Мы с тобой одиночеством связаны. Сборник стихов - Владимир Антипов

Мы с тобой одиночеством связаны

Сборник стихов

Владимир Владимирович Антипов

© Владимир Владимирович Антипов, 2016

ISBN 978-5-4483-2794-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вновь закат недоспелою вишней

Вновь закат недоспелою вишнейСквозь листву пробирается в окна.За околицей хутора слышно,Как рыдает гармонь одиноко.Я давно позабыл эти звуки,Что когда-то родными мне были.И, как нежные мамины рукиОбнимали меня и любили.Все дороги приводят к истокам.Здесь не чувствую я себя лишним.Мне закатом пробраться бы в окнаСквозь листву с недоспелою вишнейИ увидеть себя чуть моложе,Четверть века оставив в кармане.Только детство не нужно тревожить.Пусть его сбережёт в сердце память.

Всю ночь в ладоши ставни хлопали

Всю ночь в ладоши ставни хлопалиПод северо-восточный вой ветров.Луна, повисшая над тополем,Читала бегло строчки облаков.И убаюканные лирикой,Зашторенные окна видят сны.С медвежьего ковша их вылило,Проколотого кроною сосны.Мне одному не спится, милая!И снова не попасть в тот сонный плен,Где я склоняюсь над изгибамиТвоих обворожительных колен.Луна, повисшая над тополем,Линяет при рождении зари.И уголёчки звёзд полопались,Как мыльные ночные пузыри.

Выщипанным пёрышком из тучи

Выщипанным пёрышком из тучиПадает снежинка на ладонь.Видно, скоро вьюга замяучит.Время развести в печи огонь.Пусть трещат дубовые поленьяХолодам декабрьским назло.Будто воротилось на мгновеньеДетство в позабытое село,В валенках дочапало до хаты,Обстучало ноги сибирьком.Белые комочки снежной ваты,Как репьи на варежках кругом.У печи, согревшись чаем с мятой,Вспоминаю я свои года.Как же мне до чёртиков приятноСнежное желанье загадать.

Донские рассветы

Кузнецами стрекочут донские рассветы.На чапуровых крыльях, вспорхнувший с ночлега,Желтопузый пузырь уходящего летаНад степным ковылём поднимается в небо.Рассосалась слепая беспомощность ночи.По утиному выводку осень заметна.Кузнецами донские рассветы стрекочут,И журчит пресноводная синяя лента.К сентябрю остаётся лишь нежная памятьО сезоне, что вскорости всё же покинетЗелень вербных одежд с заливными лугами,Где стрекочут печально рассветы донские.

В сезоне с рыжеватым увяданьем

В чубатых ковылях степные волны,Качают народившуюся осень.Лебяжий Яр закатом обожженный,Дрожит от лягушиных отголосьев.Есть что-то милое и дорогоеВ сезоне с рыжеватым увяданьем!Смирившись с календарною погоней,Чапура раскрылилась в ожиданьиОзябших затуманенных рассветов,Лениво выползающих на небо.Проклюнулось за упорхнувшим летомЗерно озимого ржаного хлеба.Крестьянская «калошевая» осень,В девичьем карагоде заплетая,Снопов сухих соломенные косы,Прощается с курлыкающей стаей.

Лазоревый цветок

Лазоревым цветком раскрылась зорька из бутона ночи,И лепестки лучей коснулись спящих хат.В степи табун ковыльный, будто на парад,Спешит, потряхивая гривами, растаптывая почву.В разливах рек, ещё не ставших в берега, озябли вербы.Им нет весеннего уюта до сих пор.Зато не страшен в это время и топор!О, как же хочется в такое утро пробудиться первым,Да с кислым молоком смешать краюху хлеба, как когда-то,Спеша, по-братски разделить её с котом.Ну а когда опять закроется бутон,Забудусь мирным сном в осыпавшихся лепестках заката.

На плетень присел закат

На плетень присел закатКрасным кочетом станичным.В окнах деревянных хатВсё как прежде, как обычно.Тусклым светом керосинВ колбе ламповой коптится,Рядом из последних силВнукам варежки на спицахВяжет до ночи опятьИ поёт мальцам на ушко,Спрятав «инестую» прядьПод платок, моя старушка.Скоро зорька разольётИз кадушки мёд на блюдца.Вот бы задом наперёд,Промотав года, вернутьсяНа страницы детских глав,Где ответят по привычкеНа вопрос мой:– Как дела?– Всё как прежде, как обычно!

