болезни и переоделся.

– Ты куда собрался? – спросил Лёша, он тоже был ординатором. Парень неплохой: и хирург хороший, и человек надёжный, обязательный. Ныне это качество встречается редко, чаще пообещают и не сделают.

– Шеф отпустил.

– Случилось что?

– По мелочи.

– Ну давай.

Но Володя протянул руку к телефону – возникло ощущение, что он сейчас позвонит. И точно, в следующую секунду раздалась трель звонка. Поговорив, Володя накинул ветровку и вышел.

На улице осень, утром прохладно, туман с многочисленных рек и каналов тянет сыростью. Ведь исторический центр города построен на сырой, болотистой местности. А днём солнце вполне ощутимо пригревает.

Володя сел в троллейбус: в разгар рабочего дня народу в нём было уже немного, в основном пенсионеры, и он уселся на свободное место. И опять как будто что-то под руку толкнуло. Он расстегнул «молнию» на кармане, взялся за телефон, и в этот самый миг он зазвонил. Переговорив, Володя опустил телефон в карман. Что за ерунда? Второй раз за сегодня он тянет руку к телефону раньше, чем он звонит. Совпадение?

К нему повернулся пассажир, сидевший спереди, и Володя сразу сказал:

– Вам на следующей остановке выходить. Пройдёте немного вперёд и свернёте в переулок направо.

Пожилого возраста пассажир удивился:

– Я же не спросил ещё ничего, а вы уже отвечаете. Экстрасенс?

– Нет. А разве вы не спрашивали?

– Собирался только.

Пассажир покрутил головой и вышел на остановке.

Какой-то день сегодня странный, полный нелепостей.

Ко всяким паранормальным явлениям, к экстрасенсам, гадалкам, заклинателям и шаманам Володя относился скептически. Дурь, только головы людям морочат. Но как объяснить эти странности?

Володя доехал до дома. Жил он в однокомнатной квартире, купленной ему родителями три года назад. Обстановка в жилище была скромной, на докторскую зарплату не разбежишься, но всё необходимое – телевизор, диван, шкаф и холодильник на кухне – было. Это он уже сам себе покупал. Женат он не был, правда, уже год как встречался с замечательной девушкой Дарьей.

Володя сварил себе пельменей – время уже обеденное, поел и улёгся на диван. Рука понемногу отошла, чувствительность восстановилась. А странности – так они всегда в жизни бывают, день сегодня просто такой.

Он поднялся, заглянул в календарь. Ну точно, сегодня полнолуние, по поверьям именно в это время просыпается и входит в полную силу всякая нечисть. Но только поверья эти старые. Какая сейчас, в двадцать первом веке, нечисть? Кто её видел, если только спьяну не показалось или в воспалённом мозгу неврастеничек? А не вздремнуть ли ему, коли такая возможность выдалась? И снова как будто толкнул его кто под руку, неведомая сила, он потянулся за телефоном. Едва взял, как он затрезвонил.

– Привет, Даша!

Володя и на экран не посмотрел, где номер высвечивается, откуда-то и так знал, что это она звонит.

– Привет! Я ему на работу звоню, а он дома! Мне сказали, заболел. Ты всерьёз?

– Нет, мелочь. Руку током ударило, а у меня операционный день. Так что временно профнепригоден.

– Может, тебе какие-нибудь лекарства привезти?

– Да я почти здоров, всё хорошо, не беспокойся.

– Мы с тобой договаривались сегодня после работы встретиться. Договор в силе?

– А как же! Иначе я бы известил.

– Я сегодня освобожусь раньше. Давай в четыре часа.

– Отлично! Там же, на Пяти углах.

– До встречи, целую.

Был в старом Питере небольшой район, называемый Пятью углами. Там сходились пять улиц, откуда и пошло название. Недалеко от перекрёстка находилось небольшое уютное кафе, где Володе очень нравилось бывать. Никаких пьяных потасовок, посетители из местных. В тёплую погоду работали столики на улице. Удобно: и поговорить можно спокойно, и на прохожих поглазеть, и свежим воздухом подышать. А главное – кормили вкусно. Особенно ему нравились бараньи рёбрышки с чесночными гренками, да под пиво.