Возвращение домой - Лилит Сэйнткроу

Лилит Сэйнткроу

Возвращение домой

Таких неприятностей не всегда удается избежать даже магу, выращенному демоном.

Одной рукой Лиана Спокарелли вцепилась в ручку двери, а другой — в ножны катаны.

— Какого черта тебе здесь нужно?

У порога стоял нихтврен — высокий и обманчиво хрупкий мужчина, с копной грязных белокурых волос и лицом киношного ангела. Руки он небрежно сунул в карманы льняных брюк. Аура нежданного гостя представляла собой густой и восхитительно-грешный дымок бесцветной энергии сверхъестественного существа, но без приятных пряных ноток, которые с детства врезались ей в память.

— Рад снова тебя видеть, cherie[1], — тихим голосом приветствовал ее Тьенс. Его безупречно белый костюм, как всегда, был изрядно помят. — Можно войти?

— Нет, нельзя. — Лиана отпустила ручку двери. — Сходи лучше присосись к каким-нибудь девственницам или еще к кому, а меня оставь в покое.

Позади него ночь дышала ароматным дождем и холодным металлом с примесью радиоактивной влажности, характерной для Священного Города.

Дом… А она вон куда забралась, так далеко от любого дома, который могла бы назвать своим. Над головой, будто светляки, плясали огоньки воздухолетов.

— La Belle Morte, ta mere[2] говорила, что мне не стоит к тебе приходить.

Что ж, неудивительно! Коль скоро она сама не может оставить меня в покое, тебе советует не видеться со мной.

У Лианы зарделись щеки, под воздействием распространявшейся от него энергии покалывало татуировку — тройное кольцо. Нихтврены — мастера ночной охоты, которые стоят на вершине сверхъестественной пищевой цепочки, конечно, если не считать демонов. Демоны — всегда исключение.

Лиана расслабила руку, и та свободно повисла рядом с мечом.

— Как там Джаф? — Смешно спрашивать о благополучии падшего демона.

— Mʼsieu в порядке. Он тоже не советовал мне приходить. Сказал, что в лучшем случае ты едва ли мне обрадуешься. — Улыбка изогнула тонкие губы Тьенса.

Глаза у него что две газопламенные голубые дыры, сверкающие в ночи. Единственная лампочка у входа была совсем тусклой: яркий свет раздражает глаза и мешает хорошо видеть в темноте. К тому же Лиана приехала сюда не для того, чтобы заниматься освещением.

— В данном случае я бы не стала употреблять оборот «едва ли», Тьенс. Скорее подойдет «вовсе нет». Повторяю: какого черта тебе здесь нужно?

— Мне нужна твоя помощь, petite sorciere[3]. — Улыбка исчезла так же быстро, как появилась, и перед ней снова знакомый Тьенс из детских воспоминаний. С первого взгляда такой доступный и нестареющий, объект тягостной и пылкой любви школьницы и причина разбитого сердца, с которым она с тех пор никому не позволяла так обращаться. — Мне нужно кое-кого убить.

Она вся похолодела.

— Я не наемный убийца, Тьенс. Лучше обратись к Данте, она наверняка тебе поможет. Спокойной ночи.

Она сделала шаг назад, закрывая дверь, и нисколько не удивилась, когда Тьенс поднял изящную руку. Словно наткнувшись на кирпичную стену, тяжелая железная дверь тут же застопорилась.

— Ей нельзя вмешиваться, и Mʼsieu тоже. Мне нужна твоя помощь, Лиана.

— Уходи. — Она сделала два шага назад и поняла, что допустила ошибку, но он уже был в коридоре. — Я тебя не приглашала.

— Разве ты когда-нибудь закрывала у меня перед носом дверь и оставляла мерзнуть на холодном пороге?

Если он хотел обратить это в шутку, должен был бы понимать, что не преуспеет. Все вокруг замерло, и Лиана осознавала, что любой другой псион на ее месте ужасно занервничал бы, окажись в его прихожей нихтврен.

— Я думала, что вы, маньяки-кровопийцы, не можете шагнуть через порог без приглашения, — заявила она настолько ледяным тоном, насколько позволяло бешено стучащее сердце. Развернулась на босых пятках и направилась в кухню.

У нее аж пальцы зудели, так хотелось сжать рукоять меча, но под кухонным столом был спрятан плазменный пистолет, который в этом случае будет более эффективен. Лиана инстинктивно и по привычке сразу хваталась за меч. Что неудивительно, ведь она выросла в доме, где катана считалась аналогией поединка, чести и наказания. Обычно Данте так обходилась с возникавшей у нее на пути проблемой: рассекала ее надвое.

И вроде бы это правильно, считала Лиана.

— Лиана, — еще раз попытал счастья Тьенс. — Мне… так жаль. Я не хотел причинить тебе боль.

Но все-таки причинил.

Жестоко и вместе с тем ужасно нечестно. Он просто легко и доброжелательно отверг ее из-за того, что она была очень юна и к тому же человек. Всего лишь человек, пусть и обученный сражаться маг.

Боже, как мне хотелось быть кем-то другим! Хоть секс-ведьмой, все лучше.

— Закрой-ка за собой дверь, Тьенс. И будь добр оказаться по другую сторону от нее.

— Я попросил у тебя помощи, petite. Я в отчаянии. — Он даже говорил так, словно это правда. Обычно такой мелодичный голос срывался. — Если хочешь, я готов тебя умолять.

Лиана закрыла глаза, протянула правую руку и коснулась стены, которая загудела у нее под пальцами. Защиты дома работали без сбоев, как будто через них только что не прошел нихтврен. Конечно, он знал ее работу, и, если честно, его вовсе не хотелось оставлять за дверью, ведь так?

— Тебе нужна не я. — В горле у Лианы пересохло, и слова карканьем рвались наружу. — Ты ищешь убийцу.

Прежде чем заговорить, он вздохнул — смех, да и только, ведь нихтврены не дышат! Они нарочно так делают, когда стремятся втянуть во что-то нужного человека. Лиана покачала головой.

Зажатый в левой руке меч издавал сквозь ножны слабое гудение: высокий и тонкий звук — ответ металла на ее страдания.

Это твоя честь, Лиана. Никогда ее не роняй!

— Не утруждайся, незачем опять мне лгать, Тьенс. — Ей даже самой показалось, что слова прозвучали как-то странно. — Просто закрой чертову дверь. Пойду приготовлю чай. — Она осторожно шагнула. Похоже, конечности отлично ей повинуются. — Когда будешь готов, приходи на кухню. Расскажешь, кого нужно убить.

— Завтра в полночь она прибудет на личном транспорте. Николай вмешиваться не может, ведь я не его вассал. — Тьенс смотрел в голубую чашку с чаем каркаде: напиток был красным, как бледная кровь, терпким и вяжущим, а потому нихтврен мог выпить его и не мучиться жестокими спазмами желудка. Но все же он не пил, а просто вдыхал аромат и смотрел на Лиану невозможно голубыми глазами.

— Ну а Джаф? Разве он не может заставить ее отвалить?