Начало всех начал

Опять небесное кадилоТуманом степь заволокло.Сквозь эту мглу к родным могиламБреду за памятью вослед.И вот уже знакомый, милыйНа горизонте хохолокЗеленокудрой тополиныРисует розовый рассвет.Здесь давеча меня забылиТропинки с мятой по бокам.Роса прибила запах пыли.И стрекотанье кузнецов,И храп пасущейся кобылы,И кучевые облакаС истосковавшеюся силойСжимают грудь мою в кольцо.Я не успел проститься с теми,Кто за оградою теперь.Для них берёзовые тени —Последний жизненный причал.Но верю я, что вновь сквозь теменьНад безысходностью потерьПроклюнется на зорьке семя —Взойдёт начало всех начал!

Ни о чём я не жалею

Снова май сиренью дышит.Распласталась тишь заката.С облаков цветущих вишен,Скучковавшихся за хатой,Собираю ожерельеНа скамье уставшим взглядом.Ни о чём я не жалею!И жалеть уже не надо!Всё, что было в прежних вёснах,Отцвело и пожелтело.И пути на перекрёсткахВыбирались неумело.Только знаю, что случится,Если всё вернуть однажды.Мне журавль родней синицы —Поступил бы точно также!

О чём расскажет ночь рассвету

О чём расскажет ночь рассвету?Не о любви, что ворваласьНечаянно в строку поэта,Мурлыкая по буквам вальс.И в каждом слове будто нотыЗа ночь слагающих мотив,Рисуя образы кого-то,Пройдя три четверти пути.Не об измене, что украдкойВтыкала в спину острый нож.Ей вслед за блядскою повадкойМилее слюни пьяных рож.И даже о войне ни слова,Ни полумысли, ни идей.Для нас война – уже не новость!Любовь, измена вместе с ней.О чём расскажет ночь рассвету?О том, что знает сотни лет:«Поэт рождён, чтоб быть бессмертным!Конечно, если он поэт!»

Оголевшая даль весеняет

Оголевшая даль весеняет,Раскиселились стёжки к полудни.На лугу за родными плетнямиПроглотил лёд заброшенный прудик.На деревьях повсюду грачатсяУгольки, прилетевшие с юга,На гнездо собирая запчастиИз оттаявших залежей луга.Отчего же так хочется веритьОпостылому сердцу сегодня,Что за каждою новой потерей,Будет благость дана мне Господня.

Одноглазым яблоком луны

Одноглазым яблоком луныСквозь заезжий табор  туч,Завернулся в горькую полыньСемиструнным переливом луч.В эту ночь не хочется покоя,В эту ночь, как чёртовой рукой,Ты сыграй, «ромалэ», мне про поле,Дышащее хлебною мукой.Расскажи про плачущие ивыИ о чем грустит в ночи сова,Как размахивая чёрной гривой,Жеребенок бесовал.Необузданный людскою хваткой,Он, заветренный сухарь степи,Раскопычивая, будто в лихорадке,Тонконогими киянками лупил.Освети колодцев вереницуС деревянной стаей журавлей.Как ведром бескрылые те птицыЧерпают верхушки тополей.В желтопузом стоге скрывшись,Как птенцом, удравшим из гнезда,С одноглазым яблоком над крышейВылупилась первая звезда.

Опузырилось небо к вечеру

Опузырилось небо к вечеруСерым ливнем прошлось по полям.Громыхнув недалече картечьюПо шумевшим седым тополям.И прохладой терновник, овеянный,Синевой наливает плоды.Только стадо спокойно, размеренноДо загона копытит следы.И в ведре молока с белой марлейПроцедившийся, лег в пузырях,Убежавший сквозь дырку в карманеУ плаща томных туч сентября,Заигравшийся солнечный заяц!Для потехи босой детворы,На подставленный крохотный палецПерепрыгивал, будто забыв,Что пора раствориться на западеИ укрыться за горизонт.Вот и звезды на небе, как запонкиРаспахнули серебряный зонт.Вновь вскарабкался месяц над крышей,Завершив календарный листок.Ночь спокойствием благостным дышит.Утром солнце придет на восток.

Отчего же луна не мяукает

Всё прохладнее сердце становится,Поселилась в нём подлая зябь.Мне б луну, что висит за околицей,На ладони свои нежно взять.Пусть не греет она, не мяукает,Но в «глазу» точно есть огонёк.Под плащом я её переулкамиУтащил бы себе на денёк.Накормил молоком да сметаною,Медным брюхом прижал бы к груди.Может это покажется странным, ноВ эту ночь я бы так поступил.Жаль, усну я, тобой убаюканный.Вместо снов только серая рябь.Отчего же луна не мяукает?Отчего в сердце подлая зябь?

Отыскала вновь осень мою деревушку